Пользовательский поиск

Книга Города красной ночи. Содержание - Сценарий/Часть первая

Кол-во голосов: 1

– Вас отобрали, чтобы сделать из вас партизан. Ваша учеба начинается завтра. В течение десяти дней обучения вам будут платить в пять раз больше, чем платили до сих пор. Как только вы присоединитесь к партизанам, ведущим бои, плата станет в десять раз выше, плюс равная доля с любой добычи. С сегодняшнего дня вы будете носить мундиры курсантов. После занятий можете делать всё, что заблагорассудится.

Ганс ходит туда-сюда, измеряя парней и записывая данные в блокнот. Он вручает список партизанам, которые затем возвращаются и вываливают на стол ворох обмундирования и сапог.

Мы велим парням раздеться и выкупаться.

Мальчики набирают воду из бака и поливают друг друга с обычными для этого жеребячьим весельем и забавами. Пако прокрадывается сзади Немо и делает вид, словно трахает его, выкатывает глаза, скалит зубы и всхрапывает, как лошадь. «Cabron!» – визжит Немо, отскакивает в сторону и выливает на голову Пако ведро воды.

Я – вечный наблюдатель, отделенный непреодолимой пропастью знания; я чувствую, как семя вызревает в крепких яйцах, как пульсируют задние проходы, пахнущие железным запахом секса, пота и слизи, наблюдаю за гибкими коричневыми телами в лучах заходящего солнца, страдая от муки развоплощенной похоти и неотвязной боли увядания.

Серебряные точки вскипают перед моими глазами. Я стою посреди пустого разрушенного внутреннего двора за сто лет от сегодняшнего дня, печальный призрачный гость в мертвом городе, где не пахнет ничем и никем.

Парни – дрожащие тени памяти, воскрешающей тела, давным-давно обратившиеся в пыль. Я зову, зову беззвучно, безъязыко, зову через столетия: «Пако… Хозелито… Энрике…»

Сценарий/Часть первая

Это на втором этаже. Латунная дощечка: «Блюм & Круп». Железная дверь. Звонок. Я звоню. Молодой еврей с ледяными глазами мгновенно отворяет дверь.

– Да-да? Вы клиент или продавец?

– Ни то, ни другое.

Я вручаю ему мою карточку. Он закрывает дверь и уходит. Он возвращается.

– Мистер Блюм и мистер Круп ждут вас.

Он вводит меня в офис, оформленный в наихудшем немецком вкусе: картины, изображающие юношей и девушек, которые плавают с лебедями в северных озерах, ковры мне по щиколотку. А там, за необъятным столом – Блюм и Круп. Водевильная парочка. Блюм – австрийский еврей, а Круп – пруссак.

Круп окостенело кланяется, не вставая.

– Круп фон Норденхольц.

Блюм суетится за своим столом.

– Присаживайтесь, мистер Снайд. Хозяин здесь я. Угощайтесь сигарой.

– Нет, спасибо.

– Ну, что ж, тогда мы хотя бы немножко повеселимся. Мы устроим оргию.

Он возвращается в свое кресло с другой стороны стола и сидит, смотрит на меня сквозь сигарный дым.

– А почему вы не пришли сюда раньше, герр Снайд? – спрашивает Круп холодным сухим тоном.

– Ох, знаете, в нашем деле нужно много работать ногами… – неопределенно говорю я.

– Ja, und Assenwerke. [38]

– Мы бы хотели, чтобы вы прекратили валять дурака и занялись настоящим делом, мистер Снайд.

– Мы – не благотворительная организация.

– Мы не финансируем еблю в жопу.

– Погодите, погодите-ка, Блюм и Круп. Я не был в курсе, что вы – мои клиенты.

Круп холодно хмыкает.

Блюм вынимает сигару изо рта и нацеливается окурком через стол мне в грудь.

– А кто, вы думали, платит вам миллион долларов?

– Зеленая сука, синтезированная из капустного кочана?

– Что ж, если вы мои клиенты, то что же именно я должен сделать?

Круп ржет, как циничная лошадь.

– Вам надлежит разыскать кое-какие редкие книжки, находящиеся теперь в собственности одной графини, – говорит Блюм.

– Я даже не уверен, что узнаю эти книжки, если их увижу.

– Вы видели копии.

– Я не уверен, что копии хоть чем-то похожи книги, которые я должен найти.

– Вы думаете, что вас обманули?

– Не «думаю». Знаю.

В комнате стоит такая тишина, что слышно, как длинный серый конус пепла с сигары Блюма падает в пепельницу. Наконец он говорит:

– А предположим, что мы точно скажем вам, где находятся книги?

– Следовательно, они в чьем-то частном банке, в подвале, в сейфе, окруженном охраной и снабженном компьютерной сигнализацией? Я должен прокрасться туда и вынести коробку с книгами на плече, завернув в старинный гобелен, карманы забиты гравюрам и первоизданиями, в заднице – набитый промышленными алмазами напальчник, а во рту – сапфир величиной с куриное яйцо? Вы ждете от меня этого?

Блюм громко и долго смеется, а Круп тем временем кисло изучает свои ногти.

– Нет, мистер Снайд. От вас ждут не этого. Есть группа хорошо вооруженных партизан, которые захватят цитадель графини. Вам надо будет только проникнуть туда следом за ними и спасти книги. Поднимется волна протеста против партизан, которые так безжалостно обошлись с богатой заморской сукой… Потом просочатся слухи о графине и ее лабораторий, и каждый найдет в них что-то для себя. ЦРУ, партизаны, русские, китайцы… а мы хотя бы немножко повеселимся. По меньшей мере, можем устроить что-то вроде небольшого Вьетнама.

– Ну, что ж, – говорю я. – Кому как не вам иметь широкий взгляд на вещи.

– Мы предпочитаем иметь очень специфический взгляд, мистер Снайд, – говорит Круп, глядя на тяжелые золотые карманные часы. – Будьте здесь в то же время во вторник, и мы продолжим нашу беседу. До того времени я бы очень порекомендовал вам избегать прочих обязательств.

– И прихватите с собой ваших помощников, и книги, которые у вас есть, – добавляет Блюм.

Во вторник, отправляясь к Блюму и Крупу, мы берем с собой книги, которые дали нам Игуаны. Круп просматривает книги, время от времени фыркая. Когда он заканчивает листать одну из них, он посылает ее через стол Блюму.

– Мистер Снайд, а где же те книги, которые вы сейчас делаете? – спрашивает Круп.

– Книги? Я? Я – всего лишь частное око, а не писатель.

– Вы пришли нас надувать, – рявкает Блюм, – мы сломаем вам хребет. Ганс! Вилли! Руди! Хайнрих! Herein [39]!

Входят четыре типа, держа в руках П-38 с глушителями, как в старом фильме о гестапо.

– А теперь ваш помощник принесет книги, а Вы и Ваш Lustknabe [40] останетесь здесь. Ганс и Хайнрих пойдут с ним, чтобы он уж наверняка не потерялся.

Ганс и Хайнрих становятся за спиной у Джима.

– Держитесь все время в шести футах от нас.

Они уходят прочь.

Через полчаса Джим возвращается с книгами. Б & К раскладывают их на столе, и оба они встают и смотрят на них, как генералы, изучающие план боя.

Наконец, Круп кивает.

– Аch, ja. С этими, кажется, все ясно.

Блюм оборачивается ко мне, вид у него теперь почти игривый, потирает руки.

– Ну, что ж, вы и ваш помощник, и этот парень, вы готовы ехать, hein?

– Ехать? Куда?

– Сами увидите.

Ганс, Руди, Вилли и Хайнрих ведут нас под конвоем по какой-то лестнице на крышу; там нас ждет вертолет. У пилота пустое холодное лицо наемного убийцы, в кобуре под мышкой – 45-й калибр. Он похож на американца. Охранники пристегивают нас к сиденьям, завязывают нам глаза, и мы взлетаем.

Полет продолжается около часа.

Затем нас перегоняют из одного вертолета в другой. Театральщина. Вероятно, Дакота. На этот раз летим около трех часов, а затем садимся на воду. Нам снимают повязки с глаз, и теперь у нас уже другой пилот. Внешне он похож на англичанина, и у него борода.

Пилот оборачивается и улыбается:

– Ну, ребятки, приехали.

Нас развязывают, и мы высаживаемся на пристань. Она находится на маленьком озере, как раз такой величины, чтобы можно было посадить гидроплан. Вокруг озера я вижу сборные домики, и дальше на открытом месте – что-то вроде нефтяной вышки. Вся местность окружена оградой из колючей проволоки с вышками для стрелков. Вооруженной охраны кругом столько, что хватило бы на небольшую армию.

вернуться

38

Да, и жопой тоже.

вернуться

39

Войдите! (нем.)

вернуться

40

Мальчик-любовник (нем.).

40
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru