Пользовательский поиск

Книга Миронов. Содержание - 23

Кол-во голосов: 0

22

Еще до конца не осознавая своей роли в общей братоубийственной войне, Филипп Козьмич Миронов с его всегдашней готовностью быть там, где трудно и опасно, пишет заявление в обком партии и в облисполком: «Сегодня 31 июля в „Советском Доне“ я прочел две заметки: „Нужно ликвидировать Врангеля“ и „Все силы для отпора Врангелю“. В газете „Красный Дон“ от 30 июля помещена статья „Опасная заноза“ и заметка „Смерть Врангелю“. Понимая эти статьи и заметки как клич, как тревогу, считаю преступным не отозваться на этот зов, как коммунист и военный специалист. В грозный и решительный час пролетарской борьбы я еще раз хотел бы испытать свое счастье в борьбе с Врангелем, не покидавшее меня на фронтах – японском, германском и последнем – гражданском. Прошу забыть недоразумения прошлого и разрешить отдать мои военные знания и опыт, а может быть, и жизнь на дело укрепления коммунизма, в рядах Красной Армии, первые шаги которой мне пришлось создавать на севере Дона в 1918 году против Краснова. Не откажите же донести куда следует о моем желании – пойти самому и повести рабочих и красноармейцев знакомыми дорожками для уничтожения барона Врангеля. К сему – Ф. Миронов».

Может быть, и не стоило бы акцентировать внимание на таком факте, что к этому времени Филиппу Козьмичу Миронову шел сорок девятый год, потому что над подобными людьми не властвуют годы? Наверное, права народная мудрость, которая утверждает, что женщине столько лет, на сколько она выглядит, а мужчине столько, сколько он может... Выходит, Миронов многое мог, если при вступлении в командование Второй Конной армией она насчитывала 2760 сабель, а через три недели их было уже 6288. Разбитую, дезорганизованную, недисциплинированную, не знающую простейших построений взводов и эскадронов ровно через три недели специальная комиссия Южного фронта отмечала: «Во Второй Конной армии с приездом Миронова произведена огромная организационная работа. Вторая Конная армия совершенно преобразилась и превратилась в стройную, организованную, спаянную сознательной дисциплиной».

Это какую же надо иметь бешеную энергию и талант, чтобы разгромленную Врангелем Вторую Конную чуть ли не заново возродить к жизни и заставить бойцов и командиров поверить, что они способны вернуться на передовую и победить своего заклятого врага – барона... Тут на поверхность всплыла такая деталь, которую и нарочно не придумаешь. Подставил Вторую Конную армию под удар Врангеля не кто иной, как бывший командующий Ока Иванович Городовников, который вместе с Буденным задерживал идущие из Саранска на фронт войска Миронова и приговаривал к смертной казни. Первый раз... И Миронову пришлось принимать дезорганизованные части Второй Конной... И еще одна деталь: членом РВС Второй Конной армии был назначен... Полуян, бывший председатель, Чрезвычайного военного трибунала в Балашове, приговоривший Миронова к смертной казни. Второй раз... Старые знакомые Миронова.

Красноармейцы и командный состав Второй Конной армии с нескрываемым восторгом встретили назначение командующим Миронова. Потому что Миронов – это талант и надежность. Миронов – это жажда борьбы. Миронов – это победа. Из более чем тридцати крупных сражений он еще ни одного не проиграл. Отчаянный и предусмотрительный, такой и нужен был измученным неудачами бойцам командующий. Он никогда их не оставит в беде. С шашкой наголо Миронов вырвется впереди конной лавы и примет первый удар на себя. Все знали не только его отчаянную храбрость, но и удивительную интуицию, где, когда, в каком месте нужно его присутствие, чтобы победить. Потом о нем ходили легенды, будто он заговорен. Пули жалили его десятки раз, но напрямую с пулей-дурой он еще ни разу не столкнулся. Сабельных ударов тоже избежал, но уже по другой причине – не было ему равных во владении казачьей шашкой в бою.

Среди белогвардейских офицеров бытовала иронически-трусоватая присказка: если завтра бой с войсками Миронова, то сегодня надо исповедоваться и причаститься, потому что живым не вернешься...

Барон Врангель, узнав, что Миронов прибыл на фронт, прислал ему письмо, запрятанное в буханку хлеба. Предлагал чин генерал-лейтенанта и должность командующего всей русской армией. После этого Миронов с особым вдохновением бил барона Врангеля, хотя войска Врангеля и обладали такой силой, которой не было ни у кого – 44 тысячи штыков и сабель, 267 орудий, 1377 пулеметов, 6 бронепоездов, 25 танков, 35 бронеавтомобилей, 40 самолетов...

Эта страшная в своем отчаянии злобная сила, смяв части Красной Армии, кинулась из Крыма на правый берег Днепра, чтобы соединиться с польскими войсками Пилсудского и, зажав в железные клещи, уничтожить красных. Замыслу грандиознейшей задачи не суждено было осуществиться только лишь по одной-единственной причине: на пути Врангеля встала... Вторая Конная армия. Но ведь он же разбил ее!.. Все верно – разбил ее Врангель, и поэтому, узнав, что перед ним снова эта жалкая Вторая Конная под водительством бездарного командования, Врангель смело и дерзко кинул свои отборные части. Ведь не могла же Вторая за несколько дней возродиться и стать серьезной помехой на его победоносном рывке на правый берег Днепра с целью соединения с армией Полыни...

Филипп Козьмич Миронов, вспоминая эти бои, неожиданно вскочил с тюремного топчана и заметался по камере... Врангель наносил главный удар двумя пехотными дивизиями и кавалерийским корпусом. На таранном острие его войск оказались части Второй Конной армии... Командующий Южным фронтом Фрунзе и член РВС Гусев прислали приказ № 330 Миронову: «...Вторая Конная армия должна выполнить свою задачу до конца, хотя бы ценой самопожертвования».

В собственном приказе от 14 октября 1920 года Миронов писал: «...Действовать упорно и беспощадно к себе и к врагу».

Филипп Козьмич понимал: «Историческая правда требует беспристрастного освещения событий, имевших место в великие дни революции, и мы, непосредственные участники боев, постараемся сделать это по мере наших сил и умения, не отнимая ничьих заслуг и не переоценивая фактов...»

В памяти строки телеграммы Главнокомандующего вооруженными силами республики командующему Южным фронтом: «Вторая Конная армия, руководимая доблестным командиром тов. Мироновым, в боях 13–16 октября западнее Никополя разбила лучшие конные части Врангеля – корпус Барбовича, и этим ударом создала перелом во врангелевском наступлении на правом берегу Днепра, преследуя по пятам разбитого противника, вынужденного поспешно отойти за Днепр. Армия захватила большие трофеи».

Завершившийся разгром белых войск Врангеля по справедливости составит одну из наиболее значительных и красивейших страниц борьбы русского пролетариата и крестьянства с мировой контрреволюцией за победу Советской власти в нашей стране и торжество социализма. Начальный толчок разгрому и образованию первой трещины в белогвардейской лавине дала именно Вторая Конная Красная Армия – в своих четырехдневных боях с противником 11–14 октября 1920 года на правом берегу Днепра. Сюда, в район Никополя барон, легко расправившийся с 13-й Красной Армией на левом берегу Днепра, перебросил из города Александровска отборные части: марковскую и корниловскую дивизии, конницу генерала Бабаева, 6-ю и 7-ю пехотные дивизии с конницей генерала Барбовича.

Филипп Козьмич обхватил двумя руками голову и усиленно начал растирать виски, словно желая в мельчайших деталях вспомнить, как он сумел натренировать бойцов и командиров, чтобы они не дрогнули в самый решающий и критический момент необычного тактического решения, еще никогда никем не применяемого. И может быть, главным было – убедить всех, что смертельный бой окончится победой. И еще, чтобы ни одна душа не знала о готовящемся «сюрпризе» врангелевским войскам, такого «гостинца» они еще не получали и вряд ли получат...

«Да, – писал впоследствии Миронов, – бог войны долго колебался над решением: кому уступить военное счастье – красным или белым? В конце концов ценою безмерного героизма и полного презрения к смерти, высокого сознания в исполнении революционного долга со стороны как командно-комиссаровского состава, так и рядовых бойцов Второй Конной армии, счастье было вырвано нами. В бою 12 октября 1920 года руководителями конных масс являлись – со стороны белых генерал Бабиев и со стороны красных – командарм Второй Конной. Оба они принимали непосредственное участие в боях: генерал Бабиев убит, Миронов ранен. Лошадь под ним была сражена осколком снаряда...»

103
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru