Пользовательский поиск

Книга Легионы идут за Дунай. Содержание - 3

Кол-во голосов: 0

3

Скориб с высоты стен рассматривал римлян, осадивших город. Сверху они казались размером с ягоды сливы, не больше. Играя важную роль форпоста дакийской столицы, охранявшего проходы Южных Карпат, Тибуск представлял собой первоклассную крепость. Он был заложен еще Котизоном Великим на вершине крутой горы. При Децебале на месте обветшалых глинобитных стен и дубовых бревен возвели новые, каменные. Толщина их достигла пяти-шести метров. Между двумя рядами параллельных кладок с перемычками засыпали глину с гравием. Такая бутовая стена отличалась большой прочностью. В ряде случаев тараны не в состоянии были проломить ее. Бут служил прекрасным амортизатором. Инженеры Децебала поставили на каждую башню до пяти метательных машин различного назначения. В арсеналах хранились тысячи зажигательных снарядов с нефтью, смолой и серой. В промежутках, за зубцами, сложены груды камней. Круглых, отесанных и грубо отколотых, с острыми краями, для метания.

Римляне методично, изо дня в день, все ближе и ближе подводили линии траншей к валам. Толпы безжалостно избиваемых пленных даков таскали в мешках и корзинах землю, возводили насыпь. Катапультарии со стен тщательно целились и стреляли длинными аппаратными дротиками в солдат, прячущихся за рабами. Однажды Скориб увидел, как работавший невольник выдернул из земли прилетевшее со стены копье и свирепым ударом в горло сразил ничего не ожидавшего охранника. Другие набросились и изрубили смельчака в куски. Это навело командира баллистариев на смелую мысль. И вот теперь он стоял за зубчатым бордюром и следил за перемещениями врагов внизу.

Тяжелая ладонь легла на плечо камнеметчика. Скориб обернулся. Рядом, прикрыв глаза от солнца полой рубахи, возвышался Сусаг.

– Как тут у тебя, мастер?

– Все в порядке. Трубы прозвучали три раза. Скоро начнут работу.

Лучший полководец царя нахмурился и устало присел на обмотанные ветошью и пропитанные смолой камни.

– Худо, Скориб. Сарматы хотят уходить. Борак сказал мне, что не намерен сидеть в каменном мешке и ждать смерти. Я просил его спешить воинов и поставить на стены, но он ответил: «Место сармата на коне и в чистом поле, а не в мышеловке». Регебал с Котизоном уже не смогут пробиться в Тибуск. Когда Траян докончит насыпь, я прикажу заложить ворота глыбами, и тогда мы не впустим никого.

Скориб, прищурив один глаз, что-то соразмеряя, то приближал, то удалял от носа большой палец правой руки.

– Так... Есть... Как раз! Один полный бросок! Знаешь, Сусаг. Лучше отпусти сарматов. Проку от них здесь все равно не будет, А там, – строитель кивнул на окружающие горы, – Борак и его ребята попортят римлянам немало крови. Что, если мы раздачу оружия, которую я придумал, приурочим к вылазке сарматов? А-а?

Лицо Сусага прояснилось. Военачальник вскочил и в волнении прошелся туда-сюда.

– Гм! Заманчиво. Да нам ничего не остается. Все равно укрыться в воротах эти бедняги не успеют, а так сарматы выведут их к лесу. Ну, Скориб! Ну, голова! Зови мне сюда Борака и Феликса. А сам иди готовь все, что нужно!

Мастер ушел. Немного погодя явился старейшина степных конников и Феликс – римлянин на службе у Децебала. Командир сильно сдал, похоронив верного друга Тита.

Начальник тибусканского гарнизона щелкнул пальцами:

– Борак! Ты рассудил правильно! Сарматам нечего делать в Тибуске. Сегодня твои воины покинут крепость. Но я прошу тебя хорошенько потрепать римлян во время ухода!

Старик осклабился:

– Об этом, почтенный Сусаг, можешь не беспокоиться – перебьем столько, сколько попадется на пути.

Феликс не задавал лишних вопросов. Внимательно слушал.

– Теперь о деле, – продолжал Сусаг. – Вы знаете – на строительстве насыпи работают рабы-даки. Так вот. Скориб предложил сбросить им от нас оружие. Топоры, копья, несколько десятков мечей. Как только внизу начнется потасовка, выводи свои сотни и дуй прямо на Сармизагетузу, Борак. И прихвати с собой всех, кого успеешь, из освободившихся рабов. Крикни им, чтобы хватались за хвосты лошадей. Ты, Феликс, выйдешь с тремя сотнями пеших. Постарайся поджечь скрепы насыпи. Если римляне подоспеют быстрее, чем мы надеемся, – сразу уходи. Учти, я закрою ворота при малейшей опасности. Слишком дорогой подарок Траяну – сдать Тибуск без сопротивления!

В одиннадцать часов утра, после смены стражи, тридцать семь баллист Скориба перекинули через зубцы вниз до пятисот единиц оружия. Даки из числа работающих сориентировались мгновенно. Расхватав ножи, палицы и топоры, они с бешенством накинулись на караульную центурию. Центурион позорно бросил своих воинов и сбежал. Вслед за этим распахнулись окованные медными листами ворота и три тысячи сарматов в чешуйчатых панцирях до пят кинулись на прорыв. За ними вышла полная легионерная когорта костобоков под командованием Феликса. Даки волокли горшки с нефтью, комки протухшего сала и смолу. По всему римскому лагерю поднялась тревога. К месту схватки Траян направил два полных легиона. VII Клавдиев и XXX Ульпиев во главе со своими легатами и самим императором бегом помчались остановить уходящих варваров.

К чести римлян, они преодолели расстояние между лагерем и местом вылазки за предельно короткий срок, но... опоздали. Хвост сарматского клина пылил далеко впереди. Часть Феликса, выполнив задание, отошла в город, не потеряв ни единого человека. На пятачке, где все произошло, остались лежать только трупы саперов, охранного манипула и погибших рабов. Угловые балки насыпи, обильно политые горючими составами, полыхали жарким огнем. Клодиан, командир XXX Ульпиева легиона, приказал отвести когорты назад.

– Быстрее! Насыпь сейчас рухнет!

Раздался оглушительный треск. Нижние столбы скрепов подломились, и вся масса земли, насыпанная с таким трудом, осела на добрых пять метров. Даки на башнях торжествующе вопили:

– Эй, «петухи»! Кто из вас Траян? Передайте ему, пусть сам берет лопату и ковыряет землю! И кладите в основание побольше ослиного помета! Говорят, он не горит! Ха-ха-ха!!!

В обстановке всеобщего опьянения от успеха только Сусаг оставался спокойным и угрюмым. Он понимал, что генеральный штурм не за горами. Передовые траншеи вплотную подступили к основаниям стены. Камнеметчики врага закончили оборудование позиций. У лагеря легионеры сложили огромные баррикады из фашин и мешков с песком.

Накануне майских нон (6 мая) саперные подразделения закончили длинный и достаточно широкий подкоп под оборонительные рубежи Тибуска. Траян, не медля ни мгновения, послал войска на приступ.

– Передайте солдатам, – приказал император, – город я отдаю им на разграбление!

Легионы озверело полезли на стены. Сверху лилась расплавленная смола, сыпался раскаленный песок. Горящая нефть разлеталась из разбитых горшков брызгами, воспламеняла плащи, щиты. То и дело валились убитые и раненые.

* * *

...В свете маленького чадящего факела еле проглядывали закопченные, перемазанные лица легионеров. С каждой минутой становилось труднее дышать. Впереди, в темноте, двое вовсю орудовали заступами.

– Долго там еще? Меммий! Что ты возишься, как александрийский евнух! Давай быстрей, а то мы все тут передохнем!

II когорта VII Клавдиева легиона, введенная в подкоп, длинной змеей теснилась в душной земляной галерее. Антоний Супер, префект когорты, отковыривал от пластин панциря свечное сало.

– Меммий, сволочь!

– Минуций, заткнись! – рявкнул выведенный из себя иммун.

– Откликнулся, – радостно вздохнул приятель. – Ты не злись. Это я так, для собственного успокоения. Второй раз мы с тобой под землю лезем.

– Да, только под Иерусалимом земля полегче была. Песок да камешки. А здесь, – ветеран длинно, искусно выругался. – О! Есть! Лопата прошла наружу. Передайте префекту.

Антоний Супер разом оживился, бросил под ноги свечу.

– Меммий, скорее расширяйте отверстие. Неизвестно, где мы выйдем. Одна связка горящих куриных перьев, и мы перемрем, как хорьки!

69
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru