Пользовательский поиск

Книга Черчилль. Содержание - Министр снабжения армии: 1917—1918

Кол-во голосов: 0

В области перспективных технических нововведений богатое воображение и энергия Черчилля также творили чудеса. Упомянем о двух его чрезвычайно важных изобретениях. Сначала в 1913 году он решил перевести корабли с угля на мазут. Затея не только смелая, но и рискованная, ведь Англия была богатой угольной страной, но нефти на островах не добывали вовсе. А потому заодно была основана Англо-персидская нефтяная компания. Британцам принадлежал пятьдесят один процент акций компании, что впредь гарантировало бесперебойные поставки топлива для английских кораблей, а также обеспечивало свободный доступ к Персидскому заливу — Англия традиционно уделяла большое внимание этому стратегически важному району.

Вторая заслуга Черчилля заключалась в том, что он сумел предугадать решающую роль авиации в войнах будущего. Аэронавтика будоражила его воображение уже не один год. Он и Фишер предчувствовали, что самолеты полностью изменят тактику ведения морских боев, да и сражений на суше. Черчилль даже предвидел, в отличие от своих современников, для которых воздушные такси были лишь средством наблюдения, появление самолетов, оснащенных боевым оружием. Это привело к созданию в 1912 году военно-морской авиации на базе Авиационного корпуса Великобритании, трансформировавшегося затем в военно-воздушные силы Великобритании. На данном этапе Черчилль не только заботился об усовершенствовании аэропланов и гидросамолетов, он, кроме того, верил в огромный потенциал дирижаблей, таких, как цеппелины, хотя впоследствии и изменил свое мнение о них. К тому же тридцативосьмилетний Черчилль сам подавал пример окружающим, освоив, несмотря на свой возраст и тревогу Клемми, искусство пилотирования. В его активе было около сорока часов полета. Таким образом, в деле воздухоплавания Уинстон также оказался первооткрывателем, разрушающим сложившиеся стереотипы. А потому его не смущало ни оказываемое сопротивление, ни насмешки, тем более что, в конечном счете, вчерашние скептики и противники вынуждены были признать его правоту. Как остроумно заметил один из единомышленников Черчилля, «они три года мочились на свои насаждения, а теперь хотят, чтобы за один месяц эти деревья расцвели»[89]. Между тем идеи о создании танка и службы разведки зародились в богатом воображении Уинстона еще в бытность его первым лордом адмиралтейства.

* * *

Когда международная обстановка начала ухудшаться, ясно обозначилось соперничество Англии и Германии на море. Черчиллю, бывшему в то время первым лордом адмиралтейства, приходилось с этим считаться. Как и его соотечественники, он исходил из того, что «на море может быть только один хозяин». С тех пор как в 1898 году император Вильгельм II произнес роковые слова «наше будущее — на воде», «любовь» немцев к морю не просто затрагивала интересы Британии, она ранила «владычицу морскую» в самое сердце. Эли Халеви писала, что малейшее покушение на первенство англичан в мировом океане воспринималось ими как «покушение на оскорбление национального величия»[90]. Старый постулат о соотношении «два киля к одному», или Стандарт двойной мощности, согласно которому английский флот должен был, по крайней мере, не уступать объединенному флоту двух могущественнейших морских держав, дал течь под напором немецких амбиций. Напрасно Черчилль пытался объяснить послу Германии принцу Лихновски всю тяжесть происходящего, сравнивая немецкий флот с «Эльзасом и Лотарингией — предметом спора двух держав, на границе которых эти две провинции находятся»[91]. Если вначале назначение Черчилля первым лордом адмиралтейства было встречено благосклонно в правящих кругах Германии, то очень скоро их мнение изменилось, и они увидели в Черчилле нового Чемберлена, честолюбца-демагога, всегда готового подлить масла в огонь. В феврале 1912 года Уинстон произнес речь в Глазго. Пожалуй, это было самое важное его выступление в качестве первого лорда. Черчилль не стеснялся в выражениях, излагая философию британского народа, уверенного в своем праве верховодить на море. «Для Англии флот — жизненная необходимость, — заявил Уинстон, — а для Германии — предмет роскоши и орудие экспансии. Как бы могуществен и велик ни был наш флот, он не страшен самой маленькой деревушке на европейском континенте. Но надежды нашего народа и нашей империи, равно как и все наши ценности, которые мы накопили за века жертв и подвигов, погибли бы, окажись под угрозой превосходство Англии на море. Британский флот делает Соединенное Королевство великой державой. Германия же была великой державой, с которой считался и которую уважал весь цивилизованный мир, еще до того, как у нее появился первый военный корабль»[92]. Неудивительно, что эта речь вызвала волну возмущения в Германии, «предмет роскоши» многим стал поперек горла.

Тем не менее, Черчилль вовсе не был шовинистом и германофобом, поджигателем войны. Вплоть до начала военных действий он не исключал возможности прекращения этой гонки вооружений между Англией и Германией, предлагал сделать передышку — устроить так называемые «морские каникулы» и даже в мае 1914 года не оставлял надежды договориться с «великим магистром» германского военного флота адмиралом Тирпицем. А вот у кого политика первого лорда вызывала нарекания, так это у членов либерального правительства. Ведь постоянное увеличение расходов на нужды флота значительно обременяло бюджет, и в 1913 году Черчиллю пришлось выслушивать упреки пацифистски настроенных министров, обвинявших его в том, что он якобы перешел в империалистический лагерь. Ллойд Джордж, министр финансов и главный казначей Королевства, встал на их сторону и наложил вето на эту статью расходов. Затем с его стороны последовали угрозы подать в отставку, но, в конце концов, конфликт был улажен и друзья помирились. Накануне войны Ллойд Джордж все же прислушался к советам Уинстона, хотя по-прежнему считал, что военно-морской флот стал его навязчивой идеей, и шутливо выговаривал ему за это: «Вы превратились в водяного. Вы полагаете, что все мы живем в море. (...) Но вы забываете, что большинство из нас обитает на суше»[93].

Споры спорами, а, как сказал в 1914 году Китченер, «флот был готов» к войне, хотя, конечно, кое-какие погрешности и недочеты все же оставались. Подготовить флот к военным действиям удалось в основном благодаря стараниям Уинстона, которого старый гладстоунец Морлей называл «блистательным авантюристом адмиралтейства». Очередной ежегодный смотр флота прошел в Спитхеде весьма успешно, и «блистательного авантюриста» так и распирало от гордости. В присутствии короля Георга V корабли выстроились в линию длиной в семьдесят километров — никогда и никому еще не приходилось видеть такого громадного скопления военных судов.

* * *

Однако несмотря на то, что Черчилль так страстно увлекся морем: отдавал все свои силы флоту, любил корабли, морской церемониал и бескрайние соленые просторы, — прежде всего он был и оставался солдатом. И не только потому, что он с юных лет привык к армейской жизни, успел почувствовать вкус сражений, просто он по сути своей был военным, думал, как военный, действовал, как военный. Словом, если мы скажем, что он всю жизнь оставался кавалерийским офицером, лейтенантом-гусаром, как в юности, в этом не будет ничего парадоксального. «Его школой была казарма, его университетом было поле брани», — точно подметил в 1908 году талантливый журналист-либерал Альфред Гардинер. А когда юный министр с головой ушел в социальные реформы, тот же Гардинер говорил: «Его политика — это политика военного от начала и до конца. Когда думаешь о нем, поневоле прибегаешь к военной терминологии. На его пути чувствуется запах пороха»[94].

вернуться

89

Со слов капитана Кортни: См. Рандольф Черчилль, Young Statesman, с. 698.

вернуться

90

Эли Халеви, Histoire du peuple anglais au XIX siecle: epilogue II 1905—1914, Paris, Hachette, 1932 г., с. 565.

вернуться

91

Телеграмма Бетманну-Холуэгу от 30 апреля 1913 г., приведенная в книге Die Grosse Politik der Europaischen Kabinette, том XXXIX, с. 38.

вернуться

92

Рандольф Черчилль, Young Statesman, с. 563.

вернуться

93

Там же, с. 576. См. также книгу лорда Ридделла More Pages from my Diary 1908—1914, London, Country Life, 1934 г., с. 78.

вернуться

94

Альфред Г. Гардинер, Prophets, Priests and Kings, London, Dent, 1908 г., с. 106—107.

25
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru