Пользовательский поиск

Книга Утоли моя печали. Содержание - 2

Кол-во голосов: 0

2

Он пощадил Слухача и временно поселил в пустующем кабинете, а сам не мог успокоиться, чувствуя непреодолимую тягу заглянуть в кубрик, где, по свидетельству Матки, стены на вершок пропитались некой отраженной энергией ЯЗ. Гелий понимал, что от долгого общения с больными их навязчивые идеи способны проникать в голову здорового человека, как эта строчка молитвы, произнесенная Слухачом. Расставшись с ним, Гелий часа полтора еще замечал за собой, что ходит по Центру и мысленно напевает: «Боже Святый, Боже Крепкий, Боже Бессмертный…»

Слов не знал, но мелодия звучала, и не в голове, а где-то чуть ниже горла…

Он гнал от себя неотступное желание наведаться в кубрик, силился отвлечься на другие проблемы, а их хватало! И никак не мог побороть себя. Двигаясь по коридорам из компьютерного центра в отсек к специалистам по Астральному Анализу – обсудить разговор с другим блаженным, Маткой, он внезапно остановился перед дверью кубрика и, не удержавшись от искушения, загадал: если дверь окажется открытой, то войдет. И тогда устроит разнос дежурной смене, обязанной держать все помещения на запоре!

Дверь оказалась открытой, кодовый замок выключен…

Он ступил через порог, зажег свет. Ничего особенного: подкрашенные после разгрома Матки стены в некоторых местах исцарапаны и выпачканы кровью – это Слухач пытался начертать ногтями охранительные кресты, кондиционер включен, и в комнате пахло озоном. И так легко дышалось, будто он на поверхности земли после сильной летней грозы идет по чистой, отмытой ливнем донской степи. Гелий осмотрелся и прошел к журнальному столику, привинченному к полу, сел в кресло.

Стены как стены – ни дыма, ни гари, и вообще никакой энергии, – разве что чуть холодноватые на ощупь. После косметического ремонта стало уютнее, исчез казенный вид судового кубрика, появился японский телевизор под прозрачным колпаком, нержавеющая раковина и душевая кабинка из небьющегося стекла. Техническая служба все предусмотрела на сей раз, так что ни одной вещи тут не расколотишь и не оторвешь от пола и стен. Глазки видеокамер замаскировали так, что без специального осмотра не так-то просто обнаружить. Интересно, оператор на пульте видит сейчас его или нет?

Он включил телевизор и сразу же увидел своего высшего начальника президента СССР. Тот что-то говорил, улыбался, однако звука не было. Гелий нажал кнопку на дистанционном управлении, на экране появилась зеленая звуковая шкала и цифры уровня громкости – самые высокие…

Но бывший Генсек все равно улыбался и немо шевелил губами – кажется, делал какое-то заявление. Техники перестарались, упрятали хрупкую вещь под такой бронеколпак, что заглушили динамики.

Гелий встал, позвал, обращаясь к стенам, где были встроены невидимые камеры.

– Эй, на пульте? Дежурная смена?.. Оператор? Прошла минута, но динамик обратной связи, вмонтированный в потолок, молчал: на центральном пульте никого не было или никто не наблюдал за мониторами – дрыхли, черти, после бессонной ночи!

– Внимание, охрана! Караул внутренней охраны? Видите меня?.. Где начальник караула?!

Видеонаблюдение за основными объектами Центра параллельно было выведено и на пульт охраны – это сделали после исчезновения Слухача, обеспечив двойной контроль. Выходило, что и там спали…

Это уже было ни в какие ворота! Теперь ясно, почему не уследили за объектом, и понятно, что происходит, когда начальник покидает Центр. Какой уж тут удар возмездия!

– Кто-нибудь меня слышит?! – рявкнул он, снова превращаясь в Железного Гелия. – Вы что там, ослепли?! Дежурные?! Мать вашу!..

Над головой послышался щелчок, голос оператора был трезв, бодр и спокоен, будто ничего не случилось.

– Слушаю вас!

– Ты меня видишь?

– Да, и очень хорошо, – был ответ.

– Где я сейчас нахожусь – видишь?

– Так точно. Специальный блок триста семь.

– А какого черта молчишь?! Почему сразу не ответил? Спал?

Голос оперативного дежурного, подполковника из старых ракетчиков, несколько сник.

– Виноват, смотрел телевизор, прямое обращение президента страны. Нам это положено.

– Почему в блоке триста семь нет звука в телевизоре? – сбавляя грозность тона, спросил Гелий.

– Сейчас! Один момент! Включил! Слышите?

Голос президента, мгновенно ворвавшийся в комнату, оглушил так, что в первое мгновение Карогод не разобрал ни слова – зазвенело в ушах. Он схватил пульт, убавил звук до минимума.

– Слышите? – все еще спрашивал дежурный. – Теперь порядок, я включил, слышите?

– Да слышу, слышу, – недовольно пробурчал Гелий, усаживаясь в кресло.

Первое Лицо государства говорило жестко, отрывисто, чеканя короткие, военные фразы:

– …ядерного сдерживания. Дух Рейкьявика остался пустым звуком. Но сегодня менее опасен внешний враг, потому что он знает: Удар возмездия настигнет его, как бы он ни прятался и ни защищался системой СОИ. И мною, президентом страны, уже приняты соответствующие меры. Более опасен враг внутренний, который сделал попытку расколоть Советское государство и развести народы по национальным квартирам. Поэтому… – Президент откашлялся и глотнул воды из стакана, покрытого салфеткой.

Гелий потряс головой, совершенно не понимая смысла сказанного. В мозгу застряла единственная фраза про удар возмездия…

Тем временем президент еще раз откашлялся и сделал второй глоток. Аккуратно положил салфетку на место и заговорил хрипловатым, чужим голосом:

– Поэтому… Как Главнокомандующий Вооруженными Силами Союза Советских Социалистических Республик приказываю! Первое. Привести в полную боевую готовность стратегические ядерные силы страны и откорректировать ранее намеченные цели согласно боевого расчета. Второе. Привести в полную боевую готовность противовоздушные силы и отразить ядерный удар противника, используя для этой цели все возможности и средства, имеющиеся в распоряжении. Третье. Специальным подразделениям ядерного сдерживания включить первую ступень систем Удара возмездия…

Дальше Гелий ничего не услышал: то ли снова пропал звук, то ли от внезапной тишины зазвенело в ушах.

Президент все еще говорил и улыбался…

Третий пункт приказа касался непосредственно Центра и его, Карогода. Инструкция не исключала прямого обращения Главкома к войскам с подобным приказом, затем продублированным по специальным средствам связи.

Значит, оперативный дежурный сейчас получит соответствующий сигнал…

Включить первую ступень системы означало привести в действие специальный спутник автоматического оповещения на орбите, задать ему новые, не предсказуемые противником параметры и перевести в боевое положение.

Далее потребуется всего лишь подать кодированный сигнал-команду, по которой спутник связи перейдет под управление особой программы компьютерного центра, составленной благодаря экстраординарным способностям Слухача…

И можно уже больше не подниматься на поверхность земли, поскольку ее, этой поверхности, не будет. В бункере существовали суперсовременные системы жизнеобеспечения, рассчитанные на девяносто девять лет. Здесь было все – от зубных щеток и скота, всякой твари по паре, до ядерного энергоблока, законсервированного в одном из многочисленных боксов, где Гелий за время работы даже не успел побывать.

Под землей на девяносто девять лет останутся сорок три человека, включая внутреннюю охрану, из них девять молодых женщин – связисток и операторов компьютерного центра.

Что делать потом, как жить эти долгие годы, станет известно, когда Удар возмездия достигнет цели и со спутника связи поступит шифр-пароль, с помощью которого можно будет найти и открыть сейф, где хранятся дискеты со специальной программой на будущее.

Гелий продолжал сидеть в кресле, тупо глядя на Первое Лицо и мысленно протягивая эту цепочку действий, как студент перед экзаменом.

Кажется, отключился или испортился кондиционер – в комнате становилось душно, а из приоткрытой двери санузла ощутимо потянуло сероводородом. Было полное ощущение, что время остановилось. От оперативного дежурного не донеслось ни звука…

53
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.ru