Пользовательский поиск

Книга На берегу Севана. Содержание - «КАВКАЗ ПОДО МНОЮ…»

Кол-во голосов: 0

– Вот берите, больше воевать не буду!

Это увидел Арто. Широкая, добрая улыбка расплылась по его лицу. Он побежал к Камо и тоже отдал ему свой лук.

Мальчики и Асмик по очереди пожали руки Сэто и Арто. Теплое, приятное чувство охватило всех.

– Вот так, теперь мы стали еще сильнее! – воскликнул Камо, обнимая Сэто.

* * *

Неожиданное примирение с Сэто так обрадовало ребят, что они почувствовали желание поделиться приятной новостью с самым старым членом своего кружка – дедом Асатуром.

– Нет, я к деду Асатуру не пойду, – опустив голову, сказал Сэто.

– Почему?

Сэто замялся. Он вспомнил случай с бочкой, горсть золы, которую он кинул в глаза старику.

– Я с ним нехорошо обошелся… – пробормотал он.

– У, какие пустяки! – взял его под руку Камо. – Мой дед никогда зла не помнит. Идем!

Ребята гурьбой пошли на колхозный пчельник. У одного из ульев стояли дед Асатур и колхозный пчеловод Аршак.

– Видишь, – донеслись до ребят слова деда, – дикие пчелы легче переносят засуху. Что я тебе говорил?.. Мои львята пришли! – обрадовался он, увидев мальчиков. – Ну, какие новости?

Камо подтолкнул вперед Сэто:

– Хорошие новости, дедушка! Вот, познакомься: новый член нашего кружка.

– А, – широко улыбнулся старик, – добро пожаловать! Вот и хорошо, что ты к нам пришел. В мире, сынок, только добрые дела и остаются. Делай и ты доброе, зачем тебе делать худое!

– Будет делать доброе, дедушка, – кивнул головой Камо, – будет – и покажет еще, что мы в нем ошибались.

– Нет, не ошибались, – смущенно ответил Сэто. – Я перед вами, а особенно перед Асмик, виноват… не знаю, как об этом ей сказать, – добавил он, вспомнив о своих проделках на ферме.

Асмик. улыбнулась ему ласково, а Грикор, вдруг что-то вспомнив, воскликнул:

– Эй, парень, не ты ли это жирненькими утятами объедался? – И завистливо добавил: – Счастливчик!

Сэто смущенно опустил глаза.

– Как, так это ты в бочке сидел? – спросил дед и шутливо схватился за кинжал.

– Ну-ну, довольно! – вмешался Камо. – Прежнего Сэто больше нет…

– Э, нет, погоди, Камо! Что было, то прошло – это верно сказано, но все-таки пусть Сэто расскажет, как он птенцов таскал, – запротестовал дед. – Вы-то ведь не видели, а я видел. Было на что поглядеть – всему миру на удивление!.. Распустил утенок крылья, шею вытянул, рот раскрыл и ползет к бочке. Будто рука какая невидимая схватила его за клюв и тащит… Как это ты делал, Сэто? Открой секрет. Сколько времени за птицей охочусь, все способы знаю, а такого фокуса не видывал… Да, еще: куда ты птенцов девал? Ведь ты их десятками таскал. Не съедал же ты их!

Сэто готов был сквозь землю провалиться – так неловко он себя чувствовал. Он покраснел до ушей и стоял опустив голову.

– Да ну, Сэто, дело прошлое, расскажи, – подбадривал его Камо.

– Никакой невидимой руки не было… Моя была рука, да я ее в бочке прятал… – смущенно сказал Сэто под общий смех.

– Ну, а как?

– Нитка была простая, катушечная. За нитку тянул птенцов. Нитки-то не видно – вот со стороны и казалось, что их невидимая сила тащит…

– За нитку? Как за нитку? – спросила Асмик.

– Ну, как сказать… Привяжу к нитке ячменное зерно и закину сквозь щель в изгороди. Клюнет гусенок или утенок это зерно, а с ним и нитку. А другой конец нитки у меня в бочке. Потяну нитку – так гусенок, раскинув крылья, и тянется прямо в бочку…

– Ну, а что же ты потом с гусятами делал?

– Мы с братом всех их в Гилли относили, в озеро, и отпускали… Вам назло делали, – сказал он покраснев. – Что им, живут себе на воле…

– И ни одного не съел? – удивился Грикор.

– Ни одного… честное слово!

Ребята весело засмеялись, а дед сокрушенно покачал головой:

– Разве назло можно такие вещи делать! Не жаль трудов этого ребенка? – указал он на Асмик. И, неторопливо вынув трубку из кармана, спросил у ребят: – А знаете ли вы, что эта трубка спасла вашу ферму?

– Как? – заинтересовалась Асмик.

– Очень просто. Не постучи я трубкой по бочке, оттуда не подали бы голоса.

– Это правда, – сказал Сэто. – Мы уговорились с Арто так: кто первый заметит, что вокруг нет никого, тот и постучит по бочке.

Все расхохотались.

Арто, низко опустив голову, застенчиво улыбался. Смеялся, краснея, и сам Сэто.

– Да, вот, ребята, что я вспомнил в связи с бочками, – сказал дед. – Как раз такой же случай был на острове Севан семь или восемь столетий назад. Я об этом слышал от деда, а тот – от своего… В Армению тогда чужеземцы ворвались. Всё захватили, всю страну наводнили, а вот острова Севан взять не могут… Да и как взять? Вокруг вода, остров весь в скалах, утесах. Подойдут на плотах, а их сверху камнями!.. Враги и думают: как бы хитростью завладеть островом? Думали, думали – придумали. У каждого народа всегда найдется один на десятки тысяч грязный человек, предатель. Вот и они нашли жадного купца-армянина. Наобещали ему горы золота за то, чтобы он воинов неприятельских спрятал в бочках и ящиках и под видом товара повез на остров. Так и сделали. Посадили воинов с оружием в руках в бочки, погрузили на баржи, и поплыли они к острову с купцом. Остров-то ведь целый год враги осаждали. Понятно, очень нуждались там люди во всем: в пище, в одежде. Обрадовались купцу. Приняли бочки, ящики, сложили их в монастырском дворе, в погребах. Кому могло в голову прийти, что в ящиках не товары, а воины с мечами. В это время парень один, вроде Сэто, епископа из терпения вывел: уроков не учит, озорничает … Епископ и посадил ею в погреб. «Пока, – говорит, – уроки знать назубок не будешь – не выпущу»… Сидел этот парень в погребе, сидел, попробовал почитать – стало скучно. Ну, и начал по бочке постукивать, как по барабану. Вдруг слышит из бочки голос: «Гасан, вахты ды?» («Время, Гасан?») Парень выскочил в ужасе из погреба – и к епископу. Пришли люди, взяли бочки, ящики и, не открывая, все в море покидали… А предателя-купца на виселицу отправили… Да, вот какие дела… Побарабанил от нечего делать – и остров спас. А я постучал трубкой по бочке – и ферму спас, – закончил свой рассказ дед и широко улыбнулся Сэто.

– Как интересно! – сказала Асмик.

– А это не сказка? – спросил Армен.

– Нет, какая же сказка! – ответил дед. – Было такое дело…

* * *

Проснувшись на рассвете, Сэто почувствовал, что сердце его полно какой-то особой, непередаваемой радости. Прежней тяжести, тревожившей его по утрам, как не бывало.

«В чем дело, что случилось со мной? Почему мне стало радостно?» – подумал Сэто и вдруг, вспомнив, стремительно вскочил с постели.

– Опоздал, нани, скорее! – торопил он мать.

– Ты что, косить идешь? – удивилась мать.

– А почему бы и нет? Чем я хуже Грикора? Скорее, нани, дай завтрак!

Сунув сверток в карман, Сэто взял косу и убежал.

С веселым гомоном выходили из села вооруженные косами и серпами группы колхозников и спускались к раскинувшимся у озера Гилли темно-зеленым полям люцерны и клевера. Мягкий утренний ветерок ласково колебал верхушки густых, высоких трав, и сердца людей наполнялись радостью. Земли, лежавшие у озера, было легко орошать – не то что наверху…

Председатель колхоза Баграт догнал косарей. Он был верхом на белой лошади.

Заметив председателя, Сэто опустил голову, стыдясь взглянуть на него.

Придержав лошадь, Баграт спросил у мальчика:

– Косить идешь, Сэто?

– Да, товарищ председатель, – не поднимая головы, ответил Сэто.

– Молодец! Ну, что было, то было. Кто старое помянет… Мне Асмик все рассказала, – по-отечески мягко сказал Баграт.

Почувствовав, однако, что мальчика смущает его присутствие, Баграт отъехал в сторону. Разыскав в толпе бригадира, Баграт сказал ему:

– Овсеп, судя по всему, Сэто решил свои грехи загладить. Обращайся с ним мягко. Скажи о том же и членам своей бригады. Понял?

48
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru