Пользовательский поиск

Книга 999-й штрафбат. Смертники восточного фронта. Страница 39

Кол-во голосов: 0

— Товарищ?! Это ты — мой товарищ? Да, русские палят по нас, это ты верно заметил! — прошипел он. — Война это, усек? Война! Давай, насри полные штаны и подыхай геройской смертью, пес паршивый! Вонючий, поганый пес! Прибить бы тебя!

И вдруг на Видека волной накатило отвращение к этому мозгляку. Вдруг ему стало наплевать на него. Он заехал ему еще разок на прощание, и Крюль головой ударился о стенку траншеи. А Видек тем временем сломя голову помчался по траншее, время от времени бросаясь на дно, чтобы уберечься от осколков очередного разорвавшегося снаряда, потом поднимался и продолжал бежать туда, где должно было располагаться место сбора.

Добежав до угла системы окопов, он увидел, что никого там нет. Один только утоптанный подошвами сапог снег да позабытая второпях кем–то лопата. Где–то довольно далеко бухала кирка — там копали, скорее всего, те, кто прибыл им на смену работать днем.

Русская артиллерия тем временем перенесла огонь в тыл передовых позиций немцев. Еще немного, и они огонь перенесут как раз туда, где находился сейчас Видек.

Он отер выступивший на лбу пот. Да, значит, остальные успели убраться. Это означало, что ему целый день предстояло проторчать здесь. Так что времени на раздумья и прикидки не было — нужно было срочно отыскать землянку. Впрочем, та, прежняя, была наилучшей из всех. И самой надежной, если теперь вообще уместно было говорить о надежности. Но там оставался Крюль… И Видек помчался назад.

Вернувшись, он застал обер–фельдфебеля Крюля на том же месте и в том же положении — скрючившись, весь в земле и снегу, он сидел на дне траншеи. Почувствовав, как Видек слегка ткнул его носком сапога, он повернулся и тут же с испугом и с благодарностью посмотрел на него.

— Ты вернулся? — проверещал он, будто не веря, что теперь он уже не один в этой проклятой траншее, не один на один с ощерившимся на него миром, в любую секунду готовым стереть его в порошок.

— Никого там уже нет, все убрались. И все ты! Ты ведь меня не пускал. Вот теперь и сиди здесь до самого вечера. Ладно, пошли–ка лучше в землянку.

Ненависти к Крюлю больше не было, она исчезла, растворилась, ее сменило равнодушие и брезгливое сочувствие.

— Еще целый день здесь околевать, — бормотал Крюль, вслед за Видеком забираясь в землянку.

Он понимал, что вел себя недостойно, но ни капли не стыдился этого. Что делать — героизма в приказном порядке не существует. И он не из героев. Так какого черта это скрывать? Дрожащими руками он вытащил из кармана шинели пачку сигарет, раскрыл ее и предложил закурить Видеку. Тот, не взглянув на Крюля, взял сигарету. Не мог он смотреть на этого типа сейчас.

— Ну так как? Пойдешь замерять траншеи? — с нескрываемой издевкой спросил он. — Мне Хефе говорил, что ты вроде пятидесяти метров недосчитался. Мол, все с точностью пересчитал, а их и нет, этих пятидесяти метров. Слушай, у меня идея — когда «иваны» утихомирятся, мы с тобой пойдем и все промерим. Ты замеряешь, я — записываю. Если, конечно, нас там не придавят.

— Что ты хочешь сказать?

— Слушай, ты, пес вонючий, ты что же думаешь, русские зря столько палили? Что они на месте сидеть будут? Да они сейчас пойдут в атаку! Ты что, не слышишь ничего?

Со стороны немецкой передовой отчетливо доносился вой минометов и разрывы, тарахтение пулеметов, сухие щелчки винтовочных выстрелов. Потом Видек, прислушавшись, уловил сначала едва различимый, а потом нарастающий гул двигателей.

— Танки, — определил Видек — Молись, чтобы наши их задержали и не дали сюда прорваться.

Крюль, в ужасе выпучив глаза, молча смотрел на него. В его взгляде была беспомощность необстрелянного рекрута, новичка. Если бы не его жирная физиономия, этот взгляд мог бы внушать даже сострадание. Но Видеку было не до копаний в ощущениях обер–фельдфебеля Крюля.

— Будем надеяться, что ребята на передовой все же не дадут им прорваться, — сказал он, помедлив. — И мы сможем все замерить. Тебе ведь Обермайер приказал, да?

— Положил я х… на этого Обермайера, — вырвалось у Крюля.

— Ну и ну! — делано возмутился Видек — А кто нам вколачивал в мозги про дисциплину? Ты! Или, может, не ты?

Тут поблизости глухо рвануло.

— Совсем рядом, — невозмутимо констатировал Видек.

Крюль, так и не разогнувшись, сидел на земле. Во рту у него разливался отвратительный привкус желчи, даже в глотке першило. Нет, он здесь долго не выдержит. Ему было невмоготу сидеть и дожидаться русских танков. Надо было что–то делать, что–то предпринять! Бежать из этой крысоловки подальше!

Внезапно он вскочил и, пошатываясь, шагнул к выходу из землянки.

— Стой! Куда тебя черт понес?

Видек успел ухватить Крюля за маскхалат.

— Куда ты собрался, идиот несчастный?

— Пусти меня! — заорал Крюль. — Пусти! Я не могу больше сидеть здесь! Я пойду!

И кулаками стал отбиваться от Видека. Теперь уже в глазах не было ни детского испуга, ни удивления, ни беспомощности. Лицо Крюля перекосилось от злобы.

— Танки… Я не хочу оставаться здесь! — рычал он.

С огромным трудом Видек все же умерил пыл обер–фельдфебеля. Вскоре Крюль растянулся на досках, негромко бормоча про себя непонятно что.

— Да возьми ты себя наконец в руки! — вспылил Видек — Ей–богу, хуже бабы ведешь себя!

— Уходить отсюда надо! Уходить! — едва не пища, умолял Видека Крюль.

Тут Видек заметил, как обер–фельдфебель потянулся к кобуре. Но не успел он достать свой «вальтер», как Видек одним ударом успокоил его и отобрал оружие.

Снаружи раздался непрерывный вой, и тут же земля затряслась от разрывов. Понятно! В ход пошли знаменитые «катюши».

Видек, проверив, есть ли патрон в патроннике, поставил пистолет на предохранитель:

— Где еще обоймы?

— Зачем тебе? — раздраженно спросил Крюль.

— Дай мне обоймы, — словно не слыша его, потребовал Видек.

Крюль протянул ему четыре обоймы. Ерунда, капля в море. Но все же лучше, чем ничего. Если русские все же прорвутся, будет, по крайней мере, чем отбиваться. Он сунул пистолет за ремень.

— Ладно, Крюль, пошли отсюда!

— Куда?

— На свежий воздух. Давай, давай!

И Видек ринулся прямо в гущу взрывов, Крюль за ним, Видек знал, что обер–фельдфебель тенью последует за ним. В несколько прыжков он добежал до углубления в снегу — там кончались запасные позиции. Крюль, пыхтя, бежал следом. Без каски — он где–то потерял ее, увидев, что Видек рухнул в снег, он тут же последовал его примеру и вскочил, едва вскочил Видек, который несся, петляя как заяц.

И вот за эти немногие минуты обер–фельдфебель Крюль пережил свое крещение огнем. Подобно миллионам солдат он перешагнул через водораздел. Нет, он каким был, таким и остался — себялюбивым, вздорным, ограниченным фельдфебелем. Но вот постыдный, гнусный, гаденький страх спадал с него. Он снова обрел уверенность в себе, снова видел мир в привычных и знакомых категориях. То есть это был прежний, привычный мир, только теперь в нем рвались снаряды, свистели пули и осколки, тряслась земля… Разумеется, страх присутствовал в нем, но это был обычный страх, свойственный всем солдатам на передовой, под бомбежкой или артобстрелом. Такой, как у Хефе, у Кентропа или Дойчмана…

Так Крюль спустя не один год в военной форме все же превратился в солдата, вмиг осознав, что именно этот безотчетный, панический страх смерти и приводит к гибели тех, кто не в состоянии его преодолеть. Как тот, который безраздельно овладел им там, в землянке, когда Видеку пришлось прибегнуть к кулакам, чтобы привести его в чувство, не дать ему побежать под русские снаряды и погибнуть.

Собственно, именно Видек и спас его от верной гибели. Но не это занимало Крюля сейчас, да и впоследствии. Просто Видек поступил так, как в будущем поступит и сам Крюль. В отношении любого человека в военной форме, с которым они, так сказать, в одной упряжке. Самовлюбленный эгоцентрик и индивидуалист, Крюль стал человеком, который, не перестав быть таковым, все же сумел вписаться в окружение, с которым он уже не один день разделял смертельную опасность.

39

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.ru