Пользовательский поиск

Книга Натуралист на Амазонке. Содержание - Глава VI НИЖНЯЯ АМАЗОНКА. ОТ ПАРА ДО ОБИДУСА

Кол-во голосов: 0

Здесь мы лишились еще одного из наших матросов, и вот в самом начале путешествия перед нами встала перспектива вынужденного возвращения из-за полного отсутствия людей для управления лодкой. Сеньор Гомис, которому мы вручили рекомендательные письма от сеньора Жуана-Аугусту Коррейа, высокопоставленного бразильца из Пара, сделал все что мог, чтобы убедить своих соседей-лодочников договориться с нами, но попытки его оказались напрасными. Люди в этих местах, видимо, не желают снисходить до работы по найму. Все они от природы ленивы, и, кроме того, у всех есть свое собственное небольшое дело или плантация, а это дает им возможность самостоятельно добывать средства к существованию. Нанять человека здесь трудно при любых обстоятельствах, но особенно трудно это было нам, иностранцам: невежественные люди, разумеется, боялись, что у нас заведены чуждые им обычаи. В конце концов наш хозяин одолжил двух своих невольников, чтобы они помогли нам на следующем участке пути, а именно: до селения Баиан, где, как мы твердо надеялись, нашей крайней нужде должен был помочь военный комендант округа.

2 сентября. Расстояние от Виста-Алегри до Банана около 25 миль. Ветер мало помогал нам, и потому людям нашим пришлось грести большую часть пути. Весла, употребляемые в челнах вроде нашего, делаются из длинного шеста, к концу которого привязывается деревянистыми лианами прочная лопасть. Матросы помещаются на приподнятой палубе, которая устраивается из нескольких неструганых досок, укладываемых на сводчатый настил в передней части судна, и гребут спиной к корме. Мы выехали в 6 часов утра и к восходу добрались до места, где западный проток реки, по которому мы шли после Камета, соединяется с более широким средним протоком, образуя вместе с ним обширное водное пространство. Острова здесь составляли, по-видимому, две довольно правильные цепи, делящие большую реку на три протока. Поскольку продвижение шло медленно, мы пересели в монтарию и время от времени выходили на берег у домов, которые во множестве встречались по берегам реки, а также на крупных островах. В низменных; местах дома выглядели какими-то неоконченными — простые срубы, поставленные высоко на деревянных сваях и крытые листьями пальмы убусу. При сооружении домов широко используется другая пальма, а именно асаи (Euterpeoleracea). Наружная часть ствола этого вида тверда и плотна как рог; она раскалывается на узкие доски, и из них то главным образом строят стены (и пол. Живущие здесь иностранцы рассказывали нам, что западный проток почти пересыхает в середине ясного сезона, но в разлив — в апреле и мае — река поднимается до уровня полов в домах. Дно в реке повсюду песчаное, и местность здесь совершенно здоровая. Люди все казались счастливыми и довольными, но многие безошибочные признаки говорили о праздности и бедности. Они, видимо, нисколько не беспокоятся о том, что островные жилища их затопляются разливом. Люди эти кажутся чуть ли не земноводными:.они чувствуют себя, как дома, и на воде и на суше. Действительно, нельзя было без тревоги смотреть, как мужчины, женщины и дети в утлых челноках, настолько заваленных всяческими пожитками, что борта их до краев погружены в воду, переправляются через широкие плесы реки. Большинство из них имеет дома не только на островах, но и на берегу реки; здесь же, в прохладных пальмовых болотах, или, как их называют, игапо, живут лишь в жаркий и сухой сезон. Питаются они по преимуществу рыбой, моллюсками (среди которых были крупные Ampullaria — мясо одной из них я попробовал, и оно оказалось весьма жестким), неизменной фариньей и лесными плодами.

Среди последних главное место занимают плоды пальмовых деревьев. Всего употребительнее плод асаи, впрочем, не только здесь, но и в других областях страны. Плод этот, правильной округлой формы и размером приблизительно с вишню, содержит лишь немного мякоти, заключенной между кожурой и твердым зернышком. Из нее приготовляется (с добавлением воды) густой фиолетовый напиток, который красит губы, как черная смородина. Распространенным предметом питания является также плод мирит, хотя мякоть у него кислая и неприятная, по крайней мере на европейский вкус. Его варят, а затем едят с фариньей. Тукума (Astrocaryumtucuma) и мукужа (Acrocomlalasiospatha) на островах не растут. В плодах их содержится желтоватая волокнистая мякоть, которую туземцы приготовляют таким же способом, как мирити. Плоды заключают в себе столько жирового вещества, что их с жадностью пожирают грифы и собаки.

Рано утром 3 сентября мы добрались до правого — восточного — берега, который здесь достигает высоты от 40 до 60 футов. Дома тут были построены более основательно, нежели те, что мы встречали до сих пор. Нам удалось купить маленькую черепаху — большинство жителей имело по нескольку этих животных и держали их в небольших загородках из кольев. Жители, как и повсюду, были мамелуку. Они были очень вежливы, однако мы не смогли приобрести у них большого количества свежей пищи. Я полагаю, это объяснялось тем, что у них не было никаких излишков сверх необходимого для удовлетворения собственных потребностей. В этих районах, где животную пищу люди добывают только рыболовством, есть такой период в году, когда они страдают от голода, а потому здесь склонны высоко ценить и небольшой запас, если он имеется. На вопрос, не продадут ли они за наличные деньги кур, черепах или яйца, жители обыкновенно отвечают отрицательно. «Nao ha, sinto que nao posso lhe ser bom», — или, — «Nao ha, meu coracao» («У нас ничего нет; очень сожалею, что не могу вам помочь», — или, — «Ничего нет, сердце мое»).

С 3 по 7 сентября. В половине девятого утра мы достигли Баиана, который расположен на очень высоком берегу и насчитывает около 400 жителей. Нам пришлось взбираться к селению по лестнице, выстроенной в стене обрыва; добравшись до верху, мы заняли комнату, приготовленную для нас по распоряжению сеньора Сейшаса. Сам он находился в своем ситиу и должен был прибыть только на следующий день. Мы теперь всецело зависели от него, так как рассчитывали получить у него людей, без которых не могли продолжать путешествие, и нам ничего другого не оставалось, как только ожидать, пока он освободится. Местоположение селения и характер окрестных лесов говорили о том, что мы можем встретить здесь новых птиц и насекомых, поэтому у нас не было причин сетовать на задержку: мы вытащили из челна инструменты и коробки и приступили к делу.

Нас немало забавляла безмятежная, праздная жизнь населения. Впоследствии у меня было достаточно времени, чтобы привыкнуть к жизни в тропических селениях. В этих деревушках жизнь течет привольно, размеренно, pro bono publico [для общего блага], и европейцу нужно некоторое время, чтобы свыкнуться с ней. Не успели мы устроиться в наших комнатах, как явилась кучка молодых бездельников поглазеть и поболтать, и нам пришлось отвечать на всевозможные вопросы. Двери и окна в домах отворены на улицу, и люди входят в любую дверь, когда им заблагорассудится; существуют, однако, и менее доступные помещения, где живет женская половина семейств. В фамильярности здешних жителей нет ничего намеренно оскорбительного, она проистекает только из стремления к вежливости и общительности. Молодой мамелуку по имени Суарис, эскриван, т.е. гражданский чиновник, привел меня к себе в дом, чтобы показать свою библиотеку. Я был немало удивлен, увидев избитый набор латинских классиков: Вергилия, Теренция, Ливия, послания Цицерона. В этот начальный период моего пребывания в стране я еще недостаточно был знаком с португальским языком, чтобы свободно объясняться с сеньором Суарисом и выяснить, зачем ему эти книги; классическая библиотека на берегах Токантинса, в крытой пальмовым листом хижине с земляным полом, представляла собой зрелище довольно неожиданное.

Из деревни открывался великолепный вид: на противоположном берегу Токантинса, за далекими островами, покрытыми зеленым лесом, тянулась полоска серого леса. Теперь мы уже находились довольно далеко за пределами низменной аллювиальной области собственно Амазонки, и климат тут был, очевидно, гораздо суше, чем около Пара. Дождя не было уже много недель, и горизонт был окутан дымкой, настолько плотной, что солнце перед заходом напоминало кроваво-красный шар. В Пара этого никогда не бывает: звезды и солнце видны одинаково ясно и четко и на горизонте, над верхушками далеких деревьев, и в зените. Эта чудесная прозрачность воздуха происходит, несомненно, от равномерного распределения в нем невидимых паров. Я запомню навсегда великолепное зрелище, которое открылось однажды передо мной на заре во время плавания по реке Пара. Наша большая шхуна неслась под свежим, поднимавшим на воде пену ветром, когда забрезжил рассвет. Воздух был до того чист, что нижний край диска полной луны сохранял всю резкость очертаний, пока не коснулся горизонта на западе. Между тем на востоке вставало солнце. Два громадных шара были видны одновременно, и переход от лунной ночи ко дню был настолько неуловим, что казалось, будто всего-навсего рассеивается пасмурная погода.

17
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru