Пользовательский поиск

Книга Секрет государственной важности. Содержание - Глава семнадцатая МЫ ИЩЕМ ТАНЮ

Кол-во голосов: 0

— Динамо-машина повреждена. В каюте капитана есть керосиновая лампа.

Офицер покосился на «партизанского капитана», потом спросил:

— Кто вахтенный? Ты, Потапенко?

— Так точно, господин лейтенант, — вытянулся моряк.

— Смотри в оба! — Офицерик качнулся. — Завтра мы поднимем на мачте желтый флаг, как поднимали в старину на английских судах… Преподобный Фостер говорит… — Лейтенант икнул.

— Что это значит — желтый флаг? — спросил Великанов.

— Это из-за тебя. На пароходе совершено преступление, преступники приговорены к смертной казни. Желтый флаг — повесить, вот что это значит… Я бы даже сейчас… Наплевать на всех красных, мы всех их перебьем… Потапенко, головой отвечаешь… А где Симончук?

— Спит в штурманской, господин лейтенант, ему в двенадцать заступать, — ответил сигнальщик.

Офицер заглянул в штурманскую. На диване, отвернувшись к стенке, храпел матрос.

— Смотреть в оба! — погрозил еще раз лейтенант. Ему не терпелось обратно в каюту…

Спускаясь по крутой лестнице, он оступился и упал. Послышались невнятные ругательства.

— Пьян, — сказал Потапенко. — Это кстати. Скажи, какой герой: «Всех перебьем»!.. Посмотрим еще, кто кого.

— Ну, а теперь, ребята, потолкуем. Садитесь ближе, Федор, Максим, Серега…

Мутная, непроглядная мгла наползала все более густыми полосами.

Кормовой огонь на «Сибиряке» едва виден, а то и вовсе пропадал.

Вот со сторожевика донесся длинный, протяжный гудок.

— Что это он? — обеспокоенно спросил Потапенко.

— Туман, — коротко пояснил Федя. «Таня, где ты, Таня?» — билась неотвязная мысль. Ломов молча зажег масляную лампочку в колпаке компаса. Перед глазами заколебалась неподвижная картушка с румбами и градусами.

И вдруг Великанов и остальные всем существом почувствовали, как в мертвом теле парохода что-то толкнулось. Раз, другой, третий… Будто забилось сердце. Чудится? Нет!

— Что такое?.. — вслушался Федя. — Вроде машина работает. Сергей, слышишь? Перестала будто… Нет, опять…

Пароход рвануло назад. Загорелся синим огнем и лопнул буксирный трос. В тот же миг, нарушив напряженную тишину, свистнула переговорная труба из машины.

— Это ты, капитан? — раздался веселый голос. — Работаю полным ходом. Как буксир, наверно, уже тю-тю? Беги в капитанскую каюту, выручай Таню.

— Витька! — только и мог произнести Федя.

— Теперь жми, — сказал Потапенко. — В темноте да в тумане нас сам черт не найдет. Теперь твой черед действовать, атаман, раз обучен кораблем командовать. А друг-то твой, приятель, не спросясь самовольничает… План перестраивать надо. — Моряк довольно потирал руки. — Молодец механик у тебя. Великанов.

Федя молча перекладывал руль, бешено ворочая колесо штурвала. «Уходить от проклятого сторожевика, как можно скорее уходить».

Несколько минут только и слышалось, что поскрипывание рулевого колеса.

— Иван Степанович, — сказал наконец Федя, — встань на мое место. Умеешь? — Он беспокоился. Туман держался густой, и до берега всего несколько миль. И охнуть не успеешь, как опять на камнях очутишься.

Матрос без слова принял руль. А Великанов бросился в штурманскую, зажег свечу, взял транспортир.

Его внимание привлек голос, слабо доносившийся откуда-то сверху. Федя поднял голову и увидел переговорную трубу. Свистка в раструбе не было, в спешке кто-то забыл его поставить на место, — оттуда и доносился голос.

«Слуховая труба ведет в капитанскую каюту», — пронеслось в голове. Юноша поднес раструб к уху: в каюте разговаривали, он прислушался. И вдруг лицо Феди побелело…

Он отбросил трубку. Его руки дрожали, но курс пароходу нужен немедленно. Федя приложил транспортир к карте… «Сейчас, Танечка, сейчас, — твердил он, — еще минуточку, я иду…»

Где-то позади «Синего тюленя» глухо ухнул пушечный выстрел, потом еще. Старший лейтенант Моргенштерн искал в тумане свои миллионы.

Глава семнадцатая

МЫ ИЩЕМ ТАНЮ

— Отвори, буду стрелять… открой! — раздалось из-за двери. — Девчонка, дрянь…

Таня растерянно озиралась, как маленький зверек, попавший в западню.

Ванная капитана Гроссе (здесь она заперлась, сбежав из каюты), сверкала никелем и белизной изразцов. Справа громоздилась толстостенная фарфоровая ванна с дорожкой ржавчины на дне. На деревянной вешалке остались забытые хозяином два красно-зеленых махровых полотенца с японскими иероглифами. В стакане на туалетном столике — зубная щетка, рядом — коробочка зубного порошка. В медном подвесном канделябре горела свеча. Ее пламя бросало по стенам черные тени.

Все великолепие капитанской ванной промелькнуло в глазах девушки в долю секунды.

«Что делать? — В дверь били сапоги пьяного лейтенанта, доносилась все более забористая брань. — Долго ли выдержит дверь? А если беляк на самом деле начнет стрелять?»

— О-ла-ла! Вы напрасно портите обувь, дорогой лейтенант, — послышался глуховатый голос американского проповедника. — Надо что-нибудь потяжелее. Да, девчонка, а какой пощечиной она вас угостила! Понимаю ваше возмущение.

«Негодяй, — подумала Таня, — какой негодяй!»

Удары в дверь прекратились. А если он взломает, что тогда? Девушка боялась об этом думать. Она еще раз осмотрела свое убежище. В углу решетка — это вентиляция. Но труба слишком узка. Иллюминатор… «Как я раньше не догадалась!» Таня бросилась к его матовому стеклу. Надо открыть, скорей! Один барашек сразу подался, но вот другой… Руки девушки ничего не могли с ним сделать. У каждого человека, вероятно, бывают в жизни минуты, когда пустяк определяет судьбу. У Тани сейчас как раз был такой момент. Ее выручил шведский ключ, лежавший на полу возле умывальника: трубопровод, видимо, протекал и кто-то ключом поджимал гайку.

Таня несколько раз ударила тяжелым ключом по упрямому барашку. Удача, наконец-то!

Девушка распахнула иллюминатор и высунула голову. Сначала она не могла увидеть ничего утешительного. Кругом туман, внизу — черная вода. Даже нельзя понять, движется пароход или стоит на месте.

Еще раз внимательно все оглядев, Таня заметила слева какие-то веревки. Это были тали спасательной шлюпки. Они спускались почти до самой воды. Веревки мерно покачивались, то приближаясь, то удаляясь от иллюминатора. Когда команда покидала севший на мель «Синий тюлень», шлюптали некому и незачем было подбирать.

А что, если попробовать выбраться из каюты с помощью этих талей? Девушка протянула руку: не хватило самую малость — всего на ладонь. Таня выждала, когда один из блоков шел на нее, изловчилась и поймала. Пучок крепких манильских веревок должен был стать для нее спасением.

— Открывай, буду рубить дверь! — вновь послышался пьяный голос.

— Вы не посмеете портить капитанскую каюту, — отозвалась девушка. Сейчас она чувствовала себя гораздо смелее. — Вы дурак, Гроссе будет жаловаться адмиралу Старку.

Дверь затрещала под яростными ударами, лейтенант вот-вот ворвется в ванную. Ухватившись обеими руками за спасительную веревку, Таня вылезла из круглого иллюминатора и проворно вскарабкалась по талям на шлюпочную палубу. Было ли ей страшно? Нет, она даже не почувствовала опасности, когда раскачивалась над зыбкой поверхностью моря. Главная опасность там, в каюте, — пьяный лейтенант.

Очутившись на палубе, девушка первым делом вытащила тали, хотя вряд ли лейтенант смог бы ими воспользоваться — иллюминатор не был достаточно широк для него.

Угроза была в другом. Взломав дверь, офицер сообразит, что произошло. Начнутся поиски. Спрятаться! Скорее, скорее! Тут где-то была кладовка. Таня приметила ее еще утром. Вот она! Девушка увидела полуоткрытую железную дверь и проскользнула в кладовку. Здесь хранилось разное боцманское имущество: старые концы, клинья для задрайки трюмов, фонари, разрозненный комплект сигнальных флагов, дырявые брезенты и другой хлам, который вроде бы и выслужил свои срок, однако моряку расстаться с ним жалко.

Девушка прихлопнула дверь и мигом укрылась за ворохом каких-то парусиновых чехлов. Затаив дыхание она прислушивалась к звукам снаружи. Кто-то в тяжелых сапогах прошел совсем рядом. Чьи-то едва слышные голоса… В кочегарке шаркает лопата… Таня считала, что пароход по-прежнему в руках лейтенанта, и теперь думала: что произойдет после того, как взбешенный офицер не найдет ее в ванной? Он, конечно, заглянет в иллюминатор, увидит тали и обо всем догадается. Что тогда станет с ней… Таня вспомнила отца; если бы он знал, что переживает его дочка… А что с ее друзьями? Где Федя? Девушка старалась представить, что делается на судне, но не могла. Куда ведут пароход? Лейтенант сказал, что в бухту Безымянную. Там каратели… Бедный Федя, он так хотел быть капитаном!.. И вдруг вернется Гроссе, этот противный маленький старичок, и все будет по-старому. Этого нельзя допустить…

48
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru