Пользовательский поиск

Книга Удар шпаги. Содержание - 27. О нашем плавании на север

Кол-во голосов: 0

Битва прекратилась, но из тридцати человек, составлявших команду «Санта-Марии», в живых оставалось человек десять, да и то половина из них находилась в весьма плачевном состоянии. Четверо сразу свалились и остались лежать на палубе как колоды, а остальные бросились в капитанскую каюту в надежде отыскать там оставшиеся сокровища; однако в своей неутолимой жадности болваны совсем упустили из виду нас, троих безучастных свидетелей, сидевших высоко на мачтах, наблюдая за развитием событий.

Тем временем спереди донесся резкий свист, и мы, обернувшись, увидели Саймона, спускавшегося вниз по вантам.

— Пришел наш черед, сэр Джаспер, — сказал я. — Спускайтесь с подветренной стороны, а я — по наветренной; нам предстоит собрать целую кучу оружия!

Подождав, когда Саймон, сбросивший наконец надоевшую черную повязку с косящего глаза, присоединился к нам, мы осторожно подкрались к капитанской каюте и захлопнули дверь, подперев ее прихваченной по пути вымбовкой.

— Быстрее, ребята, быстрее! — скомандовал Саймон, прислушиваясь к тяжелым ударам изнутри и проклятиям попавших в ловушку мятежников, поскольку из капитанской каюты можно было выйти только через эту дверь, а оба окна, расположенные по правому и левому бортам, выходили прямо в открытое море; в задней же стенке две двери вели в каюту дона Педро Базана и в собственно каюту капитана Мигуэля, которые примыкали к самому гакаборту, так что окна в них находились на кормовом срезе.

Не обращая внимания на стоны и мольбы раненых, мы помчались на фордек, сняли с турели небольшую кулеврину 53, перетащили на корму, зарядили, и, когда мятежники наконец вышибли дверь из капитанской каюты, они очутились лицом к лицу с зияющим жерлом орудия, грозящим разнести их на клочки, и со мной, Джереми Клефаном, стоящим у затравка с пылающим факелом в одной руке и с заряженным пистолетом — в другой. Только тогда незадачливые искатели сокровищ вспомнили о трех сидевших на мачтах чужаках, которые теперь, по милости Провидения и благодаря хитрости Саймона Гризейла, стали хозяевами доброго суденышка по имени «Санта-Мария».

27. О нашем плавании на север

Подобного взрыва ругательств и таких воплей ярости, как те, что донеслись до меня из дверей капитанской каюты, я еще не слыхивал. Несчастные «доны» стенали и плакали, точно лишившись рассудка, да и не мудрено: все утро они сражались не на жизнь, а на смерть, потеряли многих своих товарищей, убили капитана и только ради того, чтобы иметь удовольствие лицезреть направленный на них ствол кулеврины и очутиться во власти двух англичан и некоего коротышки с берегов Файфа.

Одного за другим мы выводили их, жалких и растерянных, из каюты, тщательно обыскивали, обезоруживали и отправляли в трюм, приказав захватить с собой кого-нибудь из раненых (их оказалось всего четверо среди множества тел, усеивавших палубу «Санта-Марии»). Тут меня ожидал приятный сюрприз: у одного из мошенников я обнаружил мою добрую старую рапиру и от радости даже забыл дать ему пинка под зад, что неизменно проделывал с каждым «доном», провожая его вниз по трапу; этот же спустился самостоятельно, поскольку я был слишком занят осмотром своего вновь обретенного клинка, чтобы обращать на него внимание. Завершив перевод пленных в трюм, мы плотно задраили тяжелую крышку люка, закрепив ее двумя прочными засовами, после чего посмотрели друг на друга и громко расхохотались.

Мы едва могли поверить в свою удачу, хотя если захват прекрасно оснащенного испанского судна с двенадцатью орудиями на борту — по шесть с каждой стороны, — на первый взгляд казался нам невероятным везением, то после некоторого здравого размышления мы начали находить в нем и определенные недостатки. Мы пребывали где-то у западного побережья Испании, в нескольких днях пути от дружеских вод, — и как могли три человека, лишь двое из которых обладали весьма скромными познаниями в навигации, проложить правильный курс к какому-нибудь из английских портов, имея к тому же в трюме под замком десяток обезумевших «донов», не говоря уже о возможной непогоде? Когда подобные мысли возникли у нас в головах, мы с озадаченным видом переглянулись и снова расхохотались.

— Провалиться мне, — сказал Саймон, — если мы опять не попали из огня да в полымя! А тем не менее все прошло почти так, как я задумал!

— Твою руку, старый товарищ! — сказал я, и мы бросились стискивать друг друга в объятиях, пока на глаза у Саймона не навернулись слезы, так как силенок у меня было побольше, чем у старого разведчика.

— Что дальше? — вмешался сэр Джаспер. — Мы загнали команду в трюм, а сами остались без руля и без ветрил…

— Не беспокойтесь, — возразил Саймон. — Карта в капитанской каюте, там же и курсовая прокладка, так что можно легко определиться, где мы находимся…

— Вы находитесь на пути в ад, — внезапно раздался голос откуда-то сверху. Мы как по команде повернули головы и увидели на верхней ступеньке трапа, ведущего на полуют, фигуру Базана — без шляпы, в изрубленной и помятой кирасе, — целившегося в нас из пистолета. В своих хлопотах с мятежниками мы совсем забыли о главном герое дня, чуть не в одиночку сдерживавшего натиск почти двух десятков головорезов! До сих пор он лежал неподвижно на палубе полуюта над нашими головами, и теперь стоял, держась одной рукой за поручень и раскачиваясь в такт резким движениям судна; видно было, что он с трудом держится на ногах и пистолет в его руке описывает сложную кривую. Неожиданный толчок судна заставил его окончательно потерять равновесие, и отважный испанец кубарем покатился вниз по трапу, растянувшись у наших ног. Мы все трое склонились на ним.

— Слава Богу, — сказал я Саймону, — старый сморщенный гриб все еще жив. Он потерял много крови, но раны его, кажется, не опасны.

— Что нам с ним делать? — спросил сэр Джаспер. — Бросить вниз, в трюм, к остальным?

— Ну нет, — возразил Саймон. — Во-первых, его сразу убьют. Во-вторых, если ему удастся остаться в живых, то он сумеет договориться с мятежниками и устроит нам какую-нибудь каверзу, ибо у него на плечах умная голова, а не пустая тыква. В-третьих, у меня на него есть кое-какие виды личного характера. В-четвертых…

— Хватит, хватит! — замахал руками сэр Джаспер. — Я вижу, в твоем безумии имеется строгая система! — и он насмешливо подмигнул мне.

— Кстати, о голове, — сказал я. — А где же череп?

— Да вон лежит, на шкафуте; только все камешки пропали, все до единого, — печально произнес сэр Джаспер.

— Ничего страшного: у нас остались большие самоцветы, да еще «Санта-Мария»; поистине, мы далеко не нищие, и если мы благополучно выбрались из всей этой передряги, то я оставляю себе череп «in memoriam» 54, как говорят латиняне.

— Вот слова истинного учителя! — сказал сэр Джаспер. — Остается действительно только выбраться отсюда!

— Выберемся, — успокоил его Саймон. — Вода и провизия имеются в изобилии в носовом трюме, там же расположены и камбуз, и арсенал. Между трюмными отсеками сообщения нет, так что мы пока находимся в безопасности. Зато нам придется здорово потрудиться, чтобы добраться до Плимута. Мы с Джереми займемся управлением судном, а вы, сэр Джаспер, будете охранять нас и готовить еду. Что скажете?

— С большим удовольствием! — ответил бывший придворный кавалер. — Такая игра мне по душе. Только сначала я покормлю рыб: им ведь не надо готовить!

Саймон встал к штурвалу, а мы с сэром Джаспером приступили к работе, и я не переставал удивляться, сколько силы таится в с виду тщедушном теле маленького рыцаря, ибо если большинство испанцев были небольшого роста, то Габриэль, хоть и весь исколотый и изрубленный, был далеко не пушинкой, а толстый капитан Мигуэль отнюдь не похудел после смерти.

— Кто бы мог подумать, — отдуваясь и вытирая платком покрасневшее лицо, сказал сэр Джаспер, когда мы покончили со своей печальной обязанностью, — что я собственноручно вышвырну за борт «архангела», не говоря уже о нашем плюющемся приятеле? Поистине, Джереми, времена меняются!

вернуться

53

Артиллерийские орудия, применявшиеся в европейских армиях и флотах в XV-XVII вв. для стрельбы на дальние расстояния.

вернуться

54

«На память» (лат.).

68
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru