Пользовательский поиск

Книга Изабелла, или Тайны Мадридского двора. Том 1. Содержание - БЕГСТВО МЕРИНО

Кол-во голосов: 0

— Ты забываешь, что тогда брату исповеднику пришлось бы остаться в камере вместо отца Мерино. Я говорю это не из страха быть разорванному сторожами или народом, что может быть выше блаженства быть мучеником за веру, но из опасения, чтобы не догадались, кто был причиной этого освобождения! — сказал Кларет, лукаво поводя глазами.

— Ты прав, брат исповедник! — воскликнул Антонио. — Никто не должен подозревать, кто освободил отца Мерино!

— У меня есть другое предложение, благочестивый отец, — прошептал Кларет, — правда рискованное, но если удастся, то не оставит ни следа, ни подозрения.

— Сообщи нам его, благочестивый брат. Мы ценим твое усердие в нашем святом деле, — сказал Антонио.

— Отца Мерино надо освободить, минуя двери и коридоры.

— Что же, из окошка? — воскликнула испуганная графиня генуэзская. — Ты забываешь о высоте и оковах!

— Оковы можно распилить, дорога же из окошка в гондолу по крепкой веревочной лестнице, конечно, опасна, но легче и лучше, чем через проходы и двери, — пояснил исповедник государственных преступников.

— Брат Кларет прав, — воскликнул Антонио, — послезавтра вечером мы приступаем к делу, над Мерино не должен быть произнесен приговор Изабеллы Бурбонской! В ту же ночь он должен бежать на первом пароходе в Неаполь или Рим, там его уже спрячут!

Маттео и Фульдженчио преклонили головы.

— А любимцы королевы? — спросила монахиня.

— Должны слететь вместе с этим таинственным доном Рамиро! — отвечал престарелый Антонио.

Любимцы королевы, которым она была обязана сегодняшним своим спасением от неминуемой смерти, ничего не подозревали об этом таинственном совещании Санта Мадре.

Когда королева пришла в себя на руках Серрано, Мерино был уже удален от раненой королевы. Прим сам вывел его, а Топете ему помогал. У дверей они встретились с Серрано, который вел королеву к ее экипажу. Она села в него с маркизой де Бевилль. Супруг же ее вернулся во дворец с Марией Кристиной и герцогом Рианцаресом. Все были в сильном волнении.

В ту минуту, как Серрано усаживал в экипаж бледную, ослабевшую королеву, около него очутился человек, с ног до головы одетый в черное и с маленькой маской на лице.

Серрано удивился такому неожиданному появлению незнакомца, шепнувшего ему:

— Если бы вы не спасли королеву, Летучая петля спасла бы ее! — тогда только он вспомнил, что видел этого черного незнакомца в тени колонны в мрачной церкви святого Антиоха, но даже и теперь он не мог обратить на него должного внимания, так как королева, усевшаяся в экипаж, слабым голосом обратилась к нему:

— Я желаю принять у себя завтра вас, маршал Серрано, графа Рейса и контр-адмирала Топете!

Франциско низко поклонился. Изабелла кивнула головой особенно милостиво, и экипаж помчался во дворец. Серрано обернулся, но черный дон уже скрылся, а Прим и Топете не заметили его.

Три приближенных гранда королевы решили вместе явиться на следующий день, чтобы справиться о здоровье Изабеллы. Они были вполне счастливы, что могли доказать на деле всю свою преданность и готовность служить королеве.

Народ сильно волновался, так как весть о покушении в церкви святого Антиоха быстро распространилась по всему городу. Толпы народа стояли на улицах, по которым должна была проехать королева. Народ хотел увидеть ее и убедиться, что она была не смертельно ранена. Изабелла беспрерывно улыбалась и кланялась направо и налево, хотя чувствовала сильную слабость, утомление от потери крови и волнения, но сочувствие и привязанность, выраженные так горячо народом, поддерживали ее силы. После страшного злодейства монаха это ликование о ее спасении как бальзам действовало на взволнованную ее душу.

На Пласо-де-Палачио и в самом дворце было сильное волнение. Все радостно принимали королеву. Отдельные голоса даже требовали немедленной смерти злодея. Адъютанты успокаивали народ. Они от имени королевы благодарили его и объявляли, что монаха Мерино закуют в оковы и что в самом непродолжительном времени, по окончании необходимой процедуры суда, он подвергнется публичной казни.

— Смерть монаху! На виселицу его! — кричала разъяренная толпа.

Некоторые же лица, которые в подробности знали происшествие, рассказывали его другим, обступившим их. Они прерывали свой рассказ угрозами злодею и одобрением отважным спасителям.

Генерал Прим, маршал Серрано, Топете — эти имена беспрестанно повторялись в толпе. Наконец, расположение народа выразилось в возгласах:

— Да здравствуют Прим, Серрано и Топете!

С этого вечера имена этих трех деятелей стали до того популярны, как еще ничьи во всей Испании.

Маленький же король с Марией Кристиной и герцогом Рианцаресом пустились в различные догадки, стараясь отыскать причину, побудившую монаха на это неслыханное покушение. Они пришли, наконец, к заключению, что так как патер Мерино такой почтенный служитель церкви и к тому же великий инквизитор, то, по их мнению, он мог совершить это преступление, только в припадке непостижимого бешенства.

— Но объясните же мне, — воскликнул герцог Рианцарес, — как мог патер Антонио, вместо того чтобы проклинать злодея, отлучать от церкви спасителей королевы. Этого я никак не могу понять!

— Престарелый патер, вероятно, не знал, почему эти господа набросились на Мерино, он видел только, что его обступили, и считал своей обязанностью заступиться за него, — пояснила королева-мать.

Она никак не могла успокоиться после этого несчастного происшествия. Ее испугала опасность, угрожавшая ее дочери, и тревожило, что этот поступок опять будет причиной злосчастного раздора между двором и патерами.

— И такой раздор, — продолжала Мария Кристина, всегда вел к неминуемой грозящей беде! Поверьте мне, первое условие для поддержания испанского престола — согласие между ним и отцами Санта Мадре. Я предчувствую, что нам угрожает страшная опасность!

— Но зачем же так мрачно смотреть на вещи? — сказал маленький король. — Дело уладится. А сегодня будем благодарить Пресвятую Деву за то, что она спасла жизнь королевы.

Франциско де Ассизи поручил патеру Фульдженчио осведомиться о здоровье Изабеллы. Фульдженчио взял с собой монахиню Патрочинио и вместе отправился во внутренние покои королевы.

Эти приверженцы иезуитов, предложив Изабелле несколько вопросов, вернулись к королю с известием, что состояние королевы не только вне всякой опасности, но что ее величество желает сделать у себя прием, чтобы доказать всему двору, что она спасена и здорова.

Браво Мурильо приказал во всех церквах служить благодарственные молебны, но большинство священников, приверженцев иезуитов, отслужили обедни, не упоминая о спасении королевы и не принося особенных благодарственных молитв Пресвятой Деве, что служило доказательством могущества Санта Мадре.

Королева принимала на следующий день после страшного покушения. Экипажи беспрерывно подъезжали к подъезду, и сановники, и гранды съезжались со всех сторон, чтобы выразить спасенной королеве свою радость и сочувствие. Перед дворцом же собралась густая толпа народа, которая до тех пор кричала «ура», пока Изабелла не вышла на главный балкон дворца. По ее приказанию, на почтительном расстоянии показались спасители ее жизни: Серрано и Прим.

Народ без устали ликовал и шумел все громче и громче. Когда Изабелла, поклонившись, удалилась с балкона, адъютанты начали бросать деньги в толпу, чтобы она весело провела этот день и следующий, назначенный для празднования крестин инфанты.

Королева же, публично благодаря своих спасителей, пожаловала генерала Прима в маршалы Испании.

Дон Жуан, тронутый этим до глубины души, опустился на колени перед Изабеллой, милостиво улыбавшейся ему, и осмелился прижать к своим горячим губам ручку прелестной испанской королевы.

Прим вспоминал об этом дне, как о самом счастливом из всей его жизни. Он был несказанно счастлив, что ему удалось защитить королеву от кинжала монаха. Небо ниспослало ему блаженство принять ее благодарность, высказанную в самых нежных словах. Его сердце сильно билось, когда очаровательная королева шепотом сказала, подавая ему свою маленькую ручку:

125
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru