Пользовательский поиск

Книга Хищники Аляски. Содержание - Глава IX. ПРИИСКОВЫЕ ХИЩНИКИ

Кол-во голосов: 0

– Что это означает? – спросил я. Тогда он показал мне новое постановление. «Я отвечаю перед судом за каждый грош этих денег, – сказал он, – за каждый инструмент на участке. Ввиду этого я не могу позволить вам подходить близко к разработкам». – «Подходить к разработкам? Вы не хотите позволить нам присутствовать при взвешивании золота на нашем собственном прииске? Как же мы будем знать, честно ли ведется дело?» – «Я – представитель суда и несу ответственность перед судом», – заявил он и при этом улыбнулся с таким торжествующим видом, что я положительно озверел. «Вы лживый вор, – сказал я, глядя ему прямо в лицо. – Но вы зарвались. Вам удалось надуть меня раз, но теперь уже этот номер не пройдет».

Он скроил обиженную и огорченную мину и позвал судебного пристава Вуриза. Я не могу понять, в чем дело. Все настроены против нас: и он, и пристав, и судья – все до одного. И при этом они утверждают, что закон соблюден во всей строгости, и грозятся в случае чего вызвать солдат.

– Это самое и говорил Мексико-Мэллинз, – яростно крикнул Дэкстри. – Тут что-то не так. Ну-ка я сам схожу в гостиницу к судье. Я никогда не видал ни его, ни Мак Намары, а мне обязательно надо хоть раз взглянуть человеку прямо в глаза, чтобы знать, как вести себя с ним.

– Ты как раз застанешь их обоих, – сказал Гленистэр. – Мак Намара поехал в город вслед за мною.

Старый пионер направился в гостиницу «Золотые Ворота» и спросил, где помещается судья Стилмэн.

Мальчик в прихожей попытался спросить, как его зовут, но старик взял его за шиворот, с размаху посадил на стул и последовал в указанном направлении. Услыхав голоса в комнатах судьи, он постучал в дверь и вошел, не ожидая приглашения.

Комната была меблирована наподобие конторы: в ней стоял большой стол с пишущей машинкой; другой стол был завален томами Свода законов. С двух сторон вели двери в соседние комнаты. Двое мужчин оживленно разговаривали; один из них был сед, гладко выбрит и походил на пастора, другой же был высок, элегантен и самоуверен.

Золотоискатель сразу узнал в них именно тех людей, с которыми он пришел поговорить, и понял, что ему придется иметь дело только с одним из них, с высоким человеком, глядевшим на него в упор.

– Мы заняты, сэр, ~ сказал судья, – очень заняты. Не зайдете ли вы через полчаса?

Дэкстри внимательно оглядел его с головы до ног, затем повернулся к нему спиной и воззрился на другого. Мак Намара и он молча и пристально разглядывали друг друга, инстинктивно чуя, что они враги.

– Что вам надо? – спросил наконец Мак Намара.

– Я так себе, просто зашел познакомиться с вами. Меня зовут Дэкстри, Джо Дэкстри. Это имя многим знакомо к западу от Миссури. А вас зовут Мак Намара. Не так ли? А это, как видно, ваш ученый французский пудель, а? – ткнул он пальцем в Стилмэна.

– Что это значит? – спросил Мак Намара.

Судья возмущенно шепнул ему что-то.

– То самое, что я сказал. Впрочем, я не об этом пришел говорить. Я не признаю никакого лишнего балласта – ни судей, ни адвокатов, ни судебных постановлений. Они годятся для детей, жителей восточных штатов и тому подобных людей, а я всегда был сам себе судьей, присяжным и палачом и собираюсь и впредь быть собственной своей законодательной, судебной и прочей палатой до конца своих дней. Берегитесь! Мой компаньон молод, и ему, как видно, нравится, что посторонние люди суют свой нос в его дела. Я временно хочу отпустить ему вожжи и позволить ему поиграть с вашими постановлениями и прочей гнусью. Но смотрите, не зарывайтесь. Можете обворовывать шведов: им и не полагается иметь много денег. – Все равно, не вы, так другой мошенник выпотрошит их. Но боже вас упаси думать, что мы с Гленистэром похожи на них. Это злейшая ошибка. Мы – белые, и я могу явиться сюда вот с эдакой штучкой и разнести вас на столько кусков, что к похоронам вас и склеить не удастся.

С этими словами Дэкстри сделал почти незаметное движение плечом, и в руке у него оказался шестизарядный револьвер. Он вынул его из карманных штанов с ловкостью, свидетельствовавшей о многолетней практике.

Судья Стилмэн в ужасе разинул рот и попятился к конторке. Но Мак Намара продолжал лениво покачивать ногою, сидя боком на столе. Только по блеску его глаз можно было сказать, что он заинтересован происходящим. Дэкстри мысленно отметил это обстоятельство.

– Да, – сказал он, не обращая ни малейшего внимания на судью. – Если вы не оставите меня в покое, то я как-нибудь спущу курок этой штучки, вот и все.

Он спрятал револьвер, повернулся и вышел из комнаты.

Глава IX. ПРИИСКОВЫЕ ХИЩНИКИ

– Надо достать денег, – говорил Гленистэр несколько дней спустя. – Мак Намара совсем обезоружил нас, захватив наш сейф. На суд уже нельзя надеяться. Судья не принимает никаких залогов и не дает нам самим разрабатывать участок. Он говорит, что его постановления не подлежат обжалованию. Надо бы послать Уилтона в Сан-Франциско, пусть он там подаст жалобу в высшую инстанцию. Быть может, он добьется предписания об отсрочке.

– Ну, и что ж из этого выйдет?

– А то, что верховный суд велит здешнему суду прекратить дело и сам будет судить нас.

– Ну, так надо скорей посылать Уилтона. Мы ежедневно теряем по тысяче долларов. Его поездка продолжится около месяца. Он мог бы отправиться на «Роноке».

– Конечно, но где достать на это денег. Нет, ты подумай, до чего мы одурачены, Дэкс. Тут – совершенно явно – заговор. К сожалению, я понял это слишком поздно. Этот Мак Намара грабит весь наш край под маской законности и рассчитывает выжать все золото из приисков до того, как мы успеем вышвырнуть его отсюда. Вот к чему он стремится. Он будет изо всех сил разрабатывать участки, и черт знает, куда денутся наши деньги. У него должна быть сильная поддержка, если он сумел до такой степени забрать в руки судью Соединенных Штатов. Может, у него и в Сан-Франциско весь суд на откупах.

– Если это так, то я убью его, – сказал Дэкстри. – Я работал как собака всю жизнь, а теперь, когда я нашел клад, я не намерен терять его. Если Билл Уилтон не сумеет выиграть дело законным путем, то я пойду путем справедливости.

Последние два дня компаньоны провели в зале суда, где адвокаты их и скандинавцев спорили и доказывали, пуская в ход все профессиональные и непрофессиональные уловки, чтобы добиться отмены незаконных постановлений суда.

И все время в них крепло подозрение, что они имеют дело с каким-то темным комплотом, тайно поддерживаемым судьей и всем судебным механизмом. Они боролись с яростью погибающих людей; в них все росла ненависть к бабьему лицу Стилмэна, к наглой болтовне окружного стряпчего, к фамильярно ухмыляющимся судебным чиновникам. Они видели и сознавали, что все они только игрушки в руках Мак Намары.

Их так запутали техническими терминами, так замотали, что они потеряли способность соображать что-либо, кроме одного: что их дело безнадежно, что участки их будут разрабатываться инспектором и впредь и, что всего хуже, что суд в полном составе выезжает на месяц в Сент-Майкл и до его возвращения не будет слушаться ни одно дело.

Тем временем Мак Намара набрал всех безработных в Номе и работал в две смены. Струя желтого песка безостановочно текла в банк и исчезала в его подвалах, а те владельцы приисков, которые пытались присутствовать при взвешивании суточной добычи, немедленно изгонялись с приисков. Политический деятель работал необычайно систематически и невероятно быстро. Через две недели после приезда он осуществил хвастливое замечание, данное им Струве, и фактически оказался владельцем всех самых богатых приисков. Старые хозяева были изгнаны, жалобы их отклонены судом, а сам суд уехал на месяц, предоставив ему распоряжаться по своему усмотрению.

Он презирал большинство своих жертв – тупоголовых шведов, не сумевших понять, к чему он стремится.

Что же до тех, кто понимал всю преступность, безобразие его действий, то он надеялся на мощность своей организации.

17
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru