Пользовательский поиск

Книга Двойник Жанны де Арк. Содержание - О том, как Анна оказалась в суде без помощи мага

Кол-во голосов: 0

– Что нужно для того, чтобы дело Жанны было передано в Рим? – спросил окончательно обескураженный доводами адвоката Жиль.

– Осужденная должна сама попросить об апелляции. Кроме того, эта просьба может исходить от самого Кошона, хотя зачем ему это нужно? Но судопроизводство имеет ряд своих правил, нарушать которые никто не правомочен. Так вот, с точки зрения права, этот, с позволения сказать, процесс вообще ни на что не похож, – мэтр де Бруаси вынул из кармана кружевной платок и отер им вспотевший лоб. – Начать уже с того, что ваш разлюбезный Кошон вообще не имеет права председательствовать в этом суде, так как Руан не является частью его епархии. Он мог бы судить Жанну, если бы ее задержали по месту ее постоянного жительства в Домреми, но мы знаем, что это далеко не так. Кроме того, и это обычно считается самой главной причиной отвода любого из судейских, каждый солдат вашей армии может сказать, что Кошон является заклятым врагом Жанны, а о какой справедливости можно говорить, если волк начнет судить овцу?!

– Итак, нашу Деву судят за преступления, которые она не совершала, судом, который не имеет права ее судить, – подвел черту ля Гир.

О том, как Анна оказалась в суде без помощи мага

– Подсудимая Жанна! – прозвучавший неожиданно, когда участники совета преспокойно обедали в столовой за роскошно накрытым столом, голос ошеломил Анну, заставив ее отбросить ложку, проливая на себя суп. Уставившись безумными глазами в пространство, Анна чувствовала, как что-то тянет ее из зала, от Жиля и Брунисенты. Она закричала, не в силах сопротивляться нарастающей скорости. Ее трясло и мотало, выворачивало наизнанку. Ее снова уносило прочь из Тиффорга, мимо полей и лесов, через Анжу, вперед, на север, в далекий и зовущий ее Руан.

Анна видела зал суда, в котором на этот раз не было зрителей, только судьи и обвиняемая да нависающая над ней стража. Страшнее всего было то, что на этот раз Анна переместилась в Руан без магического вина, без доброго магистра, без каких бы то ни было подготовок, обычно предшествующих трансу.

– Подсудимая Жанна, – кто-то настойчиво стучался в ее мозг и ее сердце. Анна собралась с силами и разглядела подругу, дающую показания стоя.

В этот момент в замке Тиффорг сотрапезники повставали с мест. Жиль схватил Анну в охапку и, сбросив со стола кушанья и приборы, уложил на него ее тело. Кто-то схватил в руки веер и начал обмахивать задыхающуюся женщину, кто-то полез открывать тяжелые ставни, кто-то совал к ее носу соль.

Неожиданно Анна открыла глаза и забормотала каким-то чужим, металлическим голосом, словно не говорила, а чеканила монеты.

– Подсудимая Жанна, суд хочет знать, как могли говорить с тобой святые, если они не имеют органов речи?

Тут же ее лицо преобразилось, и Анна ответила звонким голосом Жанны, столь хорошо знакомым всем, кто когда-нибудь знал ее, сражался бок о бок, кто любил ее.

– Оставляю сей вопрос на рассмотрение Господа. От себя могу добавить, что их голоса были красивы, мягки и звучали по-французски.

– Неужели и явившаяся тебе святая Маргарита не говорила по-английски? – голос Анны снова приобрел металлическое звучание, но теперь в нем ощущался оттенок скрипящего железа.

– Как она могла бы говорить по-английски, если не стоит на стороне англичан?! – снова раздался голос Жанны, исходящий словно и не из уст пребывающей в трансе Анны, а весело порхающий вокруг них.

– Ради всего святого, мэтр де Терси, на каком языке должны были на самом деле говорить святые с Жанной? – затараторил пораженный услышанным Гийом ле Феррон.

– На латыни, на святом языке латыни, – отмахнулся от него ученый богослов, его глаза были устремлены на белое, словно полотно, лицо Анны, так, словно он боялся, что женщина может исчезнуть, подобно призраку, не закончив начатого диалога.

– На понятном языке, господин Гийом, – ласково улыбнулся Франческо Бреладди, – на каком же еще? Когда Господь желает донести что-либо до своих слуг, станет ли он обращаться к ним на языке, смысла которого они не в состоянии уразуметь?

– Подсудимая Жанна, ответь суду, можешь ли ты припомнить, какой святой явился тебе первым и когда это было?

– Это произошло, когда я была еще совсем девочкой одиннадцати или двенадцати лет днем. Первым ко мне явился святой Михаил и сопровождающие его ангелы. От них исходил дивный аромат, явление архангела сопровождалось громом труб и благоуханием, лучше которого ничего нет в мире.

– Предстал ли святой Михаил перед тобой нагим? – задребезжал голос Анны так, что собравшиеся вокруг нее невольно представили, что это говорит маленький и тщедушный старичок, один из тех, кто ни разу в жизни не держал в руках меча, а лишь портил глаза чтением мудрых книг.

– Неужели вы думаете, что Богу не во что его одеть?! – весело парировала Жанна.

– Подсудимая Жанна, суд желает знать, имел ли святой Михаил волосы? – новый выпад против Жанны был сделан противником, обладающим хорошо отточенным умом и знанием богословия.

– А с чего бы ему быть стриженным? – парировала Жанна. Ее ответ вызвал одобрительное покашливание и смешки.

– Подсудимая Жанна, поясни суду, видела ли ты святых или только слышала их голоса?

– Так же, как сейчас вижу вас.

– Являлся ли тебе архангел Гавриил?

– Да. Но реже, чем Михаил. Чаще всего я общалась со святыми Екатериной и Маргаритой.

– Как происходили эти разговоры? Ты вставала на колени, молилась им, целовала их?

– Я разговаривала с ними, иногда стоя на коленях, иногда сидя или стоя. Я вдыхала исходящий от них аромат, иногда обнимала их.

– Как именно ты обнимала их? Снизу или сверху?

– Мне было удобнее обнимать их снизу, а не сверху, – Жанна пожала плечами, Анна в точности повторила ее жест, заключая в объятия воздух. – Я целовала землю, по которой они ступали. Я не хотела расставаться с ними и слезно молила, чтобы они взяли меня с собой. Господи, возьми меня к себе! Прошу тебя…

Анна застонала и очнулась от транса. Ее платье было в жирных и винных пятнах, волосы растрепались. Жиль обнял ее и, как маленькую, посадил себе на колени, обнимая и целуя.

Вместе с Брунисентой и служанками они отвели Анну в ее с Жилем спальню и уложили в постель. Распрощавшись с любимой, Жиль вернулся в столовую, где уже велось бурное обсуждение услышанного.

– Объяснит ли мне кто-нибудь, что хотел этот чертов судья, когда расспрашивал ее о святых? – перекрикивал собрание гигант ля Гир.

– Они пытаются доказать, что Жанна общалась не со святыми, а с переодетыми в них людьми или демонами, – ответил ему Гуго де Карро.

Пажи убирали со стола. Все были слишком возбуждены, чтобы продолжать трапезу.

– Если бы Жанна сказала, что святой Михаил предстал перед ней без одежды, ее можно было судить как вступившую в преступную любовную связь с сатаной, – возмущенный, что его никто не слушает, кричал Антонио де Терси.

– А почему они спрашивали, целовала ли она своих святых? – орал Жак.

– Либо снова любовная связь, либо идолопоклонничество и обряды вызова нечистой силы, – приводил свои доводы де Карро.

– Они сожгут ее и дело с концом. Костер уже разложен, орудия пыток приготовлены, а мы сидим и ничего не делаем! – неистовствовал ля Гир.

– А что мы можем сделать? – Жак был доволен, что Брунисента ушла вместе с Анной и не слышит всех этих криков. – В Руан пускают лишь по специальным пропускам, Жанну караулят все силы Англии!

– До вынесения приговора мы не можем выручить Жанну, – голос Жиля звучал властно и строго. – Я много раз говорил, что, если мы хотим спасти Жанну, нам придется принять это как неизбежное. Жанна будет осуждена церковью, ее отправят в тюрьму, откуда мы и вытащим ее.

– Но Франция будет погублена! Карл лишится короны! Самое дело Жанны будет под угрозой! – неистовствовал Жак.

– Плевал я и на Карла и на его Францию, – тихо, но четко подытожил разговор Жиль. – Если бы Карл желал не опозориться, он бы выкупил Деву или послал войска на штурм Руана. Карл не ребенок и может постоять за себя сам. К черту короля, к черту Францию. Я присягал Жанне и буду верен ей и своему слову!

43
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru