Пользовательский поиск

Книга Доблестная шпага, или Против всех, вопреки всему. Содержание - 11. Помощь судьбы

Кол-во голосов: 0

Теперь каждый день в комнату Рено заходил врач, щупал пульс и качал головой, приговаривая:

— Да! Пульс быстрый и тяжелый, видно, режим слишком суров… Немного диеты — и вам станет лучше.

Рено пришло в голову серьезно спросить доктора, является ли он отцом или братом Матеуса, а может его племянником или сыном. Ему почему-то показалось, что их носы схожи.

Однажды утром Матеус появился в комнате Рено. Весь пол был усеян кусочками бумаги. Присмотревшись, можно было разглядеть фигуру Матеуса — хозяина Рабеннеста.

— Будьте осторожны, мой добрый сеньор! — воскликнул Рено. — Не наступите на эти картинки, а то вы рискуете попасть ногой в пасть волка. Какой траур для вас!

Матеус поклонился:

— Господин маркиз! Жан де Верт готов даровать вам дворец и титул принца; это, конечно, слишком… Но, если вы все-таки не подпишите эту бумагу, он будет вынужден применить к вам более жестокие меры.

— Берегитесь! Сочувствие, если вы ещё способны на него — исказит ваше лицо ещё ужаснее, чем обычно.

Матеус сделал знак, два слуги схватили Рено под руки, посадили на скамейку и обвязали его руки веревкой. На конце веревки была привязана палка.

— Будете подписывать? — спросил Матеус с угрозой в голосе.

— Постойте, постойте! — воскликнул Рено. — Я думаю, и Бог меня простит, поскольку я обязательно должен отметить, что правая сторона вашего лица ещё безобразнее, чем левая. Это восхитительно!

— Поворачивайте! — скомандовал Матеус.

Два слуги начали поворачивать палку, вокруг которой была обвязана веревка. Рено побледнел. Его руки сдавила веревка, натянувшаяся до предела.

— Вы будете подписывать?

— Да! Вы удивительно безобразны! Посмотрите! — проговорил Рено, обращаясь к слугам.

Те заулыбались.

— Крути еще! — вскричал Матеус, вне себя от ярости.

Веревка впилась в кожу Рено. Он закричал и закрыл глаза. Врач, проскользнувший в комнату, смочил полотенце и приложил его ко лбу мертвенно бледного пленника.

Рено приоткрыл глаза: «О, небо! Две образины!» — прошептал он.

— Еще! — взревел Матеус

Слуги подчинились. Захрустели кости. Голова Рено упала на грудь. Доктор положил пальцы на артерию и покачал головой:

— Еще немного — и наш пленник уже не будет страдать. Это, наверное, не то, что вы хотели?

— Конечно, нет! — отвечал Матеус.

При этом безмолвные слуги ослабили веревку.

Рено постепенно отходил от пытки. Врач продолжал смачивать виски Рено уксусом; наконец, маркиз открыл глаза.

— Все более страшен! — прошептал он и потерял сознание.

Матеус вытащил из-за пояса кинжал и шагнул к пленнику. Врач сжал его руку:

— Не убивайте его! Вы пожалеете об этом!

— Вы правы, продолжайте следить за ним, — прошептал негодяй. — Перенесите пленника в зеленую комнату! Завтра посмотрим, захочет ли он меня видеть!

Зеленой комнатой в замке называли карцер в подземелье. Стены его были выложены из камня, по которым постоянно сочилась вода. Поэтому они были покрыты густым мхом, отсюда и название комнаты. Дневной свет не проникал сюда, дверь была массивна.

Рено положили в углу, на охапку сена. Он не подавал признаков жизни. Можно было подумать, что он уже мертв. Только биение пульса указывало на то, что Рено ещё жив. Доктор прикрепил зажженный факел к стене и поставил рядом с узником миску с водой и положил кусочек хлеба.

— Будем гуманны, — прошептал он при этом.

В тот день, когда Рено пытали, Арман-Луи нашел на столе только краюшку хлеба, твердую, как камень, и кувшин с водой.

Матеус решил восстановить равенство между узниками. Арман-Луи был препровожден в Красную комнату. Так назывался в Рабеннесте погреб, находившийся под башней. Стены его были сложены из гранита красного цвета. В углу тоже было несколько охапок сена. На стене в ряд были вбиты крюки. На один из них прикрепили факел, на пол положили хлеб и поставили кувшин с водой. Один из слуг, вошедших вместе с Матеусом, принес пакет с веревками и несколько железных ядер.

— Граф! Я намерен поговорить с вами! — произнес Матеус.

Нужно сказать, что в этот момент во всей Германии не было человека, счастливее, чем Матеус. У него была прекрасная должность, хорошее питание и полные подвалы. На столе у него всегда было свежее пиво, многочисленные слуги прислуживали ему, в карманах было полно золота, часовые на башнях надежно охраняли замок. К тому же у него было покровительство одного из самых важных сеньоров. И, чтобы окончательно быть довольным всем, ему оставалось убедить двух дворян, которых он ненавидел от всей души, подписать бумагу. Конечно, он не променял бы прелести этой жизни на что-либо другое, сколь угодно блестящее. В мыслях н сравнивал свое настоящее положение с тем, которое у него было, когда он жил в предместьях Малина, в компании дона Гаспара д`Альбасета. Там они пробовали изысканные блюда и вина, предложенные великодушной и щедрой рукой. Теперь он сам был хозяином и единственным советчиком был его собственный каприз…

11. Помощь судьбы

Вы, конечно, помните, что мы оставили Магнуса и Каркефу в тот момент, когда на своем пути они повстречали человека с поломанной ногой.

У ворот следующего города, где они остановились после долгого перехода, не было заметно ни всадников, ни солдат, ни пленных.

— Вот уже четыре дня, — поведал им буржуа, повстречавшийся на пути, — как никто не проходил здесь. В двух милях к северу отсюда находится шведский полк, на юге — хорватский полк. Думаю, что не каждый осмелится путешествовать по этим дорогам.

— Негодяй ввел нас в заблуждение! — воскликнул Каркефу, имея ввиду раненого.

— Помнится, он был здорово перепуган! — возразил Магнус. — Наверное, те, которых мы преследуем, изменили направление.

Грустные, солдаты вернулись на прежнее место. Все следы стерлись. Они шли наугад по чужой стране, по вражеским дорогам, где тысячи опасностей подстерегали их на каждом шагу. Сколько мародеров было в этих местах! Сколько партизан в поисках оружия и хорошей пищи бродили в округе? Но никакие трудности не могли остановить Магнуса и Каркефу в их решимости.

Никакая случайность не могла помешать им направить все свои цели для достижения цели. Они прочесывали каждый хутор, каждую деревню, каждый город. Но отряд Матеуса, казалось, не оставил никаких следов. Он проследовал незаметно, как птица в небе. Это неведение поколебало уверенность Магнуса. Теперь он не мог произносить имя Матеуса, не побледнев. Никогда ещё подобная ненависть не переполняла его сердце.

Однажды вечером, перекусывая в спешке холодным мясом и хлебом, Магнус заметил у входа в таверну какого-то солдата, внимательно наблюдавшего за ним.

Старый воин, использующий любую возможность побеседовать с человеком, направился к нему. Солдат встал. Магнус обратился к нему:

— Случайно, друг мой, не были ли вы на постоялом дворе отца Инносента в прошлом месяце и не встречались ли вы с двумя дворянами?

— Да, конечно, я их знал, как хороших солдат и мне поручили связать их. Я сочувствовал им, но не мог этого показать.

— О! Вы были вместе с Матеусом Орископпом! — вскричал Магнус и его рука потянулась к Болтунье.

— О! Прошу вас, не сердитесь! Я должен вам сказать, что эти отважные воины покорили меня своей смелостью. Что касается Матеуса, то это настоящий бандит, и я к нему всегда питал отвращение… Среди шестнадцати талеров, которые он мне дал, десять оказались фальшивыми!

— Бог мой! Если вы наведете меня на его след — тысяча дукатов будут вашими!

— Тогда, друзья, поворачивайте на запад! Сеньор Матеус намеревался идти в Мюнхен. Я могу предположить, что вы найдете его в Стокгольме, а если возьмете меня с собой проводником — то мы быстро настигнем его. У Рудигера быстрые ноги и зоркий глаз.

— Итак, ты с нами, а мы с тобой! — заключил Магнус.

— Вместе мы быстро поймаем его! — добавил Каркефу, пожимая Рудигеру руку.

Как вы помните, Рудигер был одним из всадников, изгнанных Матеусом, заметившим его симпатию к г-ну де ла Герш и Рено.

89
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru