Пользовательский поиск

Книга Бель-Роз. Содержание - ГЛАВА 2. ПЕРВЫЕ СЛЕЗЫ

Кол-во голосов: 0

Большие черные глаза Жака светились горделивой радостью при взгляде на незнакомца. Когда же тот подал руку, сердце его так забилось, что биение это почуял своими боками даже Феб. Конь рванул с места, и всадник быстро скрылся за садом. Жак отвел взгляд и тут заметил блестящий предмет на песке. Это был золотой медальон с узорами.

— Смотри, отец, — обратился он к сокольничему, — это же наверняка потерял он.

— Храни его, сынок. Может быть, само привидение его тебе посылает.

ГЛАВА 2. ПЕРВЫЕ СЛЕЗЫ

Этот подарок, разумеется, остался в памяти Жака на всю жизнь. В какой-то мере этому способствовала бывшая в то время война. Жак, как и каждый подросток того возраста, восхищался видом солдат и офицеров, вооруженных самым разнообразным оружием — шпагами, саблями, бердышами, пиками, кортиками, пистолетами и мушкетами. В его ушах призывно звучали слова торговца д'Арра:"Если ты завербовался в армию, иди этой дорогой до конца.» Но все тонуло в глубине его души, когда во время ежедневных прогулок маленькая ручка Сюзанны касалась его руки. За один только взгляд её голубых глаз Жак готов был без раздумий отправиться хоть на край света.

Итак, года шли в учебе, сражениях и прогулках. Кстати, о сражениях. Их вели кардинал Мазарини и партия короля против парламента, принцев и Испании. Принц Конде то побеждал, то проигрывал. При этом, правда, Сент-Омер, охраняемый сильным гарнизоном, ни разу не подвергся захвату и грабежу со стороны неприятеля. И Жак долгое время ничего не мог противопоставить своему неуклонно растущему чувству к Сюзанне. Но случай, этот великий архитектор будущего, дал ему возможность заглянуть в свою душу поглубже.

Однажды он сидел, как обычно, в углу сада, и забавлялся с кортиком. Второе — нет, лучше просто другое любимое его занятие — обожание Сюзанны — временно не удавалось: её рядом не было. Тут сзади к нему незаметно подкралась сестра Клодина и дотронулась до плеча. Жак вздрогнул.

— О ком ты думаешь?

— Ни о ком.

— Ой ли? Ты же думаешь о мадмуазель Сюзанне.

— Почему именно о ней? — Но Жак невольно сконфузился.

— Потому что Сюзанна есть Сюзанна.

— Вот еще!

— Брось, я же все понимаю.

— Что именно.

— Да ты влюблен в нее, вот и все.

Жак вскочил и схватил сестру за руку.

— Послушай, сестренка, ты же не маленькая…

— Мне пятнадцать, как тебе известно.

— Ты должна слушаться старшего брата. С чего ты взяла, что я люблю Сюзанну? Я ничего не говорил.

— Ну что тут объяснять? Я ничего не знаю, но ты влюблен.

— И ведь правда, я влюблен… — Жак внезапно сник, и его слова прозвучали тихо.

Такая перемена поразила Клодину.

— Ну хорошо, ведь ты же не огорчен этим, правда? — спросила она.

Она приподнялась на цыпочки и взглянула брату прямо в глаза.

— На твоем месте я бы радовалась, чудак. Ведь она не сестра твоя, значит, и тебя когда-нибудь полюбит.

— Спасибо, ты хорошая сестра. — И они вместе отправились к дому.

Но по пути им встретился не кто иной, как сам господин Мальзонвийер.

— Я вас ищу, — сказал Жак, обращаясь к нему. — Я хочу сказать вам нечто важное.

— Мне? Я весь внимание.

— Мсье, мне восемнадцать с небольшим. Я честный юноша. — У Жака был вид, как у иностранного посла. — Мой дядя, кюре из Пикардии, сделал меня наследником с доходом до миллиона ливров в год. Но так как состояние моего отца ничтожно, я решил передать этот доход моей сестре Клодине. Вот именно с этим условием я решил просить у вас руки вашей дочери.

Господин Мальзонвийер был явно ошеломлен.

— Ты…ты хочешь жениться?!

— Я люблю мадмуазель Сюзанну.

Ладно бы уже эти слова, но их тон! Господин Мальзонвийер не выдержал и рассмеялся. Кровь бросилась в лицо Жаку.

— Вам стало весело, мсье, от моих слов, — обиженно произнес он. — Я этого не ожидал.

— Ну, друг мой, — ответил Мальзонвийер, — я тоже не ожидал от тебя такой просьбы. Всегда ли такое встретишь? Честно слово, это просто комедия в духе Корнеля.

— Вы продолжаете смеяться, но я вам все же скажу. Вы не знаете, что я пережил с той поры, как узнал Сюзанну. Я вполне готов к женитьбе.

— Да ты, мой мальчик, с ума сошел!

— Нет, я просто честно прошу её руки у её отца.

— Ты что, серьезно?

— Очень.

— Помолчи. И больше не показывайся мне с видом несчастного пастушка. Ну пойми же меня, друг мой, ведь я просто могу лопнуть от смеха.

— Я желаю знать ваш ответ.

— Пошел ты к черту, вот мой ответ! Вот ведь какая будет парочка — дочь де Мальзонвийера и сын сокольничего!

— Не трогайте моего отца! — вспылил Жак. — Или мне придется дать ответ отцу Сюзанны!

— И какой же?

— Я его задушу.

И Жак показал это своими поднятыми руками. Мальзонвийер тоже было поднял руку, но быстро её опустил. Этот жест был хорошо понят Жаком: соперник, наконец, не смеялся. Он опустил руки, и лишь лицо его казалось слишком бледным.

— Прошу прощения, — тихо произнес он. — Но вы ведь задели мою семью…Хорошо, я не буду добиваться руки Сюзанны. Но скажите, мсье, что мне сделать, чтобы заслужить честь просить вас об этом.

И на глазах Жака выступили слезы. Мальзонвийер, в сущности, был неплохим человеком. Тщеславие затмило в нем справедливость, но не проникло в сердце. Он протянул руку Жаку.

— Не горюй, дружок, — сказал он, — не принимай все так близко к сердцу. Ты говоришь, любишь? Я тоже любил в восемнадцать, ну и что? Считай, все забыл. И ты забудешь.

Жак отрицательно покачал головой.

— Да, все так говорят, — продолжал отец Сюзанны. — И ты тоже так будешь говорить. А что касается Сюзанны…Многие из благородных семейств добиваются её руки. И что ж, предпочесть им тебя, у которого ни кола, ни двора?

Жак опустил голову. Про слезы мы и не говорим.

— Слушай. — Сердце папаши не выдержало. — Ну, станешь ты знатным и богатым — будет тебе рука моей дочери.

— Знатным и богатым? — Любое эхо звучало бы выразительнее Жака.

— Ну да.

— Хорошо, мсье, я постараюсь добиться состояния и благородного звания.

— Послушай, эти вещи не приходят быстро. Я не советую тебе жить ожиданиями.

Жак было заколебался, но потом поднял глаза и решительно взглянул на Мальзонвийера.

— С Божьей помощью, я надеюсь, мне повезет. — Он повернулся и пошел своей дорогой.

— Бедный мальчик! — пробормотал вслед ему господин Мальзонвийер.

А дорога Жака привела его туда, куда он хотел — в угол сада. там он встретил Сюзанну, бродившую с раскрытой книгой, и дрожащим голосом пересказал ей свой разговор с её отцом.

— Ваш отец, мадмуазель, (что же, тогда даже сыновья сокольничих так разговаривали с девушками) не оставил мне надежды на счастье. Вы позволите мне сделать все, чтобы его заслужить?

— Так вы меня любите?

— Я?! Да я готов отдать жизнь за свою сестру Клодину, но Бог меня простит, если я сохраню её для вас.

— И я стану когда-нибудь вашей женой!

— А я этого обязательно добьюсь!

И они впервые раскрыли друг другу объятия.

— Идите и сражайтесь за меня, — сказала Сюзанна.

Они обменялись последними обещаниями и расстались.

Жак отправился к Гийому Гринедалю.

— Мы любим друг друга, — сообщил он, — и поженимся.

Отец смотрел в небо на ласточек.

— Клятвы в любви… — Он не отрывал глаз от птиц. — Они тоже улетают… Но все же следует пуститься в путь.

Казалось, его занимали только ласточки.

— Я тоже так думаю, отец.

Тот взял сына за руку.

— Мадмуазель де Мальзонвийер слишком хороша для тебя, сынок. Тебе надо отправляться завтра же, не встречаясь с ней больше.

Жак замер в нерешительности.

— Так нужно, — твердо сказал старший.

— Я так и сделаю, — ответил младший.

Вечерний ужин за столом прошел в молчании. После прощальных слов отца трое детей отправились спать.

На рассвете семья уже провожала Жака. Пьер и Клодина тихонько всхлипывали. Нечего и говорить, лицо Жака оставалось каменным.

2
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru