Пользовательский поиск

Книга Круиз. Содержание - Валентин Захарович Азерников Круиз

Кол-во голосов: 0

Валентин Захарович Азерников

Круиз

Сценарий кинокомедии, которая вполне могла быть и телевизионной. Не поставлена пока ни на одной киностудии. В этом есть свое преимущество: читателю не грозит разочарование от сравнения прочитанного и увиденного.

От автора

Читать пьесы или сценарии нелегко.

Нет привычных для прозы описаний – что думает герой и чем пахнут цветы.

Все это нужно представлять самому.

А мы и так за день устаем представлять себе – что думает начальство и чем пахнет колбаса. Поэтому надо облегчить труд читателя – помочь ему увидеть внутренним взором, как выглядит тот или иной персонаж. Скажем, подробно описать его внешность, манеру говорить и тембр голоса.

Или проще – сказать, что его роль мог бы сыграть такой-то актер. И все. Это я и хочу сделать.

Разумеется, в тех случаях, когда произведение еще не увидело экрана или сцены.

Надеюсь; актеры меня простят, что я заставляю их появляться перед зрителем во внеурочное время, без договора и практически без вознаграждения.

Хотя лишний раз явить себя мысленному взору почитателей – это ли не награда для артиста?… Ну а если кто-то посетует, что роль слишком незначительна, пусть вспомнит слова Станиславского: нет маленьких ролей, есть…

Ну, ну, не надо обижаться, я пошутил…

В главных ролях могли бы быть заняты: Марианна Вертинская (Капустина), Петр Вельяминов (Капустин), Александр Ширвиндт (Гобели) и другие.

У подъезда старого дома стояли красный пожарный «уазик» и белая «скорая помощь». Водители – один в халате, другой в форме – мирно беседовали. Прохожие замедляли шаг, удивленно оглядывались – ни дыма, ни огня не было видно. Большинство шло дальше, и только старушки, возвращавшиеся из булочной, оставались ждать. Хлеб у них уже был, им хотелось зрелищ.

Пожара в доме действительно не было. Напротив, там было сумрачно и прохладно. В одной из комнат Олег Григорьевич Капустин, мужчина лет сорока пяти в форме подполковника, сидел у края стола, покрытого половиной газеты, и обедал. На газете были разложены сыр, творожный сырок, хлеб, пакет молока. Он торопливо ел и одновременно проглядывал статьи. Иногда он отодвигал в сторону хлеб или сыр, если они мешали читать. Одна из заметок обрывалась – ее продолжение было на оторванной половине.

Капустин вышел в коридор, подошел к двери, ведущей во вторую комнату, прислушался. Было тихо. Он посмотрел на синий женский плащ, висящий на вешалке рядом с его зеленым, и постучал.

– Да, – ответил женский голос.

За журнальным столиком сидела Светлана Николаевна Капустина, женщина лет сорока, и ела, разложив на газете тот же набор продуктов. На стуле лежал фонендоскоп и тонометр, на спинке висел белый халат.

– Привет, – сказал Капустин.

– Привет, – ответила Светлана Николаевна.

– Извини, тут у тебя газета… – Он взглянул. – Оторвана на самом интересном месте.

Светлана Николаевна пожала плечами и, вытянув из-под своего обеда газету, протянула ему.

– Извини, испачкала. Капустин взял газету и пошел.

– Есть новость, – сказала она ему вслед. Он остановился. – Неприятная, – добавила она. Он присел на стул у двери. – Я подавала на круиз по Черному морю – помнишь? Румыния, Болгария, Турция. Ну так вот – дали. Причем даже две путевки. Каюта первого класса. Отплытие через неделю.

Он засмеялся:

– Надо подать на развод, чтоб получить две путевки? Забавно.

– Очень. Так что делать?

– Как что – ехать. Развод можно получить в любое время, а вот круиз…

И пошли титры фильма.

И на их фоне:

Она садилась в вагон поезда…

Он в толпе пассажиров шел к самолету…

Она лежала на нижней полке и, держа открытой книгу, спала…

Он в самолете читал «Советский спорт»…

На вокзальной площади ее встречала подруга – врач на «скорой помощи»…

Его у трапа самолета встречал майор на пожарной машине…

К теплоходу Светлана Николаевна подъехала первой…

И тут титры кончились.

На теплоходе прибывающих туристов приветствовали пассажирский помощник капитана Илларион Гобели, красавец грузин в ослепительной белой форме, и руководительница круиза Маргарита Кремнева – гладко причесанная дама в ослепительно черном костюме.

Кремнева взяла путевку и паспорт Капустиной.

– Так… Капустина… Светлана Николаевна… – Она поглядела в свой список, – есть такая.

Гобели шагнул было к ней навстречу, изумленно улыбаясь…

– А где ваш супруг? – строго спросила Кремнева и посмотрела на чемодан, который Светлана Николаевна держала в руке.

Гобели замер на полдороге.

– Он скоро будет, – сказала Капустина.

Кремнева посмотрела на нее подозрительно.

– Вы что – не вместе приехали?

– У него дела тут…

– Дела? В отпуске? Он что у вас – так горит на работе?

– Да, – просто сказала Капустина. – Это у него иногда бывает.

В это время раздался короткий вой сирены и на пирс въехала пожарная машина. Она резко затормозила прямо у трапа.

Гобели с беспокойством огляделся.

Из машины вышел Капустин. Майор нес его чемодан.

Каюта была удобная, но маленькая.

– Так… – мрачно сказала Светлана Николаевна. Она присела на постель и поглядела на вторую, находящуюся в метре от нее.

Капустин тоже сел, и их ноги почти соприкоснулись. Он поспешил встать.

– Ну и как ты все себе это представляешь? – спросила она.

– Плохо представляю, – пожал плечами Олег Григорьевич.

– Надеюсь, тебе не приходит в голову, что мы можем здесь спать вместе?

– Занавеску повесим?

– Тебе все весело? Я ведь предупреждала – это глупая затея.

Капустин засмеялся.

– Забавно. Кто-то едет в свадебное путешествие, а мы – в разводное, что ли…

– Не вижу во всем этом ничего веселого. И вообще, я хочу спать.

– Уже?

– Еще. Я хочу отоспаться за весь год. За все недосыпы.

– Ты полагаешь, что это лучше делать в экстерриториальных водах? Дома хуже?

– Что я полагаю, это мое дело. А твое дело – не мешать мне. И, кстати, позаботиться о ночлеге. Потому что, как ты догадываешься, спать с тобой в одной каюте я не собираюсь.

Современный пассажирский теплоход – это маленький курортный плавучий город. На нем есть все, что нужно человеку на отдыхе. И даже кое-что сверх того. В этом убеждался Олег Григорьевич, когда вечерним дозором обходил многочисленные палубы и салоны.

Солнце еще не зашло, оно золотило белую эмаль теплохода, негромко играла музыка, туристы гуляли по палубам, сидели в шезлонгах, купались в открытом бассейне, смотрели на проплывающие мимо берега…

На нижней палубе стояли автомашины тех туристов, кто приехал в порт своим ходом. Машины, казалось, тоже отдыхали – вместе с хозяевами. И только около одной…

Капустин подошел поближе. Из-под машины неподвижно торчали чьи-то ноги. Потом они ожили, и вылез перепачканный маслом хозяин машины.

– Нашел, – обрадовано сказал он. – А то течет откуда-то. Ничего, за две недели управлюсь… – И, взяв ключ, он снова полез под машину.

…В одном из салонов сидели четыре молчаливых человека и бесстрастно играли в преферанс. Сквозь задернутую штору иллюминатора чуть пробивалось заходящее солнце. В его лучах густо плавали клубы табачного дыма…

…Проходя по коридору, Капустин услыхал громкие возбужденные голоса. Он завернул за угол – у открытой двери каюты Гобели разговаривал с молодой парой.

– Подождите, – успокаивал их Гобели, – не все сразу. Давайте по очереди. Да? Давайте начнем с дамы. Я вас слушаю. Только спокойно. Вы заранее правы. – Заметив удивление молодого человека, успокоил его: – И вы правы. Пассажир всегда прав. Но вы – чуть позже, после дамы. Да? Я вас слушаю. – Он снова повернулся к девушке.

1
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru