Пользовательский поиск

Книга Преодоление христианства. Содержание - № 30

Кол-во голосов: 0

№ 30

Проанализировав в рамках нашего повествования все те массовые ухищрения, на которые пускались проповедники монорелигий, невольно задаешься вопросом: на что же была направлена вся эта дьявольская мощь в Божественном обличье? Что так старательно уничтожалось на протяжении веков, методично стиралось из памяти народа? Почему во всех священных книгах монотеистов столько грязи и злобы вылито в адрес «поганых», «богомерзких» язычников? Почему в бурные мгновения истории лидеры различных монорелигий находили общий язык и вступали в военные союзы или даже крупные государственные формирования, с видимой неохотой, но все же делили сферы воздействия на духовную жизнь народов и целых рас, и все, как один, сотрясались исступленным гневом, едва заслышав слово «язычник»? До сих пор в конце цивилизованного XX века, в эпоху освоения космоса, компьютеризации, генной инженерии и трансплантации человеческих органов, с кафедр и алтарей сытые, лоснящиеся огосударствленные проповедники с подлинно ветхозаветной ненавистью поносят тех, кто «во языцех».

Ответ изыскивается при малейшем, даже полузаинтересованном, прикосновении к языческой идеологии или вообще сфере так называемых природных культов, которые никогда не отгораживались от белого света пеленой гностических знаний, секретных апокрифов, уставов для посвященных так, как это делали и делают по сей день адепты всех монорелигий. Почитав одну-две священные книги монотеистов, Вы без труда увидите, что там, где на арену духовной жизни человечества выходит Единый Бог, неизбежно появляется тайна, ведать которую дозволяется лишь узкому кругу людей, большинство же верующих принуждено пробавляться суррогатом чудес. Этот непреложный закон прослеживается во всех монорелигиях с древнейших времен вплоть до последних церковных соборов и закрытых сборищ коммунистов. Уничтожая привкус тайны, растворяя своей волей чудеса, Вы лишаете силы Единого Бога и всех, кто стоит за ним, кто лакомится соками Ваших судеб и временем жизни.

Историческое Однобожие — весьма уязвимый монстр. Один точный удар в его солнечное сплетение — непреложный догмат о единственности — и оно рассыплется в прах. Вот и все нехитрые рецепты. Следуя им, Вы обретете долгожданную свободу и совершенство и сумеете сами сделать Богом или Богиней. Если Единый Бог на протяжении всех священных писаний постоянно ревнует меня к другим Богам, то из этого как минимум следует его невсесильность, неабсолютность, а в конечном счете и неединственность, в чем мы уже имели возможность убедиться, изучив секретные книги монотеистов. Всего-навсего у людей не доходили до этого руки. Связанные чудесами и тайнами, несчастные, они до сих пор завороженно рассматривают сие «произведение» религиозного творчества. Но уверяю Вас, что все проще простого: один прицельный удар — и Вы вместе со всеми своими потомками оказываетесь на свободе. Вы выкупаете себе вечное самостоятельное пользование.

Классические монорелигии приучают к неразрывности Бога и Вашей судьбы. В язычестве все как раз наоборот: воля Богов вовсе не уничтожает волю человека. Последний сохраняет свою самостоятельность и действует независимо, а то и вопреки их воле. Человек обладает религиозно-освященным самовластием и волен поступать по собственному разумению. Людей и Богов связывает не роковая неуничтожимая зависимость, а только мир природы, одинаково служащей жилищем и для тех, и для других. Но Боги сильны и способны повелевать, значит, нужно задобрить их соответствующей жертвой или испросить помощи у другого Бога. Не помог один, не беда: можно уйти к другому, и никто никогда за это не накажет. При такой системе отношений Бог выступает не всесильным Владыкой — истиной в последней инстанции, а всего лишь партнером, старшим братом, духом-куратором, с которым всегда можно договориться. Страх в его высшей форме узаконенного божественного страха исчезает из души. Больше нет того груза, что вечно тяготит ее.

Наш древний предок славянин-язычник мыслил смерть как простой переход из мира земного в мир подземный, такой же реальный и пригодный для практического существования, как настоящий. Если во время битвы ему грозила опасность пленения, то, исчерпав все силы в борьбе за свободу, он не задумываясь кончал с собой, ибо твердо знал, что, став рабом на этом свете, он рабом же попадал и на тот свет. Индивидуальная свобода была разукрашена народной героической мифологией и прочно вживлена в мозг каждого славянина, а посредством свободной, не стесняющей ни в чем религии надежно передавалась потомкам, образуя таким образом характерный устойчивый славянский генотип. Плоды хорошей языческой закалки под чутким руководством волхвов, обслуживающих, как заботливая нянька, все стороны жизни общества, до сих пор, невзирая на буйство христианской идеологии и изуверство большевизма, видны еще достаточно отчетливо. Только в наших руках наше будущее, которое зависит от религиозно управляемого генофонда, а тот — от простой и понятной всем человеческой свободы. Именно в это ключевое звено жизненного процесса христианство и нанесло свой подлый удар. Вот вся тайна Однобожия, остальное филологические уловки для неглубоких умов.

Языческая религиозная идеология стимулировала развитие и укрепление прочных социальных и родоплеменных связей, накопление богатств, достижение чинов, военных заслуг. Ибо, чем больший капитал собирал человек на земле, чем большей властью, почетом, уважением мог воспользоваться он на «том свете». Загробное существование представлялось чем-то вроде надежного банка с хорошими процентами. Все зависело только от Вас. Древний славянин, также как и нынешний мусульманин, мог иметь столько жен, на сколько у него хватало денег, здоровья и воображения, ибо все они переходили и в другую жизнь. Однако это вовсе не означало принижения роли женщины, она была равноправным членом общества, и никто не мог выдать ее замуж без собственного согласия. Древнему язычеству белы ведома форма брачного контракта — свободного договора между заинтересованными сторонами. Женщина у язычников могла править страной, как, например, княгиня Ольга, что сделалось совершенно невозможным при христианстве. Не говоря уже о том, что женщины имели своих Богинь-покровительниц, с которыми могли решать свои сугубо женские проблемы, не испытывая стеснения перед интерсексуальным Единым Богом с его сексуально неполноценным сыном, как в христианстве.

Как уже было сказано, никакого смиренного страха перед смертью древний язычник не испытывал. Отлетавшая от него живая душа также не расставалась с материальным миром. Она принимала образы ветра, огня, пара, облака, дыма, источника, какого-либо животного или растения, либо, наконец, планеты и звезды. Кто что заслужил. В этом выражалась в славянском язычестве устойчивая живучесть культа предков, влияние которых на человеческую жизнь было огромным. Древний славянин не представлял себе оторванное от собственной жизни пребывание предков в «ином» мире. Он всегда был окружен близкими людьми, лишь перешедшими в иную реальность. Такой пристальный присмотр со всех сторон исключал всякое безнравственное поведение, увеличивал фактор индивидуальной ответственности не только за поступки и слова, но даже за мысли. Предки помогали славянину, неся удачу, достаток, счастье, и он сам невольно готовился помогать своим потомкам в будущем. Образовывалась крепкая взаимосвязь всех жизненных форм, самим положением вещей вынужденная помогать одна другой, вовсе не ожидая за это сиюминутной выгоды. То была логика Жизни в ее высшем понимании, лишенном всяких политизированных эзотерических тайн. Сознание язычника не ведало финитных категорий страшного суда и второго пришествия, при которых любая жизнь становилась бессмысленной. Она должна была длиться бесконечно, и это вносило покой и гармонию в душу язычника, размеренное и осмотрительное отношение к своей семье, государству и той местности, где жил он и где обитали Священные духи его древних предков. Образовывался таким образом замкнутый райский уголок мироздания без катаклизмов, ужасов и эсхатологической нелепицы, в котором не существовало времени в том безвыходном понимании, каковым владеем сейчас мы, судорожно накапливая деньги и почести, чтобы разом все растерять на смертном одре. Именно потому одним из самых страшных грехов в славянском язычестве было плевать на землю, ибо плюнув на нее, ты осквернял память предков, душу будущих потомков и весь ареал пространства, который занимало племя, с которым ты был связан самыми тесными узами.

53
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru