Пользовательский поиск

Книга Ледяные исполины. Содержание - УДИВИТЕЛЬНЫЙ ДОКЛАД

Кол-во голосов: 0

Вот почему остались у нас почти только хозяйственные заботы. А это утомительнее, чем работа (когда она интересная, по душе). Я развлекался тем, что уходил к обрыву, к своим знакомым ледяным клиньям. Они постоянно подтаивали, изменяясь, как живые. Каждый раз в них обнаруживалось что-нибудь новое.

За три недели ожидания вертолета я привел в порядок свои записи и зарисовки. И мысли свои привел в порядок тоже.

Все-таки очень интересно разгадывать загадки природы. В мыслях незаметно превращаешься в крохотного подземного жителя. Проникаешь по трещинам в глубины земли, путешествуешь вдоль и поперек слоев горных пород, наблюдаешь волшебный рост ледяных кристаллов.

Или становишься великаном, оглядываешь всю долину реки, озерные террасы. Читаешь клиновидные письмена на равнинах. Примечаешь особенную форму горных склонов и вершин.

Или безо всякой машины времени переносишься на тысячи, миллионы лет в прошлое. Видишь течение огромного ледника, который выползает из плена скал, сдирая на своем пути рыхлые осадки…

Ни в какой сказке не прочтешь ничего подобного.

В сказках люди сочиняют привычные для себя вещи. Великан — увеличенный человек. Дракон — увеличенная ящерица с крыльями, как у летучей мыши.

Человек не способен выдумать то, чего вовсе не знает.

Попытайтесь вообразить что-нибудь совершенно несусветное, не похожее ни на что. Это немыслимо. Человеческая фантазия имеет границы. Она ограничена знаниями.

Научное знание не имеет границ. Оно помогает нам узнать то, что просто так выдумать невозможно: растущие в земле ледяные жилы, давно растаявшие ледники и отгрохотавшие землетрясения, моря на месте нынешних гор.

Наука открывает нам в мире необычайное. Для того, чтобы совершать научные открытия — большие или малые, — надо любить знания и всем сердцем стремиться понять природу.

Когда-то путешественники старались побывать там, где еще не ступала нога человека. Теперь на Земле таких мест нет. Зато по-прежнему очень много вокруг такого, что остается недоступным для человеческой мысли.

Надо помнить: и теперь остаются неведомые земли, куда еще не проникла мысль человека, где многое предстоит понять, открыть. Для этого вовсе не обязательно ехать в дальние края или улетать в космос. Неведомое вокруг нас, надо только научиться замечать его.

Между прочим, когда пытаешься осмысливать жизнь природы, открывать и постигать неведомое и непонятное, то легче переносить трудности и тяготы геологической работы. И когда для нашего отряда наступили голодные времена, мне на помощь приходили мысли. Они отвлекали от холода и голода, от мучительного ожидания вертолета.

Вынужденное безделье утомляет сильнее, чем тяжелая работа.

…Вдруг с верховьев долины вместе с единственным дождевым облаком спустился к нам вертолет. Мы так долго его ожидали, что не имели сил и желания радоваться. Из вертолета вышел пилот, поздоровался и спокойно сказал:

— Кто летит? Собирайтесь поскорее.

Так закончился этот полевой сезон. Полевой, хотя мы находились в горах. У геологов принято экспедиционные работы называть полевыми.

Мы провели мерзлотную разведку. Теперь предстояло обработать все то, что удалось узнать.

В поле мы собирали факты. Старались понять природу. Многое сделано. Но еще немало остается впереди. Требуется добытые знания использовать для практических дел. Правда, практические дела еще не начались: не разрабатываются здесь месторождения полезных ископаемых, не прокладываются дороги…

Однако всему этому придет черед. Предстоят перестройки природы. К ним надо подготовиться заранее. Для этого составляются карты, на которых наносятся самые разные геологические и географические сведения. Указываются участки, где возможны снежные лавины, каменные обвалы, оползни; где выходят на поверхность или неглубоко залегают подземные воды; где вековая мерзлота припасла свои каверзы…

Все это необходимо показать на картах и разрезах, подробно описать в отчетах. Только тогда наша мерзлотная разведка закончится. Как всякая разведка, она предваряет наступление. И должна быть предельно точной и полной. Тем более, что наступление на природу, перестройка ее — это не военные действия, где главное — подавить противника.

Уберечь, сохранить природу — очень непросто. Потому что мы сами вынуждены вмешиваться в ее жизнь, не можем оставить ее в покое. А по-настоящему помочь ей можно только тогда, когда хорошенько ее изучишь, разгадаешь многие ее загадки.

Все это относится, конечно, не только к геологам. Каждый из нас в ответе за родную земную природу.

Часть III. ПРОБЛЕМЫ

Глава 10. ОТКРЫТИЯ — ВПЕРЕДИ

ЗАГАДОЧНЫЙ ГЕОЛОГИЧЕСКИЙ ПЕРИОД

Когда людям что-то неясно, то часто говорят: сложная проблема. Слово «проблема» по-гречески значит «задача».

Ну, а для того и существуют задачи, чтобы их решать.

Проблемами занимаются и теоретики и практики.

Одних интересуют теоретические задачи, других — практические. Хорошие специалисты успешно решают имеющиеся проблемы. А если многие специалисты работают долго, то могут легко справиться с поставленными задачами. Разве не так?

Нет, не так.

О ледниковом периоде давно узнали геологи и географы. Они долго и успешно изучают ледники — современные и древние, выведывают особенности истории ледникового периода. Удалось ли в результате решить если не все, то хотя бы большинство проблем, связанных с великими оледенениями? Пожалуй, не удалось. Возможно даже, проблем стало больше, чем их было сто лет назад.

Чтобы в этом убедиться, достаточно было побывать на XI конгрессе Международного союза по изучению четвертичного периода. Конгресс состоялся в августе 1982 года.

В Москву со всех континентов съехались сотни ученых.

На эмблеме конгресса красовалась голова веселого мамонтенка. Однако вопрос «почему вымерли мамонты?» хотя и обсуждался, но был одним из многих других, не менее интересных и важных. Обсуждалось: как изменяется климат Земли и ее отдельных частей? Как проходили великие оледенения? Как менялись древние люди в связи с переменами природной обстановки?..

Не стану перечислять все вопросы. Их было очень много. Выступило около тысячи ученых с докладами, сообщениями.

А начинаются проблемы уже с названия геологического периода. Вернее — с названий. Потому что у него их сразу четыре. Согласитесь, это не очень удобно — иметь сразу четыре имени. Какое из них настоящее, самое верное?

События геологической истории за последние 750 млн. лет. Снизу вверх: геохронологическая шкала (от вендского до четвертичного периода); ледниковые эпохи затемнены; выше-схема импульсов тектонической активности земной коры. Продолжительность четвертичного периода преувеличена.

Ледниковый период называют еще четвертичным, плейстоценовым, антропогеновым.

Почему он ледниковый — понятно. Правда, были в это время не только великие оледенения, но и крупные потепления, межледниковья.

Четвертичный — название старое. Когда-то на заре геологии все горные породы делили на четыре группы: первичные (самые древние и плотные, кристаллические), вторичные, третичные и четвертичные — самые молодые, рыхлые. Постепенно от первых трех терминов отказались: вместо них выделили несколько эпох, более десятка периодов. А для четвертичного периода осталось старое имя.

Плейстоцен по-гречески значит «много нового». Так назвали период потому, что в нем появилось много новых видов животных.

Антропогеновый период — время становления человека («антропос»-по-гречески «человек», «генос»-«происхождение, создание»). Именно в этот период происходило преобразование обезьяноподобного существа с проблесками разума в человека разумного нашего облика.

Как ни странно, до сих пор чаще всего употребляется самое старое название — четвертичный. На конгрессе почти все говорили так. Привычка!

33
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru