Пользовательский поиск

Книга Завоевание Кавказа русскими. 1720-1860. Содержание - Глава 9 1820–1825

Кол-во голосов: 0

Не успели старейшины покинуть лагерь, как войска бесшумно взялись за оружие и в тишине осторожно двинулись к позициям врага, что были в 7–8 верстах от лагеря. Ночь была лунная и очень ясная, однако передвижение русских войск прошло незамеченным для врага, чьи костры догорали, когда весь отряд русских подошел на расстояние пушечного выстрела от укреплений акушинцев. Вдалеке виднелась большая деревня Лаваши, напротив которой были возведены высокие укрепления. Левый фланг заканчивался укрепленным возвышением, а правый – пропастью, по дну которой текла маленькая речушка Манас. Сквозь это ущелье ночью Мадатов провел свои войска, перешел реку и по тропе, обнаруженной казаками, взобрался на противоположную гряду, откуда можно было вести огонь по всей позиции врага. Дорога на Акушу и даже сообщение с деревней Лаваши были отрезаны. Тем временем основной отряд под командованием Ермолова расположился прямо напротив врага. На правом фланге стояла кавалерия шамхала, набранная Ермоловым в Тарку и Мехтули – по чисто политическим соображениям. «У меня нет никакой необходимости в этих негодяях, – писал Ермолов, – но я собрал их здесь, чтобы посеять вражду между ними и акушинцами. Это могло пригодиться позже».

19 декабря состоялось сражение при Лавашах, в исходе которого, учитывая силу русских и быстроту их передвижения на флангах, не могло быть и сомнений. Акушинцы были полностью разбиты, а Лаваши – взяты. Ермолов воздает этим людям должное за их добросердечие, нравственность и предприимчивость и объясняет их превосходство над соседями тем, что в их понимании лень – это порок. «Однако пристрастие к крепким напиткам уже начало сказываться», за что, конечно, они должны «благодарить» русскую «цивилизацию». Акуша, главная деревня, была полностью покинута жителями, а конфедерация, которая в течение 75 лет питала свою гордость победой над Надир-шахом, покорилась русским и в течение 7 лет хранила верность победителю.

Глава 9

1820–1825

Завоеван Кази-Кумух. – Присоединен Ширван. – Война между Персией и Турцией. – Аннексия Карабаха. – Разграбление Карабаха. – Аммалат-бек. – Рост мюридизма. – Греков. – Восстание чеченцев. – Бейбулат. – Уничтожен Амир-Хаджи-Юрт. – Осада аула Герзель. – Убийство Грекова и Лисаневича

Это серия триумфальных побед имела ошеломляющий эффект не только на Кавказе, но и по всей России, в том числе и в далеком Петербурге. Имя Ермолова было у всех на устах. У него было много врагов среди высшего командования армии и при дворе, но Александр I, и без того всегда хорошо относившийся к нему, теперь был более, чем всегда, настроен поддерживать его. Ведь этот человек полностью оправдал его доверие и благосклонность. Если и были какие-то сомнения в конечном результате персидской миссии Ермолова, то они уже рассеялись. Что же касается собственно Кавказа, то здесь политика и действия Ермолова были беспрецедентно и постоянно успешны. При помощи политических маневров или силой оружия ханства и другие независимые государства были приведены в лоно империи. Даже Дагестан, расположенный в самом центре Кавказа, а потому до сих пор недосягаемый, уже не был в состоянии сопротивляться мощи Русского государства. Русские пушки грохотали в долинах и в горах. Победа следовала за победой, а побежденные народы не только склонялись перед игом, но во многих случаях оказывали добровольную помощь захватчикам в борьбе против все еще сопротивляющихся племен и сражались в рядах «неверных». Ермолов пообещал быстро расправиться с тем, что еще осталось от Дагестана; не менее уверен он был в успехе в Чечне и на западе. Абсолютно очевидно, что для него полное и окончательное завоевание Кавказа было вопросом немногих лет, столь велика была его вера в собственную силу и собственный гений; столь могуществен он был в отношении скрытых сил, уже собирающихся против него. Эти силы набирали мощь с каждым успехом его политики, с каждым шагом вперед победоносной армии.

Однако пока все шло хорошо. Был заключен мир с Персией и Турцией; в Грузии все было спокойно; Шекен был присоединен без боев; были построены Грозный, Внезапная и промежуточные крепости, которые должны были сдерживать Чечню; Мехтули, Табасаран, Кайтаг, Акуша, Авария были подчинены России силой оружия. Теперь пришла очередь Кази-Кумуха, и в июне 1820 года Мадатов, как всегда превосходя ожидания Ермолова (но не распоряжения), добавил это ханство к списку побед. Кампания продлилась всего 2 недели.

Выступив из Ширвана, Мадатов послал свою кавалерию, состоявшую из сотни казаков и 1000 всадников из числа местных жителей, в обход прибрежных провинций. Что касается пехоты и артиллерии (5 батальонов с 14 пушками), то под его непосредственным командованием они направились прямо к цели через Главный Кавказский хребет. В анналах Кавказской войны этому походу нет равных. Спустившись в Кубу, он занял столицу, носившую то же имя. Там к нему присоединился Аслан-хан, верный России правитель кюринов, со своими 800 всадниками. Продолжив свой поход, Мадатов прошел через всю страну и 11 июня перешел границу Кази-Кумуха. Враг, в числе 20 000 человек, собрался возле Хозрека. Он храбро защищался, но потерпел поражение, после чего Хозрек был взят штурмом. Хан Сурхай бежал в свою столицу Кумух, однако жители заперли перед ним ворота. Аслан был торжественно коронован и от имени царя провозглашен ханом Кази-Кумуха. Со своей стороны, он обязался охранять границы и направлять свои войска туда, где это будет нужно России. Он также обязался разрешать строительство фортов и дорог на территории своего государства, платить ежегодную дань в размере 3000 рублей и назначить отдельных наибов, которые будут подчиняться ему.

Русские покинули Кумух и на обратном пути приняли клятву верности от свободной общины Кубачи. Эти люди жили в горах Кайтана, на расстоянии 5000 метров над уровнем моря. Они славились на весь Кавказ кузнечных дел мастерами и оружейниками. Работая по металлу, они делали ружья, пистолеты, мечи и кинжалы, которые славились не столько как оружие, сколько как произведения искусства.

Ермолов еще раз поблагодарил Мадатова за блистательное ведение очередной кампании и сообщил императору, что «подчинение Дагестана, начатое в прошлом году, теперь завершено, и эта страна – гордая, воинственная и до сих пор непобедимая – пала к священным ногам Вашего Императорского Величества». Кстати, внутренняя западная часть Дагестана, еще более удаленная и труднодоступная, чем Кази-Кумух, осталась нетронутой, и многие общины лишь только слышали о русских, но никогда не видели их. Однако гораздо большая и более богатая часть страны теперь поклялась в верности России, и Ермолов предпочел не принимать во внимание ту частичку, что осталась непокоренной. Как показали дальнейшие события, он жестоко ошибался; однако он вряд ли мог понимать, что удары, нанесенные Россией этой стране, начали выковывать оружие, при помощи которого некоторые аварцы, чьи имена пока еще были неизвестны, через несколько лет уничтожат львиную долю сделанного им и бросят вызов мощи России. Совершенно очевидно, Ермолов способствовал появлению Шамиля, а тот, в свою очередь, – окончательной победе России. Первый своими безжалостными методами разбудил яростный дух фанатизма и стремления к независимости, который только и мог способствовать созданию политического альянса между воинственными племенами Дагестана и Чечни. Последний же был самим воплощением этого духа. Применяя не менее жестокие методы, он приучил эти племена к дисциплине и вселил в них желание в конце долгой и героической борьбы за свободу принять господство более мягкого и цивилизованного сюзерена, чем он сам, а именно – России. Из этих фактов следует извлечь соответствующие уроки. В конечном итоге имеют значение не битвы и не осады, а воздействие на народы тех изменений, причиной которых и они являются.

Ермолов, по его собственным словам, завладел Шекенским ханством, «толкуя договоры, как мусульмане толкуют Коран, то есть в соответствии с обстоятельствами». Теперь ему надо было завладеть Ширваном, «поняв характер хана». Мустафа, пожилой человек, «чья природная робость усиливалась ипохондрией», пережил много бед и превратностей судьбы, и у него выработалось глубокое недоверие к России. Граф Зубов в 1796 году передал трон Ширвана его кузену Касиму, но не успели русские отойти, как Мустафа вернулся к власти и восстановил независимость, которую сохранял до падения Гянджи и завоевания Карабаха во времена Цицианова. Затем он признал себя вассалом России, но, предвидя, какая судьба уготована ему, попытался избежать ее. Катастрофу спровоцировало двойственное поведение полковника Пестеля, который высказал дружеское расположение к беглому Касиму. Подозрения Мустафы стали реальностью; и никакие заверения не могли развеять их. Сначала он решил сопротивляться и собрал свое войско. Однако, когда Ермолов воспользовался возможностью продемонстрировать свою силу и стал угрожать в своей обычной манере, мужество покинуло старого хана, и он бежал в Персию, бросив даже жен и детей. 30 августа 1820 года Ширван был провозглашен русской провинцией.

29
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru