Пользовательский поиск

Книга Всемирная история без комплексов и стереотипов. Том 2. Содержание - Тьма власти

Кол-во голосов: 0

В системе ГУЛАГа, этого огромного архипелага, по выражению Александра Солженицына, насчитывалось немыслимое количество исправительных учреждений, которые служили сферами применения рабского труда в его каторжном варианте. По большей части это были концлагеря, по образцу которых гитлеровцы создавали свои печально знаменитые лагеря смерти с их непосильными нормами трудовой выработки, отсутствием элементарных условий физического выживания, унижениями, издевательствами и обесцениванием человеческой жизни до… практически полного отсутствия какой бы то ни было ее цены.

Попасть в лагерь можно было за любого характера проступок или просто так, по плану (опять-таки) или по доносу соседа, желающего завладеть так называемой жилплощадью (не квартирой, а именно жилплощадью) обвиненного… да в чем угодно, это не имело никакого значения, впрочем, предпочтительнее было обвинять не в уголовщине, а в каких-либо морально-идеологических преступлениях, например, в положительном отзыве о, скажем, швейцарских часах («низкопоклонство перед Западом», «охаивание всего советского», «связи с иностранцами») или в так называемом «бытовом разложении», что означало внебрачную связь или что-то подобного уровня. А вот за гомосексуализм, между прочим, расстреливали и в СССР, и в гитлеровской Германии. За мастурбацию можно было лишиться работы, а то и — туда же, в лагерь… А вот уголовники были довольно уважаемыми людьми, и отношение к ним наблюдалось совсем не такое, как ко всем прочим. Их официально называли «социально-близкими». Каково?!

КСТАТИ:

«Как высоко должно быть благосостояние государства, которое может позволить себе из половины населения организовать полицию, а вторую половину держать на казенных хлебах в тюрьмах».

Станислав Ежи Лец

Как же-с… «На казенных хлебах». Да они не то что не сидели на казенных хлебах, они сами кормили страну своим до неправдоподобности дешевым трудом!

А вместо нормальной конкуренции, стимулирующей всякий прогресс, и трудовой в том числе, было придумано «социалистическое соревнование». Победитель в такого рода соревновании отличался от побежденных тем, что ему вручался вымпел с профилем Ленина и соответствующим текстом.

Зачастую таких «победителей» определяли заранее, еще до соревнования, а потом им создавали необходимые условия для «победы». А то, глядишь, победит кто-то нежелательный…

КСТАТИ:

В 1935 году забойщик одной из шахт Донбасса прославился тем, что добыл за смену 102 тонны угля вместо семи тонн по норме. Фамилия этого забойщика стала известна всей стране и дала название массовому движению среди рабочих разных отраслей промышленности.

Это был Алексей Стаханов.

Через три недели все газеты облетела весть о его новом, еще более впечатляющем рекорде: уже не 102, а 127 тонн, то есть тридцать две нормы.

После таких ошеломляющих достижений Стаханова послали учиться в Москву, избрали в Верховный Совет СССР и предоставили уютный кабинет в Министерстве угольной промышленности.

Всемирная история без комплексов и стереотипов. Том 2 - t2135.jpg

Почему-то никто не задумался о том (я имею в виду режиссеров этого шоу), что такого рода достижения свидетельствуют о вопиющем несовершенстве планирования, потому что работник, даже очень высокой квалификации, может перевыполнить план на 10, на 15 процентов, в каком-то особом случае — на 30 процентов, но чтобы в тридцать два раза, то есть на 3200 процентов… Что же это за планирование такое? Ну, понятное дело, этого не могло быть в природе. Тогда зачем устраивать такой дешевый балаган?

Ведь во времена Хрущева выяснилось, что вместо Стаханова в забое работала целая бригада…

Недалекие они все-таки, ох недалекие…

Да и цинизм тоже должен иметь какие-то пределы, иначе это уже не цинизм, а мания, Из музеев в те годы вывозилось множество шедевров искусства для продажи их за рубежом. Понятное дело, исполнителями таких операций были чекисты, выполнявшие задания вождя. Наивный человек может подумать, что это была мера, вызванная тяжелейшими экономическими обстоятельствами, когда требовалось спасти безвыходное положение. Нет. При всей действительной безвыходности многих положений внутренней жизни страны, деньги за проданные шедевры и буквально чемоданы драгоценностей отправлялись в разные регионы планеты, по большей части — в Северную Африку для субсидирования восстаний местных жителей против английских, французских и итальянских колониальных властей!

«Я хату покинул, пошел воевать, чтоб землю в Гренаде…» Ну не мания все это? Ладно бы еще при полном изобилии, а так…

КСТАТИ:

«У рабства есть и свои положительные стороны. Тиран не может утверждать, что он правит свободными людьми».

Станислав Ежи Лец

А этот мог. Запросто. Попробовал бы кто-нибудь сказать, что он не свободен…

Моральный страх, порожденный тотальным террором, превратившимся из средства в цель.

Сталин всерьез занялся прополкой общественного «огорода», что само по себе если не в моральном плане, то хотя бы в плане формальной логики вполне объяснимо: для осуществления задуманного требовалось элементарное единство… (хотел написать — «народа», да как-то неудобно… народ — это ведь не однородная масса, не сумма, а произведение).

Те, кого называют обычно «цветом нации», были либо истреблены в ходе переворота и гражданской войны, либо принуждены бежать за границу. Небольшая часть оставшихся, как говорится, погоды не делала. Великий Павлов умер, так и не дождавшись разрешения выехать туда, где чужбина, но никто не издевается над тобой только лишь потому, что у тебя на голове шляпа, а в руке — трость, где ученый — не какая-то особь третьего сорта и где невозможно было бы прочитать идиотские предписания такого содержания: «Сообщите в Научно-пищевой институт, что через три месяца они должны представить точные и полные данные о практических успехах выработки сахара из опилок».

Предписание датировано, 20 августа 1919 года. Подпись: Ульянов (Ленин).

Уже умерли Василий Розанов, написавший на прощание «Апокалипсис нашего времени», эссе о большевистском перевороте, Владимир Короленко, задававший неуместные вопросы наркому Луначарскому относительно истребления интеллектуалов, Александр Блок, написавший революционную поэму «Двенадцать», а потом проклявший себя за это, Владимир Бехтерев, слишком хорошо разбиравшийся в психических аномалиях… Многие из нежелательных ушли туда, где они уже не смогут иронически пожимать плечами и качать своими гениальными головами…

А тут подоспели и Есенин, да и другие на подходе. Лишние… Ну совсем без поэтов как-то нехорошо, но смотря каких… вон есть Демьян Бедный — плоть от плоти пролетарский поэт, потому что отними слово «пролетарский», и никакой он не поэт, а так… грамотей, умеющий рифмовать «пальто» и «полупальто».

Но даже если самым надежным образом избавиться от абсолютно всех дворян, купцов, фабрикантов, офицеров, священников, от всех кому было хорошо раньше, все равно найдутся умники, которые будут в кухнях поливать грязью «великие свершения», потому что слишком много знают, а вот и возомнили…

Видимо, именно с тех пор и пошла мода философствовать в кухнях.

На кухонных философов обрушилась система всеобщего доносительства, и пошли они кто в лагеря, а кто и в застенки НКВД, откуда крючьями — и в яму.

Был еще один враг у Сталина, самый, пожалуй, многочисленный и грозный самой сутью своего способа бытия, способа добычи хлеба насущного, который никак не вписывался в сталинскую модель.

Крестьянство, получившее после гражданской войны землю и способное существовать автономно, независимо, будь то над ним советская или какая другая власть.

140
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru