Пользовательский поиск

Книга Война 1870 года. Заметки и впечатления русского офицера. Содержание - Заключение

Кол-во голосов: 0

В течение всей кампании, пересылка по почте писем и посылок, как из Германии в действующие армии и обратно, так и между различными частями войск армии, находящимися иногда на довольно значительных расстояниях, — производилась и производится почти с тою же правильностью и аккуратностью, с какими ведется это дело в Германии, в мирное время.

Точность, правильность и аккуратность, с какими отправляется служба военно-почтовыми управлениями, имеют весьма важное влияние на нравственный дух немецких войск. Успокоенные за свои семейства, они знают, что делается дома, имея возможность постоянно сноситься с своими родными и приятелями. При таком состоянии духа, каждый из чинов армии с спокойным сердцем и добросовестно исполняет возложенные на него обязанности.

При этом нельзя не заметить, что немецкая исполнительность и формалистика, над которыми иногда так язвительно подсмеиваются, вовсе не мешают чинам почтового ведомства иметь в виду преимущественно сущность самого дела, а не мертвую его букву, и вполне осмысленно выполнить свое назначение. В подкрепление наших слов приведем следующий пример из весьма недавней жизни немецких войск за границею:

Перед минувшими праздниками Рождества Христова, по армии был объявлен приказ, опубликованный, в то же время и во всей Германии, определяющий размеры и вес пакетов, в которых могут быть принимаемы на почту праздничные подарки, предназначенные в армию; но не смотря, однако же, на это предостережение, — с курьерскими почтовыми поездами ежедневно отправлялись в армию от 5 до 6 вагонов, наполненных посылками различного веса и размеров, далеко превосходящих определенные приказом. Немецкое почтовое ведомство, — эта олицетворенная формалистика и точность — не решилось отказывать в приеме таких посылок, очень хорошо понимая, как дорого людям, оторванным от семьи и родины, всякое напоминанье о родной стране, о родных и близких сердцу людях…

7) Телеграфный инспектор, с подведомственными ему управлениями, служит связью между военно-походным телеграфом и государственными телеграфными учреждениями в Германии, которые для устройства телеграфных линий в действующей армии, дали до 2500 чинов разного рода и весьма много содействовали успешному ходу военных действий.

Чтобы дать понятие о том, на каких широких основаниях было устроено это дело в действующей армии, достаточно, кажется, указать на то, что каждый из этапных начальников получал ежедневно из Берлина все депеши, как политические, так и военные; этим устранялось распространение ложных слухов, а вместе с тем и все правительственные известия доходили всюду верно и без искажения.

Такое устройство тыла армии, обеспечивающее, при помощи железных дорог, телеграфных и почтовых линии, верное и быстрое сообщение действующих войск с внутренностью края, не могло, конечно, не иметь весьма важного влияния на благоприятный, для немецких армий, ход военных действий.

Нет никакого сомнения, что солдат дерется лучше, если он уверен, что в случае полученной раны не погибнет от недостатка помощи, но в самом непродолжительном времени будет возвращен на родину, к своим близким. Нет сомнения, что солдат дерется лучше и с болышим мужеством, когда он хорошо продовольствуется, хорошо одет и спокоен духом. Едва ли, наконец, можно сомневаться в том, что солдат дерется лучше, когда он видит, что убывающие ряды его батальона постоянно пополняются людьми свежими и бодрыми, неутомленными продолжительным походом, а доставленными по железным дорогам, за несколько переходов, а иногда и за несколько часов пути до расположения части войск.

Все эти условия были удовлетворены превосходною организациею тыла германских армий, которая, по нашему мнению, составляла один из важнейших элементов успеха этой армии в настоящую кампанию.

Что же касается французской армии, то, как видно из многочисленных брошюр о настоящей войне, изданных в последнее время, — императорским правительством не было сделано решительно никакой попытки к устройству тыла своей армии и ничего не было предусмотрено на тот случай, если бы войска, как это и произошло почти в самом начале кампании, вместо перехода германской границы, принуждены были отступать.

Французские войска, разбитые в первых же встречах с неприятелем, в своей собственной стране переносили невероятные лишения, не смотря на то, что огромные интендантские запасы были заготовлены для наступательных действий.

Но запасы эти никогда не могли быть подвезены в те пункты, где, по ходу военных действий, в них оказывалась наибольшая надобность, так как железные дороги, не смотря на весьма сильный их подвижной состав, были недостаточно подготовлены к передвижению войск и войсковых грузов. В подтверждение вышесказанного прибавим, что, за исключением корпуса Винуа (не принимавшего участия в Седанском сражении, и некоторые части которого, при отступлении его к Парижу, были перевезены по железной дороге из Реймса), во все время отступления французских войск не было случая, чтобы они перевозились по железным дорогам.

Вообще, говоря словами самих французских военных писателей, — страшный беспорядок и путаница, полное неведение о движениях неприятеля, незнание собственной своей страны, отсутствие самых элементарных понятий о военном искусстве и, наконец, какое-то пренебрежение к нуждам солдат, составляют характеристическую черту действий французов в первый период кампании.

Зато нельзя не отдать полной справедливости Франции, когда, после целого ряда страшных поражений лучших ее войск и капитуляции почти всех регулярных ее армии, — без военных запасов, доставшихся в руки неприятеля, без складов оружия, почти без кадров, — организованы новые, многочисленные армии, снабженные артиллериею и ружьями, сформированы целые отряды волонтеров и в массе народа пробуждены патриотизм и любовь к независимости родины. Если правительство народной обороны не доставило Франции победы, то, во всяком случае, спасло честь ее и поставило оборону страны на ряду с самыми доблестными подвигами, занесенными на страницы истории человечества.

Заключение

Оканчивая настоящий очерк,[37] считаем нужным снова повторить сделанное уже нами, в начале, заявление, что мы не имели ни малейшей надежды вполне исчерпать вопрос о причинах того изумительного успеха, который, в эту войну, почти неразлучно шел по следам германских армий.

Выяснить все элементы этого успеха, указать причины, содействовавшие поражению французских войск, в настоящее время невозможно, не только в кратком очерке, какой мы представляем вниманию читателей, но и в более обширном труде, так как многие из этих причин и элементов могут выясниться вполне, лишь впоследствии, когда для событий настоящей эпохи, настанет справедливый и беспристрастный суд истории.

Указывая на состояние уровня образования в германской и французской армиях, на военную их организацию, способ приведения армий на военное положение, устройство тыла, способы передвижения и вообще на подготовку к войне, говоря о внутреннем порядке в войсках этих армий, их вооружении, способе действий и духе войск, — мы имели в виду, главным образом, показать ту разницу, какая существовала, во всех этих отношениях, между двумя воюющими сторонами. Поэтому, мы сочтем себя вполне удовлетворенными, если в настоящем очерке нам удалось бросить хотя один луч света на те причины, которые действительно имели влияние на ход военных событий.

При этом мы позволяем себе сказать следующее:

В военном деле, как и во всяком другом, обращается большее внимание на внешнюю сторону, на то, что более бросается в глаза и, таким образом, в рассматриваемом явлении обыкновенно стараются отыскивать причины видимые, относя к ним и конечные результаты того или другого явления. Нравственные же причины, трудно поддающиеся внешнему и поверхностному наблюдению, — по большей части остаются незамеченными, или же им приписывают значение второстепенное, тогда как, в действительности, они играют очень важную роль и весьма часто служат главными двигателями дела.

вернуться

37

Очерк наш был уже набран и последние листы его находились в печати, когда телеграф принес известие о заключенном под Парижем перемирии. Но, это важное событие нисколько не изменяет высказанного нами мнения о способе действий воюющих сторон.

Заявляя об этом акте современной войны, мы имеем, собственно, в виду объяснить читателям, почему, говоря в нашем очерке о расположении противников под Парижем, мы употребляем везде настоящее время, тогда как ныне расположение прусских войск может быть уже переменилось.

20
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru