Пользовательский поиск

Книга Узники Тауэра. Содержание - Последние узники

Кол-во голосов: 0

Последние узники

По-настоящему Тистлвуд прославился несколько лет спустя благодаря организованному им беспрецедентному заговору, сопоставимому по размаху разве что с Пороховым заговором.

Имеет смысл бросить беглый взгляд на его судьбу. Этот сын линкольнширского фермера, высокий, сухопарый, бледный, с карими глазами и большим ртом, с раннего возраста отличался сильным, но мрачным характером и страстью к вину и картам. Презирая фермерские занятия, он поступил в милицию, где вскоре приобрел чин поручика. Надев мундир, Тистлвуд нашел богатую старую деву и получил вместе с ее рукой дом и десять тысяч фунтов в банке. Года три-четыре он прожил смирно, но после смерти жены быстро спустил все ее состояние и вновь принужден был добывать хлеб своими руками. Неудачи за карточным столом сделали его неоплатным должником и вынудили бежать из Англии в Америку. Там он поступил на службу офицером, но затем потерял место и вновь очутился в Англии. Здесь он ударился в политику и в минуты карточного проигрыша клялся перевешать всех священников и королей.

Не имея достаточно широкого поля действий на родине, он отправился в Париж, где посещал игорные вертепы и якобинские клубы. Гильотина завораживала его не меньше зеленого игорного стола. Вернувшись домой, он стал завсегдатаем спенских клубов. До того он посещал гэмпденские клубы, но ему было, собственно, все равно, где заседать – в «Короне и якоре» или в «Оленьей голове», – лишь бы рядом с ним стояла кружка пива, а вокруг толпились дуралеи, готовые его слушать. В спенских клубах пиво было хуже, зато дураков больше.

Выйдя из Тауэра, Тистлвуд послал вызов лорду-судье Сидмуту, которого считал виновником своих несчастий. Лорд, разумеется, дал знать полиции, и Тистлвуд был признан по суду виновным и приговорен к тяжелому штрафу и годичному заключению в Горшамской тюрьме.

Он вышел на свободу с твердым намерением покончить разом со всем правительством. В таком расположении духа он повстречался в доме Престона с Джорджем Эдвардсом, который называл себя сыном немецкого барона и держал лавку по продаже католических икон. На самом деле Эдварде состоял на службе у правительства. Он усердно посещал спенские клубы и возбуждал всеобщий восторг своими радикальными речами. Эдвардс снабдил Тистлвуда несколькими фунтами и познакомил с парой молодцов, готовых помочь ему в деле уничтожения тиранов. Одним из них был Брант, безработный сапожник. Он повстречался с Эдвардсом в минуту самой отчаянной нищеты. Шпион накормил и напоил его, и Брант стал ходить за ним как привязанный, не смея ни в чем ему отказать (потом, на суде, он сказал, что Эдвардс соблазнил его принять участие в заговоре, посулив большой кусок хлеба с сыром и кружку пива). Брант снял две комнаты в Фокс-Корте, где заговорщики стали хранить оружие.

Другим заговорщиком был обанкротившийся мясник Инге, живший в ужасной нищете: его жене нечем было прикрыть наготу, а их дети целыми днями сидели без куска хлеба. Познакомившись с Ингсом, Эдварде напоил его, и не успел мясник протрезветь, как уже сделался одним из главарей заговора.

Затем были завербованы негр Дэвидсон и сапожник Тид, оба жертвы голода, холода и питейных домов. Негр был еще более рьяный коммунист, чем Тид на митингах спенских клубов его видели с черным знаменем, на котором было написано: «Свобода или смерть», между тем как Тид довольствовался тем, что кричал «браво» ораторам.

Штаб-квартирой заговорщиков была таверна «Белое сердце», которую содержал член спенских клубов Гобс. Здесь и был составлен тот план человеческой бойни, который вновь привел Тистлвуда в Тауэр.

Во вторник 22 февраля 1820 года, около двух часов пополудни, лорд Ливерпуль и члены его министерства – министр внутренних дел лорд Сидмут, главнокомандующий армией герцог Артур Веллингтон, министр иностранных дел лорд Кэстлри и другие – дожидались в зале Совета лорда Гарроуби. Человек аккуратный и к тому же председатель министерского Совета, Гарроуби редко заставлял себя ждать, и потому его долгое отсутствие казалось странным.

Между тем работы министерскому Совету в это заседание предстояло много. Георг III недавно умер. Новый король, Георг IV, лежал в постели больной, но, тем не менее, настоятельно требовал, чтобы министерство преследовало судебным порядком его неверную супругу, королеву Каролину, с тем чтобы доставить ему развод. Министры объявили ему вместе и порознь, что это желание его величества неисполнимо. Королеву нельзя было объявить государственной изменницей, и никакой суд не взялся бы за подобный бракоразводный процесс, который только пошатнул бы спокойствие в государстве. Министры предложили его величеству полюбовный неофициальный развод.

В этот день Гарроуби пригласил четырнадцать своих товарищей на обед в свой дом в Гросвенор-сквере. Повар у него был отличный, вина старые, поэтому министры предвкушали приятный вечер. Но прежде чем отправиться в дом Гарроуби, следовало дождаться самого хозяина и выслушать последние капризы короля относительно суммы, которую он соглашался выплачивать своей жене взамен на ее обещание жить за границей, о пропуске ее имени в церковных молитвах и т. д. Когда же явился сам опаздывающий председатель Совета, все мысли об этих делах были оставлены, ибо со времен Порохового заговора в зале Совета не слыхали о столь невероятной истории, какую поведал своим друзьям лорд Гарроуби.

Оказывается, выехав из дома в Совет, Гарроуби повстречал в Гайд-парке Томаса Гидена, одного из тайных агентов лорда Кэстлри. Этот человек остановил Гарроуби и передал ему письмо, адресованное министру иностранных дел. Видя, что шпион очень взволнован, Гарроуби заговорил с ним и узнал о неслыханном заговоре. Лорд Кэстлри тут же вслух зачитал письмо, а лорд Сидмут сравнил его содержание с теми сведениями, которые ему доставляли Эдвардс и другие шпионы. Все известия согласовывались между собой. Суть их сводилась к следующему: составлен план убийства всех пятнадцати министров, и это злодеяние должно совершиться нынче вечером, во время званого обеда в доме лорда Гарроуби.

Из всех собравшихся в зале Совета не был огорошен только министр внутренних дел. Лорд Сидмут выпестовал заговор Тистлвуда так же бережно, как Сидней – Пороховой. Он пользовался доверием покойного короля Георга III и намеревался завоевать расположение Георга IV, доказав свою полицейскую сноровку раскрытием ужасного заговора.

В течение минувшего полугода Эдвардс аккуратно докладывал ему о созревании заговора: он сообщал, что Тистлвуд замышляет что-то недоброе; что Инге готов зарезать человека так же легко, как быка; что негр часами молча просиживает в кабаках и лишь при упоминании имени кого-либо из министров вскакивает с криком: «Черт бы его побрал!»; что Брант, человек набожный, целыми днями молит Господа, чтобы Он помог разом покончить со всеми тиранами; наконец, что к заговорщикам примкнули самые отчаянные головы лондонских трущоб – бывший солдат Роберт Адамс и ирландский патриот Томас Двайер (Эдвардс не знал тогда, что эти двое были такими же шпионами, как он сам).

Неизвестно, до какой стадии покушения Эдвардсу было поручено довести заговорщиков; однако достоверно то, что он подстрекал их ярыми речами, платил за их выпивку и выдавал небольшие суммы на покупку оружия.

Заговор постепенно развивался, и полицейскому офицеру Джорджу Рютвену было приказано следить за всеми передвижениями заговорщиков. Его агенты следовали за ними из улицы в улицу, из таверны в таверну. Сам Рютвен ни на минуту не упускал из виду Тистлвуда. «Я его знаю как отца родного, – говорил он впоследствии на суде, – я следил за каждым его шагом, целые дни и ночи».

Наблюдение за ними велось осторожно, и заговорщики ни о чем не подозревали. Тем не менее Тистлвуд решил перенести склад оружия из квартиры Бранта в Фокс-Корте в таверну «Лошадь и грум» на Джон-стрит. Ежедневно они сходились здесь, пили пиво, делились новостями, чистили оружие и набивали порохом ручные гранаты.

81
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru