Пользовательский поиск

Книга Средневековая Европа. 400-1500 годы. Содержание - Монгольское вторжение

Кол-во голосов: 0

С тех пор папы перестали играть центральную роль в организации крестовых походов. В 1228 г. император Фридрих II отплыл в Палестину, находясь под папским отлучением, так как выступил с большим запозданием. В следующем году он заключил договор о возвращении Иерусалима с египетским султаном. Все еще отлученный, Фридрих въехал в Святой город и возложил на себя корону Иерусалимского королевства. Того, что не удалось сделать крестоносцам, проливая потоки крови с папского благословения, Фридрих достиг безо всякой войны и под папским проклятием. Но при всей своей сознательно антипапской позиции он не был таким представителем новой эпохи воинствующего капитализма, как дож Дандоло и его французские союзники. Скорее, император считал, что в силу своего положения обладает некоторого рода божественной властью, а новоприобретенная корона Иерусалимского королевства только укрепила его в этой уверенности. Когда император вернулся в Италию, местные христианские бароны были, что называется, «на коне», но в 1244 г. они умудрились вновь потерять Иерусалим.

Два последних больших крестовых похода организовал король Франции. В 1248 г. под предводительством Людовика IX значительные военные силы двинулись против Египта, имея целью пошатнуть устои мусульманского могущества. Но французы слишком оторвались от своих баз; Людовик потерпел поражение и попал в плен (1250). Казалось, все потеряно, но в этот момент мамелюки свергли египетского султана. Мамелюки представляли собой армию из белых рабов, преимущественно тюрок;[89] формирование такого войска правителем, не располагавшим другими военными силами, было чревато его свержением и потерей власти. Мамелюки завладели Египтом и правили им до тех пор, пока в 1517 г. их самих не завоевали османские турки. Однако фактически власть мамелюков в Египте сохранялась до 1798 г., когда молодой генерал Наполеон Бонапарт нанес им окончательное поражение в «битве у пирамид». В 1250 г. Людовик Святой использовал политический переворот, чтобы выторговать освобождение своей армии. Он увел ее в Палестину и за четыре года возвратил не только Иерусалим, но и большинство городов и крепостей, которыми раньше владели крестоносцы. В 1254 г. он вернулся во Францию.

Крестовый поход Людовика IX имел, против всех ожиданий, хотя бы частичный успех. Но последнее крестоносное предприятие короля завершилось настоящей катастрофой. В 1270 г. он отплыл в Тунис, возможно, по просьбе своего брата Карла Анжуйского, который незадолго до этого стал королем Сицилии. В Тунисе король и большая часть его армии погибли от чумы. В 1291 г. египетским мамелюкам сдалась Акра, последний оплот крестоносцев. Следующую, и вновь неудачную, попытку утвердиться в Леванте европейцы предприняли только в конце XVIII в.

Испания

Единственным местом, где христианам удалось взять верх над мусульманами, была Испания. Именно здесь в середине XIII в. христианское оружие одержало величайшие победы. Короли Арагона завоевали Валенсию и захватили остров Майорка; португальцы заняли Алграви, и Португалия приобрела свои современные границы. Но самых больших успехов добилась Кастилия, завоевавшая большую часть области Аль-Андалус (Андалусия, сердце мусульманской Испании) вплоть до Средиземного моря и Атлантического океана. Независимым мусульманским государством оставалось только королевство Гранада – сравнительно небольшая территория на юго-востоке.

Для Андалусии и ее жителей христианское завоевание оказалось настоящим бедствием. При мусульманах это была высокоразвитая область со значительным городским населением. Теперь многие искусные ремесленники и земледельцы вынуждены были бежать или лишились своей собственности. Воины с севера не умели изготовлять вино, выращивать фрукты и оливки, чем успешно занимались мавританцы. Со временем значительные площади превратились в пастбища, а немногочисленные крупные феодалы и военные рыцарские ордена стали владеть огромными поместьями. Именно эти сеньоры вплоть до настоящего времени определяют социальную и политическую жизнь Южной Испании.

В восточных королевствах Арагона и Валенсии не было такого перемещения населения. Здесь остались мусульманские жители; они уже не доминировали ни в экономике, ни в культуре, но в значительной мере сохранили свою самобытность, которая почти не поддавалась ассимиляции, даже если они формально и переходили в христианство. В течение трех с половиной столетий это обстоятельство накладывало отпечаток на испанскую историю; испанцам оно создавало проблемы, схожие с теми, которые порождают для нас ныне этнические и религиозные движения национальных меньшинств.

Монгольское вторжение

Христиане и мусульмане считали друг друга смертельными врагами и равно ненавидели евреев. Но эти три культуры возникли из одних и тех же эллинистических и семитских традиций; все они признавали Библию священной книгой, молились одному Богу, а образованная элита стремилась расширить свой кругозор, обмениваясь достижениями гуманитарных и технических знаний. Совсем по-другому дело обстояло с монголами. Они не имели ничего общего с христианскими традициями, и, вероятно, именно по этой причине жители христианского мира не воспринимали их сколько-нибудь серьезно, за исключением тех, конечно, кто по несчастью оказался на их пути.

Монголы были последним кочевым центральноазиатским народом, который обрушился на земледельческие и городские цивилизации Евразии; но они действовали гораздо более решительно и на неизмеримо более обширных пространствах, чем кто-либо из их предшественников, начиная с гуннов. В 1200 г. монголы обитали между озером Байкал и Алтайскими горами в Центральной Азии. Это были неграмотные язычники, по традиции исключительно умелые воины. В общественном устройстве сохранялась жестокая иерархия: на верхней ее ступеньке находилась «аристократия» (собственники табунов лошадей и скота), которой подчинялись многочисленные полузависимые степняки и рабы. В целом монголы мало чем отличались от других племен, обитавших на просторах Внутренней Азии. Почти тысячу лет эти народы – от гуннов до авар, булгар и различных тюркских племен – демонстрировали свою способность побеждать армии более развитых народов и создавать обширные аморфные империи или владения, при условии что они не уходили слишком далеко от привычных им географических и климатических условий евразийских степей.

В самом начале XIII в. исключительно одаренному вождю – Чингисхану (ок. 1162–1227) – удалось объединить монгольские племена, а затем распространить свою власть на восток и на запад. Нет никаких оснований считать, что монголы начали перемещаться под влиянием каких-то климатических изменений, пагубно отражавшихся на выпасе скота. Под началом Чингисхана находилось превосходно организованное и дисциплинированное войско; оно состояло из конных лучников и обладало исключительной подвижностью в сочетании с превосходством в дальнобойном оружии. Сам Чингисхан отличался удивительной способностью приспосабливаться к незнакомым условиям и охотно использовал в своей армии китайских и мусульмано-тюркских «специалистов». Он организовал великолепную «службу осведомителей», причем массу сведений ему доставляли купцы всех национальностей и религий, которых он всемерно поощрял. Преуспел Чингисхан и в хладнокровном, продуманном использовании дипломатических мер и военной силы сообразно обстоятельствам. Все эти качества позволили Чингисхану, его одаренным сыновьям, внукам и военачальникам непрерывно одерживать победы над очередным противником. В 1215 г. пал Пекин, хотя для покорения всего Китая монголам понадобилось еще пятьдесят лет. Гораздо быстрее были завоеваны исламские государства к востоку от Каспийского моря с их богатыми городами Бухарой и Самаркандом (1219–1220). К 1233 г. были покорены Персия и примерно в то же самое время – Корея на другом конце Азии. В 1258 г. монголы взяли Багдад; при этом погиб последний халиф из династии Аббасидов. Только мамелюкам удалось разбить монгольский отряд в Палестине (1260), оградив тем самым Египет от монгольского нашествия. Это была победа, сравнимая с победой Карла Мартелла над арабами при Туре и Пуатье, ибо она знаменовала поворотный пункт в отражении волны нашествия.

вернуться

89

Большинство рабов в Египет поставлялось из Крыма и причерноморских степей, это были либо представители местных народов (половцев или татар), либо татарские (половецкие) пленники, в том числе русские, обращенные (как правило, насильственно) в ислам, – отсюда особо отмечаемое летописцами большое количество среди мамелюков светловолосых и голубоглазых людей.

67
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru