Пользовательский поиск

Книга Средневековая Европа. 400-1500 годы. Содержание - Контрнаступление Запада

Кол-во голосов: 0

Современники не могли предвидеть, что это драматическое событие окажется не просто временным разрывом, какие бывали и раньше, а началом необратимого раскола между Греческой и Латинской церквями, – раскола, который до сих пор не позволяет церквям воссоединиться. Гумберт и Кируларий были, вне всякого сомнения, предвзятыми и ограниченными теологами, но они воплощали собой дух взаимного отталкивания и неприятия, свойственный отношениям между Византийским и Латинским мирами.

Нашествие турок

Во второй половине XI в. восточных императоров куда больше, чем церковные споры, заботила военная угроза со стороны нормандцев на западе и мусульман на востоке. Турки-сельджуки, быстро захватившие империю Аббасидов в Персии и Месопотамии, стали совершать набеги в северо-восточные провинции Византийской империи – Армению и Анатолию. В 1068 г. правящие круги Константинополя возвели на престол способного военачальника, полагая, что он сможет справиться с ситуацией. В 1071 г. армия императора Романа IV Диогена была уничтожена при Манцикерте, вблизи озера Ван. Тактические ошибки, превосходящая подвижность и мощь дальнобойного оружия вкупе с изменами внутри византийской армии – все это сыграло свою роль в катастрофе. Когда император вернулся в Константинополь, его низложили, а затем убили.

Преемникам Романа IV не удалось задержать продвижение турок по Анатолии. Прежней военной системы, основанной на свободном крестьянстве, больше не было. Анатолийские крестьяне, угнетаемые могущественными землевладельцами, либо принимали сравнительно мягкую в религиозном отношении власть турок, либо бежали в укрепленные прибрежные города. Центральная часть Анатолии все сильнее «отуречивалась» – по мере того как турки захватывали другие византийские земли.

Комнины

Но, как это не раз бывало, Византийская империя все еще проявляла замечательную жизнеспособность и силу к восстановлению. Новый «военный» император Алексей I Комнин (1081–1118) смог стабилизировать ситуацию, укрепив адриатическое побережье Греции против нормандских войск, на Балканах победил печенегов, степной народ, перешедший нижний Дунай, а в Анатолии сдерживал натиск турок. Но эти успехи дались дорогой ценой. Знаменитая доселе византийская золотая монета обесценилась на две трети; венецианцы, которые оказали помощь в борьбе с нормандцами, получили беспрецедентные торговые привилегии в Константинополе; повсеместно выросли налоги.

Сын Алексея Иоанн II (1118–1143) и его внук Мануил I (1143–1180) продолжили эту успешную политику. Сельджуки, воевавшие с другими мусульманскими династиями, уже не были так опасны, как в XI в. Но зато на политическом горизонте Восточного Средиземноморья появилась новая сила – европейские крестоносцы. И хотя интересы Византии по-прежнему сосредотачивались преимущественно на Востоке, судьба империи все больше зависела от отношений с латинскими христианскими государствами. С середины XII в. венецианцы, короли Франции и западные императоры стали подумывать о нападении на Византию: вряд ли можно привести лучшее свидетельство экономического и политического возрождения Запада и его необычайно возросшей по сравнению с эпохой Юстиниана или Карла Великого уверенности в собственных силах. Константинополь противопоставил этой новой опасности усиление дипломатической активности, охватывавшей теперь все основные европейские государства вплоть до Франции на западе, чтобы использовать взаимные разногласия своих противников. Тем самым Византия сыграла важную роль в развитии современной европейской системы государств, хотя в XII в. очертания этой системы были едва различимы.

Однако ресурсы Византии, уже давно истощившиеся, были явно недостаточны для того, чтобы в течение долгого времени обеспечивать позицию великой державы, на что претендовали императоры. Фридрих Барбаросса, император Священной Римской империи, пренебрежительно отзывался об этом «королевстве греков». В 1176 г. армию Мануила I уничтожили анатолийские сельджуки. Эта катастрофа имела даже худшие последствия, чем битва при Манцикерте столетием ранее, прежде всего потому, что за Мануилом вновь последовала типичная для Византии череда неспособных или деспотических императоров, губительных захватов власти и убийств правителей. На этот раз спасения от надвигавшейся катастрофы уже не было.

Контрнаступление Запада

Более 500 лет Западная Европа держала оборону против вторжений захватчиков. Но приблизительно с 1000 г. ситуация изменилась. Рост населения и общего благосостояния, совершенствование политической и военной организации, а также возросшее религиозное и интеллектуальное самосознание дали католической Европе несомненное преимущество перед языческими народами на севере и на востоке. Скандинавия, Исландия, Польша и Венгрия были довольно быстро обращены в христианство, в значительной мере ассимилированы и интегрированы в старинную христианскую общность католической Европы. Только Пруссия и Литва все еще оставались островками язычества между латинским Западом и православным Востоком, форпостом которого была недавно христианизированная Русь.

Мусульмане, однако, оказались более крепким орешком, чем язычники. В культурном отношении они могли соперничать с христианами, а в области военной успех зависел от конкретных обстоятельств. Нормандцам понадобилось 30 лет, чтобы завоевать Сицилию для себя и для христианства, а испанцам – пять столетий, чтобы отвоевать весь Иберийский полуостров. Поскольку в ходе Реконкисты мусульманское и иудейское население часто предоставлялось самому себе или же обращалось в христианство чисто формальным образом, возник любопытный парадокс: постепенно сложилось многонациональное и полирелигиозное общество, которое в то же время гордилось своей католической ортодоксальностью. Историки испанской культуры и литературы вели страстные споры о масштабах арабского и еврейского влияния и о возможных пределах его воздействия на испанский национальный характер, если, конечно, вообще существует испанский или любой другой отчетливо выраженный национальный характер Несомненно, арабское и еврейское влияние было весьма значительным, что и обусловило существенное отличие испанских традиций от традиций Латинской Европы в целом.

Крестовые походы

Христианский вариант идеи религиозной, или священной, войны впервые был реализован именно в Испании, что порождает вопрос: не является ли это христианским переосмыслением мусульманского понятия «джихад» – предписанного Кораном священного долга распространять истинную веру мечом?[68] Самым знаменитым выражением христианской идеи такого рода была «Песнь о Роланде», в которой борьба христиан против неверных разворачивается именно в Испании. В этом эпосе главное значение придается не столько обращению неверных, сколько самой борьбе за их уничтожение, – недаром святой покровитель Испании апостол Иаков именовался «губителем мавров» Следует заметить, что уничтожение врагов, кем бы они ни были, вообще считалось доблестным делом. Так, прозвище «Болгаробойца», присвоенное императору Василию II, тоже считалось почетным, хотя болгары были христианами. Конечно, нужно учитывать, что болгары угрожали Граду Божьему, Константинополю; но борьба с не-христианами была несравненно более очевидным в своей религиозной оправданности занятием.

Вплоть до конца XI в. возможности для практического подражания легендарному Карлу Великому и его паладинам были ограничены Испанией и Южной Италией. Но в 1095 г. ситуация внезапно изменилась. Византийский император Алексей I обратился к папе Урбану (1088–1099) с просьбой оказать помощь против турок-сельджуков в Малой Азии. Сама по себе эта просьба не обещала особых перспектив. Алексей, уже 14 лет прочно занимавший византийский трон и имевший в своем активе целый ряд успешных кампаний, помышлял скорее о нападении, чем о защите, и, безусловно, не считал церковный раскол 1054 г. препятствием для использования западных солдат, которых многие столетия нанимали его предшественники. Папа, однако, расценил его просьбу совсем иначе. Испытывая сильное давление со стороны императора Генриха IV и антипапы Климента III, Урбан увидел в просьбе византийцев отличную возможность перехватить духовную и политическую инициативу. Помощь восточному императору превратилась в призыв к христианам освободить Иерусалим и Гроб Господень, гробницу, в которой был похоронен Христос. «Проклятый народ, совершенно чуждый Богу (турки), захватил святые места, убивал и притеснял местных христиан», – так говорил папа. Теперь христиане должны были повторить подвиги Карла Великого против неверных.

вернуться

68

Общераспространенная неточность Джихад (араб «рвение») не есть исключительно священная воина, это ревностное распространение ислама, которое может происходить в разных сферах. Существует несколько степеней джихада 1) джихад в себе, то есть изучение Корана, воспитание в себе истинной веры, 2) джихад в семье, то есть воспитание близких в исламском духе, 3) мирный джихад, то есть миссионерская деятельность и 4) газават, то есть священная воина, распространение ислама силой оружия.

50
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru