Пользовательский поиск

Книга Генштаб без тайн. Содержание - Оружейный Клондайк

Кол-во голосов: 0

Из этой серии — громкий скандал, который разразился в начале 1997 года: незаконные поставки оружия из России на Кавказ длительное время проворачивались по директивам ГШ и тоже якобы с благословления правительства (а когда у некоторых министров следователи пытались брать показания, те открещивались от генералов, как черти от ладана).

И тут уже никто из руководителей МО и Генштаба не возмущался и не говорил, что «этого не может быть», не требовал от пресс-службы немедленных опровержений «провокационных слухов». Потому, что знали: есть документы, завизированные первыми лицами Генштаба, есть неопровержимые факты, есть много свидетелей.

Некоторые наши известные деятели частенько плачутся: «У России нет никакой политики на Кавказе».

Политика все-таки есть. Но от нее веет не глубокой государственной мудростью, а разит оружейной смазкой и она часто измеряется толщиной брони и пачек денег, калибром автоматов и пушек, количеством вагонов боеприпасов, цистерн с горючим.

Траурная арифметика

Уже который год на Кавказе то стихают, то с новой силой разгораются межнациональные конфликты и гражданские войны. Только-только мы вздохнули после окончания российско-чеченской войны, как вновь «заговорил» тлеющий вулкан азербайджано-армянского конфликта из-за Нагорного Карабаха. Потом — очередная перестрелка в зоне грузино-абхазского конфликта. За ним чередою пошли кровавые вооруженные стычки на границе Дагестана и Чечни.

Растет число убитых, раненых, инвалидов, похищенных, без вести пропавших, беженцев. Только в период кратковременной войны между грузинами и абхазами с обеих сторон погибло более 1000 человек и свыше 1300 было ранено…

За 2 тысячи зашкалило число погибших военнослужащих всех силовых структур России, воевавших в Чечне (хотя знающие люди в Генштабе утверждают, что это — лишь «официальные данные»). А потери самих чеченцев, по данным их же госорганов, составили почти 80 тысяч человек. В ходе вооруженного конфликта Москвы с Грозным было ранено свыше 10 тысяч военных и почти 100 тысяч гражданских людей.

Общие людские потери на Кавказе за последние 10 лет не поддаются точному подсчету. Международная группа так называемых независимых экспертов попыталась сделать это. Было установлено, что все участвовавшие или участвующие в вооруженных столкновениях стороны потеряли почти 150 тысяч человек убитыми и около 300 тысяч ранеными. Более 2 тысяч человек пропали без вести.

Эти данные все еще уточняются, и специалисты не исключают, что они неполные. Дело в том, что пока ни в России, ни в других республиках бывшего СССР нет органов, занимающихся учетом гражданских и военных жертв. А имеющаяся статистика часто тенденциозна: в одних случаях количество жертв по политическим или военным соображениям умышленно завышается, в других — занижается. В России до недавнего времени число военнослужащих, погибших в ходе вооруженных конфликтов, вообще считалось государственной тайной.

Первая попытка решить эту проблему была предпринята года четыре назад, когда Государственная дума РФ инициировала вопрос об издании Закона об обязательном опубликовании списков погибших военнослужащих. Но поскольку высшие исполнительные власти страны и силовые ведомства были не заинтересованы в этом, они явно и скрыто противились принятию такого Закона. Его до сих пор нет.

Когда власть не способна принимать нужные обществу правовые акты, начинается самодеятельность. Появляются так называемые внеправительственные органы, общественные комиссии, инициативные группы, которые начинают делать то, чего не делает государство.

В России, несмотря на отсутствие Закона об обязательном опубликовании списков военнослужащих, погибших в ходе боевых действий, после чеченской войны такие списки все же были обнародованы по инициативе газеты «Комсомольская правда» в 1996 году (на их основе была издана Книга памяти, первое после революции 1917 года подобное издание).

Но какую бы благородную дань мы ни воздавали мертвым, к жизни их не вернуть.

Можно понять смерть людей от несчастного случая. Но самое трагичное, когда таким «несчастным случаем» со страной становятся ошибки высшей государственной власти, по воле и вине которой вспыхивают войны. Однажды Ельцин сказал:

— Чеченская война — моя самая большая ошибка.

Такие ошибки невозможно отличить от преступлений.

Когда комиссия Государственной думы по этой причине затеяла запоздалый импичмент Ельцину, многие его сторонники с наглой ухмылкой твердили в телекамеры: «Ничего из этого не получится». Развязать, понимаешь, «по ошибке» преступную войну — получается. Нести за это ответственность — хрен вам.

Клинтон несколько раз засунул член практикантке Белого дома в рот — его прокуроры наизнанку вывернули. А у нас невозможно даже представить такое, чтобы Ельцин давал Генпрокурору показания. Наоборот — да. У нас президент выше Закона.

Оружейный Клондайк

Даже после нескольких войн на Кавказе (армяно-азербайджанская, грузино-абхазская, чеченская) и многочисленных вооруженных конфликтов, которые продолжаются до сих пор, там не уменьшается, а растет количество танков, артиллерийских орудий, реактивных установок, стрелкового оружия, боеприпасов, боевых машин, гранатометов. Возникают резонные вопросы: откуда в этом регионе столько оружия? Где берутся запчасти для боевой техники, боеприпасы, 95% которых производится только в России?

В советскую пору Генеральный штаб всегда придавал особое значение Кавказу, рассматривая его как стратегическую крепость на юге Союза. После Второй мировой войны в штабах наших вероятных противников разрабатывались сотни возможных планов боевых действий на случай вторжения в СССР, но не было ни одного, в котором бы не предусматривались отсечение и захват Кавказа.

Особым военно-стратегическим значением региона объяснялось и то, что здесь была нагромождена беспрецедентная по уровню концентрации масса вооружений и боевой техники, военных арсеналов, баз, складов. Закавказье на душу населения (более 16 миллионов человек) и на единицу площади (186 тысяч квадратных километров) было и остается одним из самых милитаризованных регионов не только в бывшем СССР, но и во всем мире.

В полосе шириной 300 и протяженностью 700 километров были созданы инфраструктура и запасы для Закавказского военного округа, в состав которого входило три объединения: 4-я общевойсковая армия (дислоцировалась на территории Азербайджана), 7-я общевойсковая армия (Армения), 31-й армейский корпус (Грузия), а также части и соединения 19-й отдельной армии ПВО, 34-й воздушной армии, Каспийской флотилии, бригады кораблей Черноморского флота (штаб — Поти) и большого числа частей, баз, арсеналов центрального подчинения.

Мощь нашей закавказской группировки была такой, что она могла бы на протяжении года автономно вести полномасштабные боевые действия против любого противника на Южном стратегическом направлении.

Не менее внушительной в советские времена была и группировка войск Северо-Кавказского военного округа (он вплоть до конца 80-х годов входил во второй эшелон и считался тыловым). После распада Союза и образования Российской армии положение СКВО на южном фланге кардинально изменилось. Из тылового он превратился в передовой, по этой причине Генштаб принял решение многократно повысить его боевую мощь. По количеству вооружений и боеприпасов СКВО стал примерно в 8 раз превосходить все вместе взятые национальные армии республик Кавказа.

По мере того как во второй половине 80-х годов на Кавказе стали усиливаться сепаратистские тенденции и межнациональные конфликты, интерес к нашим войсковым арсеналам со стороны различных региональных националистических группировок (в том числе — и криминальных) резко повысился. Но в то время советское руководство еще было способно держать проблему под контролем своих силовых ведомств, местных органов власти и спецслужб. Попытки насильственного захвата оружия жестко пресекались.

60
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru