Пользовательский поиск

Книга Генштаб без тайн. Содержание - Обида Назарбаева

Кол-во голосов: 0

Передовая линия «фронта» явного и скрытого соперничества между Россией и США в Казахстане пролегает уже и через Байконур.

На космодроме появилось подразделение НАСА. Американский морской пехотинец, охраняющий его, получает 90 долларов в час. В день — 700, т.е. месячная зарплата начальника космодрома. Казахская уборщица, работающая в офисах американцев на Байконуре, получает 20 долларов в час. В день — 160. Если умножить это на 30, то получается… Получается, что лучше быть казахской уборщицей, чем русским генералом.

Считать деньги в чужих кошельках неприлично. Я делаю это с одной лишь целью: на Байконуре идет грабеж людей средь бела дня. Плюс — явное одурачивание казахов лицемерными причитаниями об отсутствии денег за аренду. В российском бюджете была специальная «байконурская» статья. И когда в июле 99-го над Казахстаном взорвался наш космический корабль, о ней сразу «вспомнили» — казахи запретили нам запуски. После этого Москва сразу перевела первым траншем 10 млн долларов в Астану и запуски возобновились…

* * *

В Казахстане помимо Байконура находятся еще четыре российских военных объекта (в основном — испытательные полигоны). Арендную плату за них Россия стремилась частично погашать за счет поставок военной техники, запчастей и подготовки казахских офицеров в российских военных вузах.

Во время визита Грачева в Алма-Ату в январе 1996 года российская сторона намекала на возможность отказа от претензий на погашение задолженности, но при условии, если будет уменьшена арендная плата за полигоны и космодром. Алма-Ата к этой идее отнеслась прохладно и ставила вопрос о наращивании Москвой поставок военной техники и запасных частей в счет ее долгов.

Январский визит Грачева в Казахстан вызвал серьезную обеспокоенность у тех наших оппонентов, которые уже длительное время «отсекали» Алма-Ату от Москвы. И надо сказать, что паниковать им было от чего.

В ходе визита Грачева и его переговоров с руководителем военного ведомства Казахстана Алибеком Касымовым было подписано 16 документов, касающихся развития двусторонних отношений в военной области. Среди них, в частности, соглашения по укреплению систем ПВО, созданию национальной военной флотилии Казахстана на Каспийском море, а также документы, регулирующие отношения военных ведомств двух стран.

Согласно подписанному протоколу о военно-морских силах, Россия обязывалась передать Казахстану пять катеров береговой охраны, которые должны стать основой создающейся в республике Каспийской флотилии. Россия обязывалась передать Казахстану также самолеты Су-25, Су-27 и МиГ-29 в качестве компенсации за перевод из Казахстана в Россию 40 стратегических бомбардировщиков Ту-95 МС.

Проведавшие о содержании этих российско-казахских военных документов иностранные журналисты с пометками «срочно» рассылали в свои редакции телеграммы: «Москва значительно активизировала попытки наладить более эффективные отношения с Алма-Атой в военной сфере…»

Стоило России чуть подсуетиться, как уже вскоре со стороны ее конкурентов следовал контрход.

После того как Грачев совершил свой плодотворный визит в Алма-Ату, наши спецслужбы уже вскоре вновь стали отмечать наращивание контактов между военными ведомствами Казахстана и США, интенсивную проработку новых проектов. Один из них был связан, например, с проведением серии аэрофотосъемок «в чисто научных и экономических целях» с борта американского самолета.

Москва располагала информацией, что между министерством энергетики США и академией наук Казахстана был заключен договор об использовании самолета-разведчика Р-3 «Орион» американских военно-морских сил в целях, как отмечалось в документе, «развития сельского хозяйства и геологии, а также для планирования территории, траспортных коммуникаций и топографической съемки местности…»

Американский самолет, с которого даже не сняли развед-аппаратуру, облетел значительную часть Казахстана и сфотографировал сопредельные с Россией районы.

Москва тут же заявила протест в связи с тем, что полеты самолета планировались в зоне казахско-российской границы и могли использоваться в разведцелях. Казахи и американцы это, естественно, дружно отрицали, что лишь сильнее раздражало наших дипломатов и военных.

Обида Назарбаева

Весной 1998 года в Москве состоялось очередное совещание глав государств Содружества, которое все больше хирело и все чаще превращалось в объект критики самих же его членов, охотно соперничающих между собою в хлесткости и желчности выражений. По согласованию с Ельциным Назарбаев подготовил обстоятельный доклад о путях вывода СНГ из кризиса и очень надеялся, что его выслушают и обстоятельно обсудят.

Но казахскому президенту даже не дали возможности толком изложить свои взгляды — отмахнулись. И Назарбаев, всегда умевший интеллигентно держаться «в свете», взорвался, когда журналисты попросили его оценить результаты встречи. С совершенно не свойственной ему резкостью он рубанул в телекамеру:

— Никаких результатов! Разъезжаемся ни с чем. Потрепались — и по домам…

И его можно было понять.

Главным «результатом» саммита стало единодушное продление мандата Ельцина как председателя Совета глав государств СНГ. Это очень напоминало мне избрание старого и больного Константина Черненко на пост Генсека после смерти Андропова…

Ельцин сильно сдал. Больше всего это было заметно в его походке: он стал ходить медленно, почти не отрывая от земли по-старчески полусогнутые ноги. На его одутловатом румяно-восковом лице все глубже прорезались ущелья морщин, свет глаз потускнел. Голос его ослабевал и «садился», мимика рта часто застывала в совершенно безобразном положении. Он все чаще с высоким и менторско-торжественным пафосом, неуклюже жестикулируя руками, говорил мелкие, ничего не значащие банальности, и это противоречие еще больше выдавало в нем спад интеллекта и самоконтроля.

Глядя на него, я думал о том, что и его президентство, и председательство в СНГ все больше превращаются в чисто символические, а сам он и власть его были уже орудием стоявших за его спиной кремлевских и иных людей, находивших свое, конъюнктурно-меркантильное упоение в таком положении вещей и страстно мечтавших о том, чтобы оно длилось как можно дольше.

И даже прекрасно зная, что Ельцин плох, что он может в любой момент «свалиться», что он все больше теряет рычаги управления страной, положение в которой становится все хуже, — люди эти из-за спины слабеющего президента время от времени бросали в народ лишенные разумности идеи о реальной возможности его «коронования» на новый срок: «Будем молить Бога, чтобы Борис Николаевич не снял с себя выдающуюся историческую ношу и отработал еще один срок».

Хотя мало кто не понимал или не догадывался, что и срок нынешний для Ельцина был «куплен» летом 1996 его кремлевским штабом, когда в бой за возведение Б.Н. на трон были брошены средства несметные… На них приобрели видимость почти всенародного волеизъявления, иллюзию победы большинства, которое, меж тем, шутило после, что «Ельцин похож уже на чемодан без ручки: и бросить жалко, и нести тяжело».

В сентябре 1998 года во время встречи с Александром Коржаковым в редакции «Комсомольской правды» я в лоб спросил его, сколько россиян, по его мнению, на президентских выборах 96-го реально проголосовало за Ельцина? Хорошо информированный Александр Васильевич ответил:

— В лучшем случае — 25 процентов.

Когда Ельцин уйдет с политической сцены, то в России найдется много «провидцев», которые будут с гордостью убеждать народ, что еще в 1996 году они видели, что Ельцин уже тогда перестал быть тем «центром силы», энергией которого в былые годы надежд на лучшее питалась страна. Она, стонущая и бастующая, через день хоронящая жертвы убийств и расстрелов, раздраженная и проклинающая режим, брела к подножию нового века во главе с предводителем, в котором давно разочаровалась.

…Возвратившись с московской встречи глав государств СНГ в Алма-Ату, Назарбаев не скрывал в президентском окружении своего недовольства тем, что с ним в российской столице обошлись по-свински.

37
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru