Пользовательский поиск

Книга Древняя Русь. Содержание - б) ЮГО-ВОСТОЧНАЯ ОБЛАСТЬ.

Кол-во голосов: 0

б) ЮГО-ВОСТОЧНАЯ ОБЛАСТЬ.

Здесь мы ведем речь о территории к югу от реки Угры и ее продолжения, реки Оки. На западе эта территория ограничена грубо говоря, течением Днепра вниз от Могилева; на востоке — течением Дона; на юге — Черным морем. Мы включаем также в эту территорию Азовский регион и дельту Кубани.

Во время составления первой летописи, т. е. в одиннадцатом веке, вся юго-восточная часть той территории, которую мы рассматриваем, контролировалась куманами, и только в устье Кубани Тмутараканский «остров» оставался в руках русских. В ранний период ситуация была иной, и мы уже имели достаточно свидетельств1178 для утверждения того, что в восьмом веке на нижнем Дону и в Приазовье были русские (асо-славянские) поселения. Возможно, также, что русские проникли и в Крым1179.

Первая летопись содержит названия трех юго-восточных русских племен, а именно: севере, или северяне, радимичи и вятичи. В одиннадцатом веке северяне1180 заселяли бассейны следующих восточных притоков среднего Днепра: Псёл, Суда и Десна с ее притоком Сеймом; это соответствует территориям Черниговской, Курской и северо-западной части Полтавской областей. Радимичи1181 населяли бассейн реки Сож, то есть левобережную часть Могилевской области. Вятичи1182 контролировали южную часть бассейна Оки и район верхнего Дона, охватывая территорию Орловской, Калужской, Тульской и Рязанской областей. Мы можем с уверенностью сказать, что в более ранний период земли этих трех племён простирались намного дальше на юго-восток, и племена были вытеснены на север только в результате печенежских и куманских набегов. Можно предположить, что в первой половине девятого река северяне занимали весь бассейн Донца, а радимичи — Десны. Когда северяне были оттеснены на северо-запад от бассейна Донца печенегами, они, в свою очередь, вытеснили радимичей к северу от Десны в район Сожа. Что касается вятичей, мы можем предположить, что первоначально их поселения находились на Дону, по крайней мере, доходя на юге до Богучара1183. У нас нет сведений о названии асо-славянского племени, которое заселяло в восьмом я девятом веках нижний Дон и Приазовье, но можно утверждать с большой степенью достоверности, что оно называлось русь или рось, поскольку в этом регионе в начале девятого века был основан Русский каганат1184.

Обратимся теперь к данным археологии. Древности северян, радимичей и вятичей в границах соответствующих территорий, которые они населяли в одиннадцатом веке, были достаточно тщательно исследованы. С другой стороны, славянские древности на территории Донца и Дона не были систематически изучены, что же касается нижнего Дона и Приазовья, то даже возможность существования там предметов славянской старины отрицается некоторыми учеными. Во всяком случае, ни одно из погребений на этой территории нельзя признать славянским, и на этом основании археолог Ю.В. Готье выразил мнение, что в докиевский период на нижнем Дону и в Приазовье славянских поселений не было1185. Такое утверждение вызывает возражения. Argumentum a silentio имеет значительно меньше веса в археологических теориях, нежели точное свидетельство, особенно в отношении регионов, которые еще не были систематически исследованы. Мы можем согласиться, что пока еще не было найдено следов определенной культуры в том или ином регионе, но это вовсе не обязательно должно означать, что такие следы не будут обнаружены в будущем. Свидетельство может находиться как раз там, но пока оно остается погребенным, мы не знаем о нем. Нельзя было и предполагать о тех богатствах, что были накоплены антскими вождями шестого и седьмого веков, до того, как были обнаружены сокровищницы в Пере-Щепине и Судже, а обе они были найдены совсем недавно, первая в 1911 г., а вторая в 1927 г.1186. Более того, даже уже известные какое-то время предметы не всегда сразу можно адекватно идентифицировать; к примеру, некоторые древности Верхнего Салтова были отнесены Арендтом и Феттихом к мадьярской «культурной сфере» только в 1934 — 1937 гг.1187. Мы знаем также регионы, где существование славянских поселений точно подтверждается письменными источниками, но пока еще не археологическими находками. Так, нет сомнений в существовании племен уличей и тиверцев но у нас слишком мало археологических свидетельств для подкрепления данных литературных источников. Нет сомнений в том что Тмутаракань была в одиннадцатом веке русским городом, во кроме знаменитого камня с надписью князя Глеба1188, больше нет монументальных показаний, каким-либо образом иллюстрирующих расцвет там русской культуры1189. Ввиду этих соображений мы едва ли станем отбрасывать свидетельства арабских источников касающиеся славянского населения на нижнем Дону в восьмом веке1190.

Обратимся теперь к северянам1191. Согласно материалам, обнаруженным в курганах северян десятого и одиннадцатого веков наиболее распространенным погребальным обрядом у них была кремация. Однако, также известны курганы с погребенными останками. Некоторые курганы северян небогаты погребальным инвентарем. В них обнаружено небольшое количество серег, инкрустированных серебром и стеклом, пряжек и бус. Другая группа курганов значительно богаче. Среди находок в типичных курганах другого типа обнаружены височные кольца, сделанные из спирально скрученной проволоки, медные и железные крученые ожерелья, подвески к ожерельям — круглые и в форме полумесяца, браслеты, кольца, декоративные пластины для головных уборов в форме нимба. В некоторых северянских курганах, как и в городищах, было обнаружено оружие. В гочевском кургане Курской области был найден меч полянского типа1192. Ввиду различия двух типов северянских захоронений было сделано предположение, что эти две группы представляют захоронения людей разного социального положения: знати и простых людей1193. Возможно также, что различие это не экономического, а племенного характера.

Исследование древностей радимичей и вятичей1194 приводит к выводу, что, несмотря на некоторые частные различия, эти две группы имели много общего. Мы уже говорили (в начале главки), что семилепестковая подвеска характерна для древностей как радимичей, так и вятичей, хотя форма лепестка у этих племен разная. Мы повторяем, что либо одно из них, либо оба племени связаны с семью кланами (επταγενεαι) во Фракии. Подвеска была, видимо, эмблемой племени, символизирующей союз семи кланов в каждом случае, но и сами два племени были также тесно связаны. Согласно «Повести временных лет», племена эти были потомками двух братьев — Радима и Вятока (Вятко)1195. Мы читаем, что эти два брата были поляками (лях), или жили среди поляков (в ляхах). Комментируя это утверждение и принимая в расчет возможность миграции отдельных западнославянских племен на восток вслед за падением Аварского каганата, А.А. Шахматов выстроил гипотезу о польском происхождении радимичей и вятичей1196. Эта гипотеза не может быть поддержана, поскольку она явно противоречит существующим археологическим свидетельствам1197. Поэтому нам следует исключить предположение Шахматова. Вполне возможно, что легенда о польском происхождении радимичей и вятичей была пущена в ход в то время, когда Киев был захвачен польским королем Болеславом I (1018 г.)1198. Возможно также, что текст легенды, как он читается в «Повести временных лет», является искаженным. Согласно тексту, «было два брата среди поляков» (бяста два брата в лясех). Нельзя ли предположить, что в оригинальном тексте читалось «среди азов» (в язех) вместо «среди поляков» (в ляхах)? Во всяком случае, больше оснований к тому, что радимичи и вятичи происходят от асов, нежели от поляков. В вятичских и радимичских курганах десятого и одиннадцатого веков погребение, как похоронный обряд, преобладает над кремацией. Кремация очень редко встречается у радимичей, еще реже — у вятичей1199. По-видимому, погребение было древним обычаем обеих племен. Теперь мы знаем, что этот обычай был также распространен у аланов (асов)1200. Более того, сами имена двух мифических братьев, Радима и Вятока, возможно, имеют осетинское происхождение. Что касается имени «Радим», мы можем привести осетинское слово rad («порядок», «линия»), а «Вяток» — осетинское jaetaeg («вождь»)1201.

вернуться

1178. См. Гл. VI, 8.

вернуться

1179. См. Гл. IV, 8.

вернуться

1180. Niederle, IV, 182 — 186.

вернуться

1181. Idem, pp. 189 — 191; П. Рыков, «Юго-восточные границы радимичей», Cap. Унив., X, 3, 39 — 53.

вернуться

1182. M.Хрущевский, «Допытання про розееленне вятичей», НТС, 118 (неприемлемо для меня); Niederle, IV, 191 — 197.

вернуться

1183. Niederle, IV, 1.93; Шахматов, Поселения.

вернуться

1184. См. Гл. VI, 8.

вернуться

1185. Готье, 228. Столь же скептичны И. И. Ляпушкин, «Славяно-русские поселения IX-X вв. на Дону и Тамани», ИИМ, 6 (1940), 89 — 92, и A.H. Насонов, «Тмутаракань», ИЗ, VI, (1940), 80. См., однако, В. Мавродин, «По поводу одной теории о местоположении Тмутаракани», ПИДО, N9-10 (1936), о кагором я знаю по ссылке Насонова; также, В. Мавродин, «Славяно-русское население нижнего Дона и Северного Кавказа в Х — XIV веках», ПИГ, II (1939), прорецензировано И. Ляпушкиным, BДИ, 1 (1940), 150 — 153.

вернуться

1186. См. Гл. IV, 8.

вернуться

1187. См. Гл. IV, 5.

вернуться

1188. Орлов, cc. I — 2; А. Спицын, «Тмутараканский камень», ОРСА, 9 (1915), 103-132.

вернуться

1189. О ранних археологических исследованиях Таманского полуострова см.: Герц, П; Minus, pp. 21 — 24, 566; о недавних исследованиях см.: А. С. Башкиров, «Археологическое обследование Таманского полуострова летом 1927 года», ИАИ, III (1928), 71-86; Д. Эдинг, «Экспедиционная работа московских археологов в 1937 году», ВДМ, I (1941), cc. 220 — 222. Скудность памятников может быть частично объяснена изменением уровня моря, в результате чего части древних городищ оказались покрыты водой. См.: Герц, I, 48 и ВДИ I, (1938), с. 141.

вернуться

1190. Гаркави, с. 38, 76.

вернуться

1191. Барсов, сс. 147 — 152; Хрущевский, I, 170 — 174; О6 археологических свидетельствах см. H. Макаренко, «Отчет об археологических исследованиях в Полтавской губернии», АК, 22 (1907), 38 — 90; Д. Самоквастов, Могилы русской земли (Москва, 1908), ее. 188 — 200; его же «Северянские курганы», TAG, III, 1.

вернуться

1192. Рыбаков, с. 337.

вернуться

1193. Готье, сс. 226 — 227.

вернуться

1194. Арциховский, Курганы; П.М. Еременко и А.А. Спицын, «Радимичские курганы», РАО, 8 (1895); Б.А. Рыбаков, «Радзимичы», БАН, III (1932); Греков, с. 28, -неприемлемо для меня.

вернуться

1195. Ип., кол. 10; ср. Cross, р. 141.

вернуться

1196. Шахматов, Судьбы, сс. 37 — 39.

вернуться

1197. Готье, сс. 218 — 219.

вернуться

1198. Vernadsky, PDH, pp. 226 — 227.

вернуться

1199. Готье, cc. 212 — 215.

вернуться

1200. Там же, cc. 54 — 62.

вернуться

1201. Миллер, Словарь, cc. 934, 1407. Можно также вывести название «радимичи» из осетинского radornun (radaernun) — «смирять», «покорять» (Миллер, Словарь, cc. 934 — 935). Нидерле принимает точку зрения русского летописца, что названия «радимичи» и «вятичи» следует выводить из личных имен Радиме и Вятко; последнее, согласно Нидерле, — это стяжение имени Вячеслав (Niederle, IV, 190, 194). Шахматов предполагает происхождение имени «вятичи» от «венты», это название он сравнивает с венетами (венедами) у Тацита и с кельтским племенем венетов. См. А. Шахматов, «Zudcn aeltesten slavisch-keltischen Beziehungen», ASP, 33 (1912), 61. Ср. также его «Поселения», с. 728. Позднее Шахматов представил промежуточную польскую форму, «Wetic» (Судьбы, с. 38). Ср. Арциховский, Курганы, с. 152 и Niederle, IV, 194 -196.

89
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru