Пользовательский поиск

Книга День «Д». 6 июня 1944 г.. Страница 64

Кол-во голосов: 0

10. Решение принято

В конце мая, когда началась погрузка войск, вице-маршал авиации Трэффорд Ли-Маллори прибыл в штаб-квартиру Эйзенхауэра в Саутуик-хаус к северу от Портсмута (которую раньше занимал адмирал Рамсе и), чтобы еще раз выразить протест против планов заброски двух американских воздушно-десантных дивизий на Котантен. По данным разведки, немцы дислоцировали 91-ю дивизию в центральной части полуострова, как раз в том районе, где намечалась высадка 82-й воздушно-десантной дивизии. Место высадки перенесли на запад, но, по мнению Ли-Маллори, недостаточно далеко.

Он сказал Эйзенхауэру:

— Нужно отказаться от этой воздушно-десантной операции.

Ли-Маллори считал, что потери могут составить 70 процентов по планерным и до 50 процентов по парашютным войскам еще до того, как они приземлятся. Он предупредил о «напрасном уничтожении» двух великолепных дивизий, «напрасном», потому что они не принесут никакой пользы «Оверлорду». Посылать их на Котантен — «чистейшее жертвоприношение».

Эйзенхауэр ушел в свой трейлер, стоявший в миле от Саутуик-хаус, чтобы обдумать слова Ли-Маллори. Он решил, что поздно снова подвергать экспертизе уже принятые планы. Позднее генерал писал, что это был для него самый тревожный день за всю войну. «Трудно представить себе более душераздирающую проблему», — отметил он в своих мемуарах.

Эйзенхауэр мысленно оценил все этапы операции, включая американскую воздушно-десантную высадку. Он знал, что если проигнорирует предупреждение Ли-Маллори, а оно окажется правильным, то, как писал генерал, «мне придется взять с собой в могилу невыносимое бремя вины за глупую, бессмысленную гибель тысяч молодых людей — цвета нашей нации». В то же время генерал понимал, что отмена воздушно-десантной миссии означала бы и отмену морской высадки на «Юте». Если парашютисты не захватят дамбы, ведущие на сушу, то смертельной опасности подвергнется вся 4-я дивизия. Отказ же от штурма «Юты» серьезно нарушит и поставит под сомнение операцию «Оверлорд». Далее: Ли-Маллори говорил лишь о своих предположениях, без учета опыта воздушно-десантных действий в Сицилии и Италии (Ли-Маллори там не было). Участвуя в «Оверлорде», он впервые столкнулся с парашютными войсками. Хотя воздушно-десантные высадки в 1943 г. во многом оказались не столь успешными, это еще не оправдывает чрезмерный пессимизм Ли Маллори.

«Итак, я чувствовал, что нельзя обойтись без этих двух воздушно-десантных дивизий, — вспоминал позднее Эйзенхауэр. — Они должны были захватить Сент-Мер-Эглиз, дамбы и обеспечить защиту нашего правого фланга». Эйзенхауэр позвонил Ли-Маллори, чтобы сообщить о своем решении, и вслед направил письмо. Он писал вице-маршалу авиации, что «у нас нет другого пути, кроме как идти вперед», и приказал, чтобы его сомнения и пессимистическое настроение не передались войскам.

В то самое время, когда Роммель собирался съездить к Гитлеру просить танков и добиваться ужесточения командной структуры, Эйзенхауэра посетил Черчилль. У него тоже была просьба. Он выразил пожелание непосредственно участвовать во вторжении на борту «Белфаста». «Конечно, никто не хочет, чтобы его подстрелили, — позднее говорил Эйзенхауэр, — однако должен сказать, что в данном случае было больше тех, кто стремился идти с нами, а не оставаться в стороне». Эйзенхауэр вспоминает: «Я сказал Черчиллю, что он не может сделать этого. Как командующий операцией, я не позволю, чтобы премьер-министр рисковал своей жизнью. Она слишком ценна для общего дела Союзнических экспедиционных сил.

Черчилль на секунду задумался, а потом заявил:

— Вы осуществляете оперативное командование всеми войсками, но административно не отвечаете за подбор экипажей.

И я сказал:

— Да, это верно. Тогда он заметил:

— Хорошо, значит, я могу записаться в команду одного из кораблей его величества, и вы не в состоянии помешать мне.

Я сказал:

— Это так. Но, господин премьер-министр, вы намного усложните мне жизнь».

Черчилль ответил, что в любом случае он сделает это. Эйзенхауэр поручил своему начальнику штаба генералу Смиту позвонить королю Георгу VI и объяснить ситуацию. Король сказал Смиту:

— Я разберусь с Уинстоном.

Он позвонил Черчиллю и сказал:

— Что ж, если вы считаете для себя желательным участвовать в операции, тогда мой долг быть с вами.

Черчилль сдался.

Если Эйзенхауэру и нужна была помощь, то от де Голля. 3 июня Черчилль привез де Голля в Саутуик-хаус, где Эйзенхауэр проинформировал его об операции «Оверлорд». Тогда де Голль впервые узнал об этом плане и прочел Эйзенхауэру часовую лекцию на тему того, что тот сделал неправильно. Американец ответил, что рад был бы воспользоваться советами французского генерала ранее, но теперь уже слишком поздно. Затем Эйзенхауэр показал де Голлю копию своей речи, которую он собирался произнести в день «Д» с обращением к французам «исполнять мои приказы».

Эйзенхауэр попросил де Голля выступить по радио и призвать соотечественников принять напечатанные союзниками франки. Де Голль ответил «поп». Французы должны подчиняться ему, а не экспедиционным силам. Только французское правительство, главой которого он является, имеет право на выпуск национальной валюты. Эйзенхауэр пытался убедить де Голля, но все его усилия были безуспешными. По выражению Эйзенхауэра, «оставалось лишь сожалеть по поводу такой непонятной реакции».

Когда Черчилль и де Голль уехали, Эйзенхауэр записал меморандум для дневника и озаглавил его: «Что беспокоит командующего».

На первое место в перечне «беспокойств» он поставил де Голля. В трех абзацах Эйзенхауэр изложил трудности, которые возникают в отношениях с французами. Следующим пунктом шла погода. Он даже собирался провести совещание по этой проблеме. «Я полагаю, — писал Эйзенхауэр, — что желание начать наступление на благоприятном приливе настолько велико, а погода настолько неопределенна, что нам вряд ли удастся дождаться совпадения хорошей погоды и желаемого прилива. Поэтому вторжение должно начаться, если только погодные условия не станут действительно невыносимыми».

64
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.ru