Пользовательский поиск

Книга Заговор невест. Содержание - Глава 17

Кол-во голосов: 0

– Как насчет того, чтобы помочь мне расстегнуть пуговицы на манжетах?

Ей пришлось поменяться с ним ролями – теперь она медленно расстегивала, снимала, лишала его защиты, как только что он поступал с ней. Стремясь отомстить ему, она поняла, что именно заставило его так медлить. Он был красив, и, открывая для себя оттенки его кожи, медного цвета соски, скрытые порослью черных кудрявых волос, и играющие мышцы живота, она почувствовала, что желание ее нарастает. Она смотрела на его лицо и узнавала по дрожанию ресниц или по напряжению подбородка, какая сила заключена в ее поцелуе или в поглаживании языком или кончиками пальцев чувствительной кожи.

Чем больше она изучала и дразнила его, тем сильнее нарастало ее желание, так что к тому моменту, когда она добралась до его ремня, ее пальцы стали такими нетерпеливыми и неуклюжими, что ему пришлось ей помочь. Вместе они сняли с него брюки, и через несколько секунд она смогла убедиться, как сильно он ее желает. Глядя ему прямо в глаза, она обхватила его стержень ладонью.

Он со стоном отвел ее руку.

– Если ты это сделаешь, то мы с тобой далеко не уйдем.

– Но я…

Он поцеловал ее и продолжал целовать до тех пор, пока она уже не могла вспомнить, что хотела сказать, и просто сдалась и обвила его руками. Он уложил ее на кровать и снова целовал, еще раз подведя ее к самому краю, и не переставал целовать, когда протянул руку, чтобы взять один из пакетиков.

Послышался звук рвущейся фольги, затем последовала пауза, пока он надевал презерватив, и вот уже он одним движением оказался между ее ног и раздвинул ей колени, чтобы поместиться между ними. Но вместо того чтобы войти в нее, он стоял и смотрел, и Таре уже начало казаться, что она сейчас вспыхнет пламенем от жара его взгляда. Ее пальцы вцепились в простыню на кровати.

– Если ты сейчас же не сделаешь кое-чего, я умру, – прошептала она.

– Этого я не допущу, обещаю! – Он откинулся назад, стоя на коленях, потом положил ладони на внутреннюю поверхность ее бедер и пошире развел ей ноги. – Как тебе это? А, ты краснеешь. Прямо вот тут. – Он дотронулся до нее.

– Господи, Брайен, ты сводишь меня с ума!

– Это только справедливо, – ответил он. – Ты со мной это делаешь уже целую неделю. Каждую минуту, во сне и наяву, Тара, я думаю только об одном: чтобы ты была со мной, вот так, готовая принять меня. Я хочу тебя. – Он провел пальцем по влажному месту. – Но чего хочешь ты, прекрасная Тара? Скажи мне.

– Тебя.

Он покачал головой и описал круг большим пальцем, вырвав у нее стон.

– Слишком неопределенно. Чего именно ты хочешь?

– Хочу, чтобы ты был во мне.

Он изменил позу, и теперь его руки обхватили ее голову и сжали ее, и он страстно поцеловал ее, прижимаясь к ней своим твердым телом, тяжелым и теплым.

– Ты уверена, Тара? Назад дороги не будет. На этот раз не будет.

– Возьми меня, – произнесла она по-ирландски, обвивая его руками и ногами. – Возьми меня.

Он взял ее одним сильным толчком, и они застонали. Они начали двигаться одновременно, медленными круговыми движениями, которые быстро унесли ее снова к той точке, где она перестала осознавать все, кроме Брайена. Она закрыла глаза, чтобы сосредоточиться. В глубине алькова два голоса шептали слова страсти, переходящие в бессвязное бормотание.

В последнее мгновение, когда она балансировала между землей и небом, он шепотом попросил ее открыть глаза. Это было очень трудно, настолько она ушла в себя для последнего взлета, но она повиновалась его мягкой настойчивости. На лице его была написана такая любовь и страсть, что внутри у нее что-то оборвалось.

И тогда она дошла до вершины, выгнулась дугой, выкрикнула его имя и увидела, что он последовал за ней, и они соединились в долгом, сладком падении.

Глава 17

Приближался час закрытия, и Томми был пьян. Он приложил для этого немало усилий: сначала выпил дома стакан виски после стычки в кафе у Дигана, потом продолжил в пабе «Нос солекопа», куда зашел глотнуть пива после мерзкого ужина из замороженных полуфабрикатов, приготовленного матерью. Она продолжала утверждать, что ей некогда готовить.

Он удержался от слез за пивом и снова переключился на виски, проглотил пару порций еще в самом начале вечера и теперь довел себя до приятного состояния отупения, когда плакать уже невозможно. Пора было идти домой.

Однако он не мог не допить свою пинту и сидел на табурете у бара в компании остальных мужчин, не снявших куртки и кепки, словно он вообще не собирались здесь задерживаться.

– Налей мне быстренько кружечку, Хью.

Томми осторожно повернул голову, чтобы не потревожить мозг, и посмотрел а человека, севшего на свободное место радом с ним.

– Дэниел, m сегодня поздно.

– Я работал в хижине.

– Вот как? – отозвался Томми. – Знаешь, мы с парнями как-то гадали, что ты там делаешь.

– Работаю, я вам уже говорил.

– Над чем работаешь?

– Ремонтирую хижину. Чтобы не развалилась.

– Не похоже, учитывая то, сколько времени ты там проводишь. Эта халупа не развалилась только потому, что тамошние жуки держатся за руки. – Он сделал глоток пива. – Мы думали, что ты занимаешься там каким-нибудь художеством и не хочешь, чтобы мы об этом узнали и подумали, будто ты спятил.

Хью Доннели поставил перед Дэниелом его пиво.

– Вот, сынок. Пей.

Дэниел не обратил на него внимания.

– «Мы думали», а? А кто это «мы»?

Томми пришло в голову, что Дэниел разозлился, но он не мог понять почему.

– Я и другие парни.

– Конечно, более знающего специалиста, чем ты, и найти трудно, да?

Томми выпрямился; прилив гнева вывел его из оцепенения.

– Что ты хочешь этим сказать?

Дэниел сделал большой глоток пива и отодвинул бокал от края стойки.

– Я хочу сказать, что меня не слишком волнует мнение человека, который носит розовые рубашки и играет на скрипке.

– Бросьте, парни! – попытался утихомирить их Хью.

– Что ты понимаешь в скрипке, пьяница! – презрительно бросил Томми и встал.

Дэниел ударил его.

Томми потрогал уголок рта, и его пальцы окрасились кровью. Он ухмыльнулся. Сейчас подраться было бы в самый раз. Он даже не подозревал, что ему это нужно.

Он с ревом бросился на Дэниела. Его кулак врезался в противника с приятным хрустом. В следующее мгновение Дэниел обхватил его руками, и они повалились на стол, потом на пол, молотя друг друга изо всех сил, пока кто-то не вылил им на головы ведро мыльной воды.

Они расцепились, отплевываясь; вода и мыльная пена текли по их щекам. Сильные руки поставили их на ноги.

– Перестаньте сейчас же, хулиганы!

– Дайте я еще ему врежу! – закричал Томми, вытирая глаза.

Дэниел вырвался из державших его рук и шагнул вперед.

– Ну-ка попробуй!

– Закрыто, – объявил Хью. – Все выметайтесь! – Мартин Джури схватил Томми за воротник и потащил к двери, кто-то проделал то же самое с Дэниелом.

– Если им хочется драться, выведите их наружу. Пошли, парни.

Все толпой вывалились на улицу, и Хью запер за ними дверь. Томми и Дэниел встали друг против друга и подняли кулаки.

Прошло несколько секунд. Томми рыгнул и внимательно посмотрел на Дэниела.

– Ладно, забудем, – сказал он. – Все удовольствие пропало. – Как ни печально, его опьянение тоже почти прошло. Он протянул руку, и Дэниел пожал ее. – Ты славный парень.

– Господи! – с отвращением произнес Мартин. – Пара монахов!

– Иди к черту! – огрызнулся Томми. – Мы играем завтра вечером?

Мартин кивнул, и Томми направился к своему дому. Дэниел шагал за ним, так как они жили через три дома друг от друга.

– Думаешь, они сейчас нас обсуждают? – спросил Томми, когда они обогнали остальных.

– На их месте я бы так и сделал, – ответил Дэниел.

– Почему ты меня ударил?

– Захотелось. А ты?

– Мне тоже. – Они немного прошли молча, и Томми размышлял над причинами мужских драк. – Это имеет какое-то отношение к Луизе?

50
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru