Пользовательский поиск

Книга Наследницы. Страница 72

Кол-во голосов: 0

Она в шоке смотрела на женщину в объятиях Алекса. Та обвилась вокруг него так плотно, что они казались одним целым. И, за исключением золотистых босоножек на высоких каблуках, она была в чем мать родила.

Взгляд Алекса встретился с полным ужаса взглядом Ханичайл.

— Ханичайл, — сказал он в отчаянии. — Господи, Ханичайл.

Удивленная Анжу отстранилась от Алекса и оглянулась.

— Господи, — сказала она с торжествующей улыбкой. — Неужели это наша маленькая мисс Техас?

Ханичайл бросилась из комнаты. Она слышала, как Алекс что-то кричал ей вслед, но даже не оглянулась. Она выбежала из дома и устремилась по улице; слезы струились по ее лицу. «Как он мог, — говорила она себе. — Как он мог, о, как он мог, как он мог…»

Из «Флориды» выходили завсегдатаи, ловили такси, смеялись, болтали. Гарри Локвуд распрощался со своими приятелями, сказав, что хочет прогуляться.

Ночь была теплой, хотя и туманной, и настроение у Гарри было отличным, потому что вчера он выиграл в карты приличную сумму в пять тысяч фунтов у человека, который, в чем он был совершенно уверен, больше не станет считать себя его другом, хотя деньги были выиграны честно. Он никогда не мошенничал в карты. Возможно, он и бедный, но все еще джентльмен, особенно в таких вещах; просто он был хорошим игроком в покер, вот и все. Честным игроком.

Идя по площади, Гарри думал про себя, что если ему когда-нибудь по-настоящему повезет и он женится на богатой женщине, то сможет счастливо проводить остаток своих дней за столами в Монте-Карло, носить отлично сшитые фраки и бриллиантовые запонки. Возможно, их сочтут несколько кричащими, но он не откажет себе в удовольствии показать, насколько стал богат после стольких лет бедности. Он почти чувствовал то волнение, которое охватывает тебя, когда ты просаживаешь тысячи в карты. Это вершина блаженства: рисковать всем и не заботиться о том, выиграешь или проиграешь. Играть только ради своего удовольствия, а не потому, что тебе надо заплатить по счетам.

Заслышав шаги, он вскинул голову. Навстречу ему бежала молодая женщина. Ее светлые волосы развевались на ветру, по лицу текли слезы. Она споткнулась, и Гарри едва успел подхватить ее.

— Ханичайл Маунтджой! — воскликнул он, удивленный. — Что случилось?

Он быстро поймал проезжавшее мимо такси. Усадив в него Ханичайл, он сказал таксисту ехать наугад до его дальнейших распоряжений и сел с ней рядом.

— Положи голову мне на плечо, Ханичайл, — сказал Гарри. — Постарайся выплакаться, если сможешь. Потом мне расскажешь, что все это значит.

Пока она выполняла то, что он ей предложил, Гарри спрашивал себя, что могла делать Ханичайл Маунтджой одна, в слезах, на Беркли-сквер после полуночи? Ответ обещал быть интересным.

Вскоре Ханичайл немного успокоилась. Гарри дал ей свой носовой платок, она вытерла слезы и с несчастным видом посмотрела на него.

Он подумал, как ужасно она выглядит, словно наступил конец света. Сказав таксисту отвезти их в «Лайонзкорнер-хаус» на Ковентри-стрит, он обратился к Ханичайл:

— Припудри свой носик, дорогая. Я угощу тебя отличным английским лекарством: чашкой хорошего чая.

Гарри управлял ситуацией необычайно хорошо: он провел Ханичайл через заполненные народом чайные комнаты, работающие круглосуточно, усадил за тихий угловой столик и заказал чай со сдобными булочками. Он сказал ей, чтобы она пришла в себя и успокоилась, а когда найдет в себе силы, рассказала бы ему, что с ней случилось. Он терпеливо ждал, когда девушка возьмет себя в руки, так как вид у нее был просто ошарашенный.

Чай оказал на нее воздействие: краски стали постепенно возвращаться на ее лицо, и она уже не выглядела так, что вот-вот упадет в обморок.

— Моя мать приводила меня сюда после школы. С тех пор я полюбил эти сдобные булочки.

Ханичайл молчала. Она смотрела, как Гарри наливал себе чай и ел булочки.

— Это, конечно, не такое изысканное место, куда надо приглашать девушек, — сказал он, — но, по моему мнению, вполне подходящее при сложившихся обстоятельствах.

— Ты такой добрый, Гарри, — с благодарностью в голосе произнесла Ханичайл. — Не знаю, что бы я без тебя делала. Мне повезло, что я столкнулась с тобой.

— Я тоже рад, — галантно ответил Гарри и более пристально посмотрел на Ханичайл.

Она была не в его вкусе. Для него она была слишком прямолинейна. Он предпочитал женщин, в которых было что-то загадочное и которые выглядели более сексуально. Например, таких, как ее кузина Анжу.

— Еще чаю?

Гарри налил чаю в ее чашку и, подозвав официанта, заказал еще пару сдобных булочек. Затем выжидающе посмотрел на Ханичайл.

— Итак, — произнес он, — можешь рассказать мне, что все это значит?

Ханичайл с сомнением посмотрела на Гарри.

— Я могу доверять тебе? — спросила она дрожащим голосом.

Гарри почувствовал большое облегчение, что она наконец заговорила, и подумал, что ему придется просидеть здесь всю ночь, дожидаясь, когда она придет в себя, что было сопряжено для него — и для Ханичайл — с большими неприятностями от лорда Маунтджоя. Старик мог лишить ее наследства еще до того, как она станет наследницей.

— Ханичайл, — проникновенно начал Гарри, — из всех мужчин в Лондоне я единственный, кому можно доверять. Ты даже не представляешь, — добавил он с улыбкой, — сколько женщин доверяли мне свои самые сокровенные тайны, но я о них даже словом не обмолвился.

Он, правда, не сказал Ханичайл, что эти тайны раскрывались ему в постели и половиной своего успеха он был обязан своей благоразумности. Потому что, если бы не его благоразумность, его бы никогда больше не приглашали ни на одну средиземноморскую виллу и ни в один загородный дом.

— Продолжай, дорогая, — сказал Гарри с нежностью в голосе. — Почему бы тебе не начать все с самого начала и не рассказать мне все. Тогда мы решим, что можно сделать.

Отпив глоточек чая, Ханичайл глубоко вздохнула и рассказала Гарри о телеграмме с ранчо Маунтджой и о том, какой богатой станет.

Гарри посмотрел на Ханичайл другими глазами: она сама скоро станет миллионершей, и ей не нужны деньги старика Маунтджоя. Фактически она станет богаче самого Маунтджоя.

Ханичайл рассказала, что не доверяет Андерсену и хотела посоветоваться с Алексом Скоттом, поэтому поехала повидаться с ним.

— Тебе не кажется, дорогая, — сказал Гарри, внезапно почувствовав к Ханичайл повышенный интерес, — что неразумно наносить визит одинокому мужчине в столь поздний час? Это слишком рискованно, Ханичайл.

— Лучше бы я этого никогда не делала, — ответила она, вспыхнув от стыда. — Лучше бы…

Гарри с тревогой посмотрел на нее:

— Надеюсь, ничего не случилось? Я хочу сказать, Алекс не приставал к тебе… или что-то в этом роде?

Ханичайл отрицательно покачала головой:

— Он был с…

Гарри подался слегка вперед, чтобы расслышать произнесенное Ханичайл имя. Никогда не знаешь, на чем можно будет поймать Алекса Скотта. Хорошо будет иметь в запасе хоть что-то.

Гарри удивился, когда Ханичайл сердитым шепотом произнесла:

— Он был с Анжу.

Гарри вспомнил свой маленький загул с Анжу: она была сексуальным ласковым кокетливым котенком и хорошо знала свое дело. Разумеется, Анжу переспала с ним только потому, что скучала; ей представилась такая возможность, и она воспользовалась ею. Кроме того, она почувствовала в нем родственную душу: они оба умели изворачиваться. Гарри восхищался Анжу, но она презирала его, потому что он был беден. Он звонил ей несколько раз, по большей части из-за денег Маунтджоя, но Анжу была слишком умна, чтобы не понять этого. Она так и не перезвонила, и Гарри послал ей письмо, однако ответа не последовало. Анжу была нужна более крупная рыба, с более громким титулом и большими деньгами, чем Гарри мог ей предложить.

Гарри подумал о Ханичайл и ее новом состоянии, о том, как он сможет осуществить свою мечту, появившись в конце концов в Монте-Карло в хорошем фраке, белом галстуке и с бриллиантовыми запонками.

72

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.ru