Пользовательский поиск

Книга Муж, любовник, незнакомец. Содержание - Глава 9

Кол-во голосов: 0

Ной и даже Колби хотели бы этого. Да, тело говорило ей, как нуждается она в остром наслаждении, которое мог дать Эл. Об этом же кричало ее сердце. Но ей это было не суждено.

— Джей встретился со всеми, с кем ему надлежало встретиться на сегодняшний день, — говорил между тем Эл. — И кое с кем, кого видеть было не обязательно, просто он на этом настаивал. Счастлив сообщить, что он произвел на всех чертовски сильное впечатление. Но твой сын себе на уме, Уоллис.

— Это осложняет дело?

— Это ничего не осложняло бы, если бы я знал, каковы его намерения. На первый взгляд кажется, что он на нашей стороне, но у меня есть ощущение, что он готовит сюрприз.

— Уверен, что не нам?

— Кое-кому, — уклончиво ответил Эл.

Уоллис не понравилось, как он это произнес. Замысел состоял в том, чтобы Джей встретился с главными фигурами в совете директоров и попечителей и постарался завоевать их поддержку. Технически все было просто: получив контроль над акциями Колби и Ноя, он становится крупнейшим держателем ценных бумаг. Но и лидеру требуется демонстрация поддержки. Это похоже на политическую кампанию. И никаких сюрпризов здесь быть не может.

— Он еще не спрашивал о Ное? — Вопрос Эла, произнесенный шепотом, заставил Уоллис резко тряхнуть головой. — Что ты собираешься сказать, когда он спросит?

— Что ему лучше запомнить отца таким, каким тот был, особенно учитывая то, что Джей еще не окончательно пришел в себя. Это было бы для него слишком сильным потрясением.

Эл задумчиво наблюдал за ней.

— Ты не собираешься сообщить ему, что Ной приходит в ярость при одном упоминании его имени? И о том, что именно Джея он винит во всем, что случилось?

— Господи, нет, Эл! Зачем? Если Джей не будет об этом знать, это не сможет и навредить ему — или нам.

— Но он все равно узнает о суде, Уоллис. Пусть он состоялся несколько лет назад, но о нем писали все газеты, он был главной новостью, для страны.

— Разумеется, но Джей никогда не узнает, что произошло на самом деле. Никто не узнает, Эл. Никто не может узнать. — Она испытующе посмотрела ему в глаза, пытаясь понять, почему он вообще задал такой страшный вопрос. Если кто и мог понять всю рискованность ситуации, так это Эл. Он находился в ней так же глубоко, как Уоллис. Вероятно, даже глубже, учитывая все обстоятельства.

— А как насчет Софи? — спросил Эл.

— С ней будут проблемы, — призналась Уоллис. — На днях Джей возил ее на мотоцикле и до смерти напугал. Надеюсь, мне удалось убедить ее, что это просто следствие пережитого стресса. Я умоляла ее дать ему время, чтобы прийти в себя. Но она начинает сомневаться в том, что он действительно Джей. Эл, признаюсь откровенно, я беспокоюсь.

Эл выругался себе под нос.

— Если она будет против нас, мы проиграли. Ты это прекрасно понимаешь. Жена Джея Бэбкока не верит, что он — Джей Бэбкок? Господи Иисусе, все пропало!

Уоллис молчала, с трудом преодолевая желание вступить в спор. Тихое мурлыканье фонтанчика обычно действовало на нее успокаивающе. Сейчас оно звучало как эхо ее тревоги.

— Ты хочешь, чтобы я что-нибудь предпринял? — спросил Эл.

Она не совсем понимала, что он имеет в виду, говоря «что-нибудь», и не собиралась допытываться. С ее точки зрения, они и так уже сделали слишком много. Насколько могла убедиться Уоллис, ученые со странной легкостью оперируют такими крайностями, как жизнь и смерть. У себя в лабораториях они изо дня в день исполняют роль Творца, а для некоторых из них планета все равно, что большая лаборатория. Но Уоллис не собиралась снова проходить через этот ад. Для нее только что забрезжил выход из лабиринта боли и смятения, в котором она долгие годы бродила как потерянная.

— Оставь Софи на мое попечение, — сказала она, стараясь придать голосу бодрость. — Она, кажется, доверяет мне, приходит со своими сомнениями, и, будем надеяться, я смогу провести ее через все это.

Глава 9

«Лгунья», — думал он. Мышцы его лица приятно напряглись в ответ на иное, более глубокое и темное чувство. «Неотразимая маленькая лгунья».

Пользуясь преимуществом своей позиции — на вершине утеса, Джей наблюдал, как она крадется через яблоневый сад внизу: ее легкое платье вскипало на ветру подобно белоснежному цветению деревьев. Она направлялась к лугу и понятия не имела, что за ней наблюдают.

Тяжелая от множества цветов сломанная ветка лежала на земле. Она опустилась на колени, подняла ее, взметнув шквал белых лепестков, и поднесла к лицу, вдыхая густой аромат. Обычно она собирала волосы на затылке в узел или хвост, но сегодня они были распущены, и когда она склонила голову, уткнувшись лицом в цветущую ветку, это золотисто-рыжее богатство свободно рассыпалось по плечам. Она стала похожа на принцессу с картинки из детской книжки сказок.

Никто, кроме нее, не принял бы за улыбку едва заметный изгиб его губ, вероятно, это и не было улыбкой в подлинном значении слова, но она бы поняла, к кому это относится.

К ней, милой лгунье, какой она, в сущности, была. Она отвергла его предложение, утверждая, что не готова снова посетить их тайную поляну, и вот она здесь, крадется, словно призрак.

«Быть может, так и лучше», — подумал он, ощутив где-то в глубине неясный порыв. Теперь, когда он застукал ее, ей придется заплатить за свое преступление. И это может оказаться интересным.

Сегодня Джей в одиночку бродил по утесам без всякого специального снаряжения, если не считать горных ботинок и портсигара. Белая известковая пыль покрывала его руки и плечи. Он осторожно вытер ладони о джинсы, чтобы ни малейший кусочек известняка не сорвался с утеса и не обнаружил его присутствие. Джей научился карабкаться по этим скалам еще в детстве, но не поэтому он пришел сюда сегодня. Его привел завладевший им образ. Со дня возвращения он неотступно преследовал его.

Джей видел, как окровавленная рука протягивается в темное, похожее на подвал помещение, и слышал какой-то металлический лязг. Временами ему чудилось, что он со стороны наблюдает за кем-то, но потом вдруг оказывалось, что это его собственная рука, сжимающая что-то холодное и тяжелое, похожее на сталь, на оружие — только это не оружие. Что бы ни находилось там, в подвале, это было нечто очень важное, существенное, хоть он и не знал, почему оно так важно и даже — откуда ему об этом известно.

«Для Ноя уже слишком поздно, — нараспев повторял голос, что было абсолютно бессмысленно, поскольку голос принадлежал самому Ною. — Он сорвался в расщелину. Не оглядывайся». Его отец разговаривал с кем-то, вероятно, с ним самим, а издали доносился рев ветра или воды, из чего Джей делал вывод, что все это происходило не в помещении. Утесы перемежались темными провалами и расщелинами, которые он облазил в детстве вдоль и поперек. Теперь он решил исследовать это место в первую очередь, для чего и вышел из дому рано утром. Но пока ничего не нашел, кроме… нее.

Софи — сюрприз в упаковке.

Он следил за ее продвижением с прицельной точностью, которую приобрел, лишившись правого глаза. Наверное, ему следовало догадаться, что она появится здесь раньше его. Ее действия вообще было так легко предугадать, ведь она в большинстве случаев вела себя абсолютно нормально. Но могла оказаться и непредсказуемой. А теперь, если захочет, и опасной, особенно для него.

Добравшись до поляны, Софи остановилась. Глядя на небольшой ручеек, зигзагами бежавший через густую зеленую траву, она рассеянно водила по щеке цветущей яблоневой веткой. Она стояла спиной к Джею, повернув голову, и он видел, что глаза у нее закрыты — она вспоминала.

Вспоминала ли она то же, что и он? Одно их свидание стояло у него перед глазами — картина, сверкающая словно бриллиант на солнце, — их первое свидание, полное юной, необузданной страсти. Большинство образов, роившихся у него в голове, были смазанными и не затрагивали душу. Но ту встречу у ручья он видел так живо, словно нервная система возмещала ему в этот момент все утраченные чувства.

25
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru