Пользовательский поиск

Книга Муж, любовник, незнакомец. Содержание - Глава 4

Кол-во голосов: 0

— Мне так жаль, — прошептала она, — ты последний, кому я хотела бы причинить боль на этом свете.

Он вдруг сильно стиснул ее в ответ и сказал:

— Я хочу только, чтобы у тебя все было хорошо.

— Так и будет, — ответила Софи. «И по-другому быть не может», — добавила она про себя. У нее ведь теперь есть все, что он ей дал. Но сквозь трубные звуки туманной сирены и грохот бурунов она различала тайный страх в его голосе:

— Надеюсь, Софи. Господи, я так на это надеюсь!

Глава 4

Софи с трудом сдержала крик, когда «харлей» резко накренился на повороте и они выехали на боковое шоссе. Она крепко прижалась к Джею и подавила в себе желание вскрикнуть, зная, что именно испуга он от нее всегда втайне ждал — сидела ли она позади него на мотоцикле или была с ним в постели, Джей Бэбкок обожал, когда она кричала.

От обжигающего ветра, дувшего в лицо, слезились глаза, все вокруг виделось как в тумане, и поэтому у нее было чувство, будто все это происходит не наяву. Она никак не могла поверить, что сидит за спиной ездока на мощном мотоцикле, несущемся по ведущему на юг шоссе № 405 со скоростью более девяноста миль в час, и прижимается к человеку, которого считала мертвым и ушедшим из ее жизни навсегда. Не прошло и двух недель со времени неудавшейся помолвки, когда она строила планы на будущее так, словно его больше не существовало, разве что в дальнем уголке памяти. И вот он здесь, везет ее на своем мотоцикле, том самом, на котором носился как черт еще подростком.

Воспоминания хлестали ее, как порывы ветра, и доводили до ужаса. Ее пугала скорость. Он мчался так быстро, что у нее с головы сорвало заколку и теперь золотистые локоны свободно развевались на ветру и хлестали по нежной раскрасневшейся коже.

Мотоцикл накренился так, что полотно дороги вздыбились, словно мототрек, и Софи снова едва сдержала крик, когда они ракетой влетели на улицу. Она никогда не любила таких залихватских гонок и теперь спрашивала себя, почему согласилась ехать с ним на мотоцикле.

Джей возник сегодня в аллее возле ее дома на ревущем звере, который теперь нес на спине их обоих. Они поедут на встречу со своим прошлым, сказал он ей. Это был сюрприз, и он желал обставить его должным образом, поэтому провел все утро, копаясь в мотоцикле, чтобы удостовериться, что тот еще может носиться, как прежде. Что ж, он несся. Это уж точно.

— Эй, там, сзади, все в порядке? — крикнул Джей, когда они выехали на перекресток.

— Да, прекрасно, — солгала она. «Ты ведь так и не дождался, чтобы я закричала, да?» — Сколько нам еще ехать?

Джей рассмеялся и прижал руку к ее ладони, вцепившейся в карман его хлопчатобумажной рубашки так, что карман едва не оторвался.

— У девочек, которые себя прекрасно чувствуют, не белеют костяшки пальцев, — деловито констатировал он. Поднеся побелевшие суставы к губам, он поцеловал их один за другим, затем позволил ее руке снова смертельной хваткой вцепиться в его одежду.

В желудке у Софи что-то поднялось и тут же стремительно опустилось, словно при очередном крутом вираже.

— Уже недалеко, — заверил он. — Осталось проехать пару миль. — Он оглянулся и одарил ее той самой знакомой возбуждающей улыбкой. — Тебе ничего не надо бояться, когда ты со мной, помнишь? Провидение хранит нас.

Что-то болезненно ткнулось ей в грудь. Словно случайный прохожий в толпе грубо толкнул ее и прошел мимо. Ощущение не исчезло даже после того, как она сделала глубокий вдох. Джей всегда говорил ей это во время увеселительных прогулок, которые они предпринимали вдали от населенных мест, следуя той или иной его безумной прихоти.

Он утверждал, что боги, храпящие невинных детей, защищают их и с ними ничего не может случиться, пока они любят друг друга и остаются вместе. Это было главным аргументом, когда он хотел убедить ее сделать то, что ее пугало, например, взобраться по горной тропе на ослах, вместо того чтобы воспользоваться фуникулером, как все остальные люди, или пролететь на дельтаплане над Большим Каньоном, что она, к своему величайшему удивлению, действительно проделала, испытав при этом нечто вроде религиозного экстаза.

Нет, не Большой Каньон, не ослы и не какая-то другая авантюра, в которую он ее вовлекал, пугали ее. Пугал сам Джей, определенно представлявший опасность для ее душевного равновесия. Собственный муж убивал ее своей неутолимой страстью к бродяжничеству и стремлением бросить как можно более дерзкий вызов судьбе.

С годами Софи становилось все более очевидно, что их отношения никогда не заполнят его жизни и не принесут ему достаточного удовлетворения, и это вселяло в нее чувство собственной несостоятельности, которое она не умела преодолеть. Вероятно, ей не следовало принимать это на свой личный счет, но Джей был сутью ее жизни, и любовь к нему оказалась так глубока, что не поддавалась никакому описанию.

Но одновременно такой же глубокой становилась и боль. Он сказал ей, что боги хранят их, пока они вместе, а потом ушел. «Боже, как же это было больно!»

В глубине души она боялась, что ему просто недостаточно ее одной, и всегда будет недостаточно; вот что буквально убивало ее — боль от сознания безответности своих чувств. Тогда, пять лет назад, Софи полностью растворилась в Джее Бэбкоке, перестала существовать отдельно от него. Она не могла допустить, чтобы это случилось снова. И не допустит.

Забегаловка «Крутой Дэн Маккой», которую путеводитель Элмера Дилла «Любая трапеза не дороже десяти долларов» весьма претенциозно и без достаточных на то оснований характеризовал как «предмет нашей гордости», знаменовала собой границу округа Саут-Орендж. Работающая круглые, сутки обшарпанная таверна предлагала толпам задиристых байкеров и всем, кто имел к тому вкус, жирную пищу, пиво, настолько холодное, что посетители хвастались, будто у них замерзали мышцы, а также крытый бассейн позади дома, над которым клубился густой синий пар.

Джей сбросил газ и воткнул свой громыхающий «харлей» в шеренгу сверкающих никелем и сталью мотоциклов. Создавалось впечатление, что это один и тот же мотоцикл, многократно отраженный в галерее зеркал. Увидев, что Джей выключил мотор и соскочил со все еще вздрагивающей машины, Софи поняла, что он собирается войти внутрь.

Ну конечно! Да он же вылитый байкер, прирожденный дьявольский ездок — с этой повязкой на глазу, в майке, уже окропленной масляными брызгами, и джинсах-дудочках, плотно обтягивающих длинные мускулистые ноги.

— Ты в порядке? — Вопрос прозвучал как ничего не значащий, чего нельзя было сказать об испытующем взгляде Джея. Его бровь вопросительно приподнялась, а единственный пронзительно-синий глаз сверкал любопытством, требующим немедленного удовлетворения.

Очевидно, Софи была не в состоянии даже убедительно кивнуть головой, потому что ее попытка вызвала у него лишь скептическую улыбку. Он не потрудился взять протянутую ему вялую ладонь. Вместо этого он взял в свои руки все. В буквальном смысле.

Софи уже догадалась, что он собирается сделать. Она прекрасно умела читать малейшие движения его тела. И промолчала только потому, что не поверила, но он действительно наклонился и подхватил ее на руки, как ребенка. Своего ребенка. Свое милое дитя.

— Что такое? — Он крепко прижал ее к себе — Софи бедрами и плечами ощутила мощь его бицепсов — и взглянул прямо в глаза. — Кто из нас дрожит? Ты или я?

— Вероятно, это землетрясение, — рассмеялась Софи, но, поскольку в горле у нее пересохло, звук получился какой-то каркающий.

Он не уловил юмора и, продолжая пристально вглядываться ей в лицо, произнес:

— Эй… да ты и вправду испугалась, да? Почему же ты мне ничего не сказала?

Он казался искренним, чего она меньше всего от него ожидала. Тот, прежний Джей, скорее, попытался бы развеять ее страх, поддразнивая, что ему, кстати, никогда не удавалось — он добивался лишь того, что Софи загоняла свой страх внутрь. Этот же человек казался искренне встревоженным, и хотя она не спешила с выводами, перемена обещала быть приятной.

11
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru