Пользовательский поиск

Книга Месть женщины среднего возраста. Страница 35

Кол-во голосов: 0

Я сосредоточилась на цикории, его тонком, горьковатом вкусе.

– Нет. Куда больше ущерба я причиню, убив себя.

– Если ты серьезно, то, пожалуй, я не возьму тебя с собой по магазинам – зря потратишь деньги.

Я рассказала Мазарин о жене министра. Подруга вздохнула:

– А чего она ожидала? Что жизнь – сплошные удовольствия и ни капли боли?

– На ее долю выпало слишком много боли и ни капли удовольствия.

Мазарин задумалась.

– Как думаешь, есть хоть какой-то признак того, что Натан опомнится?

– Он уже давно уехал. Его нет с февраля – целую вечность. И поэтому наладить отношения будет намного сложнее, даже если он надумает. Ему хотелось перемен. Хотелось прикоснуться к фантазии, пока не поздно… Он больше не верил в меня. И, как ни странно, думаю, Хэл тоже приложил к этому руку.

– Та старая история? Вот это да.

– Впрочем… – Я вспомнила, как Натан вскочил на ноги, когда Минти его позвала; вспомнила ее мягкий, гладкий румянец. – Натан без ума от Минти.

Мазарин резко оборвала меня: – Молодые и симпатичные умеют быть злыми, и Минти сходит это с рук – пока.

Яркая обстановка ресторана потускнела.

– То же самое чувствуешь после смерти… тебе ли не знать. Только нет тела, которое нужно оплакивать.

Мазарин поправила серьгу, и меня поразил ее вид: на редкость смущенный.

– Надеюсь, ты устраивала ему бурные бесконечные сцены.

– Да нет. Хотя сейчас, конечно, жалею об этом.

– Разумеется. Англичане унылы не только в радости, но и в горе. – Я пропустила это замечание мимо ушей. Мазарин поковыряла моллюсков у себя на тарелке, и ее накрашенный рот скривился в горькой усмешке. – Никогда не знаешь, чем наши так называемые любимые нас удивят, не так ли? – Пауза была слишком долгой. – Когда Ксавье умер, мне пришлось перебрать бумаги. Как же иначе. И я нашла кое-что, чего никогда, никогда бы не ожидала увидеть. – Еще одна пауза. – Когда просматриваешь документы покойного, у тебя появляется преимущество, которое тебе вовсе не нужно…

Официант принес тарелки, на которых был и красиво разложены палтус и зеленая фасоль. Мазарин не удостоила блюдо критично-проницательного взгляда, как обычно.

– Когда Ксавье умер два года назад, у него осталось много всего: пекарня, собственность и прочее. И оказалось, что у него есть дом. Прекрасный дом в шестнадцатом округе.[12]

Я была озадачена. Прекрасный дом в шестнадцатом округе – разве это не приятный сюрприз? Я накрыла ладонью ее руку – она дрожала.

– Мазарин?

– Оказалось, что в этом доме находился элитный бордель. Очень дорогой и эксклюзивный. Теперь понимаешь?

Палтус остыл. Вокруг нас по-прежнему раздавался стук дорогих столовых приборов, сервируемых к дорогому ланчу. Жара, крахмальные скатерти, небрежно-шикарные наряды других гостей ресторана, солнце, заливающее золотисто-голубой навес, – все это напоминало артхаусные фильмы, на которые мы с Мазарин бегали в Оксфорде и сюжет которых чаще всего был нам непонятен. Она повторила:

– Это прекрасный дом, в нем полно прекрасных вещей, и мне говорили, что Ксавье тщательно продумывал обстановку и хорошенько все устроил. Все женщины красавицы. Судя по всему, многие потом удачно выходят замуж и делают карьеру. Становятся специалистами по раковым заболеваниям и телеведущими. – Она посмотрела на меня безжизненным взглядом. – Старый дурень. Мог бы сказать мне… Клянусь, я бы не стала устраивать сцен, это стало бы нашим общим секретом.

– Ты собираешься там жить?

– Жить в этом месте? Нет, я продам дом и выручу хорошие деньги.

Я собралась с духом:

– Ксавье не собирался умирать, Мазарин. Он бы не скрывал этого долго. Рано или поздно он бы тебе сказал.

Мазарин смотрела куда угодно, только не на меня. Официант принес крошечные кофейные чашечки и оставил посреди стола кофейник. Я разлила кофе и протянула ей чашку. Все это было слишком сложно и болезненно.

Мазарин прикрыла глаза.

– Какая же я дура. Почти такая же, как ты.

Я вяло улыбнулась:

– Да уж. Давай посмотрим, что мы получили за верность. За то, что ты была хорошей и красивой женой, тебя отблагодарили борделем, что, должна заметить, намного интереснее, чем быть брошенной ради молоденькой женщины.

После обеда Мазарин повела меня по магазинам.

– Цель этой поездки – привести тебя в порядок, – заявила она. – Думаю, ты должна посмотреть правде в лицо и уделить внимание своей внешности.

– Неужели я на самом деле выгляжу так плохо?

– Да.

– И поход по магазинам мне поможет?

Она пожала плечами:

– Через это надо пройти.

Первой остановкой был бутик «Ля Бель Дам Сан-Мерси», специализирующийся на нижнем белье. В витрине висел постер – реклама выставки Мазарин.

– Да, да, Роуз. – В магазине, она передала меня заботам поразительно красивого юноши. – Женщины его не интересуют, – прошептала она.

Я оглядела себя в зеркало.

– Мне повезло.

Пока продавец обмерял и ощупывал меня, я смущенно таращилась на узелки кремовой атласной ленточки, поддерживающей занавески. Мазарин и юноша совещались и толкали меня туда-сюда, будто я была невесомой.

Зеркало в полный рост подтвердило мою худобу, но я не была ей рада, как раньше. Что это за женщина в зеркале, с отсутствующим взглядом, сгорбившаяся?

– Ну-ка, Роуз. Примерь вот это. – Мазарин протянула мне первую из многочисленных вещиц.

Я подчинилась и почувствовала, как моя плоть скользнула в каркас из кружева и проволоки.

– Вот так-то, – проговорила она, словно волшебница, довольная своей работой. – Хорошо.

Если вам интересно, коэффициент удовольствия от того, что ты без труда влезаешь в черное кружевное боди, вышитое крошечными бабочками, очень высок.

– Как у тебя с финансами? – поинтересовалась Мазарин, когда мы вышли из бутика, нагруженные дорогими пакетами.

– Мне выплатили зарплату за полгода вперед. По крайней мере час назад она у меня еще была.

У Мазарин был самодовольный вид.

– Это инвестиции в твое будущее.

– Я не ищу нового мужа.

– Кто говорил о новом муже? Следующей остановкой стал бутик «Зу-Зу», владелица которого, стройная, роскошная женщина, похоже, была в прекрасных отношениях с Мазарин. Они быстро и эмоционально переговаривались, частенько указывая в моем направлении, и у меня создалось впечатление, будто они считают, что в моем гардеробе нет ни одной приличной тряпки. Запихнули потом меня в кабинку и практически сорвали с меня одежду.

Вокруг меня мелькали руки, слышалась болтовня; кто-то что-то подкалывал мне булавками.

Я обнаружила, что на мне надето льняное платье без рукавов, скроенное в о-очень французской манере. Но боже мой, похоже, пуговицы никак не могли договориться с моим бюстом. Признаюсь, меня это порадовало. В жизни мы так много теряем или тратим понапрасну – упаковку в супермаркете, эмоции, годы, потраченные, чтобы построить семью, – но в этой области ничего нельзя упускать из виду. Пуговицы, выгодно выделяющие линию груди, помогают залечить раны, нанесенные временем и любовью, разверзшиеся и начавшие кровоточить после всего лишь одной фразы: «Я нашел другую».

вернуться

12

Шестнадцатый округ Парижа – коммерческий квартал с резиденциями высшего общества.

35
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru