Пользовательский поиск

Книга Лунные грезы. Содержание - Глава 3

Кол-во голосов: 0

Гай вздохнул:

– Как скажешь, cherie[5] .

Его прищуренные глаза ничего при этом не выражали.

– Ты невозможен, – чуть хрипловато пожаловалась она и отвернулась, чтобы скрыть слезы. – Не понимаю. Чем я тебе не угодила?

Гай сжал ее пальцы:

– Ты само совершенство.

– Ты не любишь меня, – простонала она, выдергивая руку.

– О Виктория…

Женщина прикусила губку:

– Знаю, Мучаюсь, как влюбленная школьница, но ничего не могу поделать. Это все ты, ты виноват! Ненавижу себя, но от этого не легче! Я влюблена в тебя. И стараюсь покорить. Чтобы ты был только моим.

Гай уставился на длинный ряд столиков, накрытых безупречно чистыми розовыми скатертями, сверкающих серебром и хрусталем, но тут же перевел тоскливый взгляд на реку. В темной воде играли причудливые отблески света. Если бы только он мог исчезнуть, затеряться в этих волнах, позволить неспешному течению нести его к морю…

– Гай, пожалуйста…

– Ты ведь знаешь, каков я, – спокойно, невыразительно пробормотал он. – Я с самого начала предупреждал, что влюбляться в меня опасно. И совершенно не желал этого.

– Слова…

Виктория беспомощно отмахнулась и, не докончив фразу, принялась нервно вертеть в пальцах серебряную солонку. Глаза подозрительно поблескивали.

– Если потребуешь, я оставлю Ричарда. Только скажи…

– Нет, – торопливо и резко перебил Гай. – Сколько раз повторять? О женитьбе не может быть и речи.

Женщина съежилась. По щекам медленно поползли слезы. Гай молча наблюдал за ней.

– Как ты жесток!

Гай пожал плечами:

– Во всяком случае, не намеренно. Я всего лишь сказал правду.

Он вдруг почувствовал, что смертельно устал и так измучен, что почти не в силах говорить. Все повторяется снова и снова. Доколе ему придется переживать эти мгновения, неизбежный третий акт плохой мелодрамы?

Гул голосов постепенно стихал, в зале будто потемнело.

– Тебе никто не нужен.

– Совершенно верно.

Он быстро встал, жестом велел официанту принести пальто Виктории и учтиво накинул ей на плечи легкую ткань из шерсти ламы. Виктория машинально поднялась. Гай взял ее под локоть, и она едва не отшатнулась от его прикосновения, безразличного, как удар мимоходом.

– Ты наблюдательна, Виктория. Мне действительно никто не нужен. Даже я сам.

Пустота в прозрачно-серых глазах казалась поистине леденящей. В ушах Виктории неожиданно зазвучал его голос, произносящий нежные слова в минуты страсти. Ласки этих длинных сильных пальцев, запах его кожи…

– Я обидела тебя, – прошептала она. Гай, все такой же неизменно вежливый, повел ее к выходу.

– Нет, – с легким сожалением ответил он. – И не думай об этом, Виктория.

Ей почему-то стало легче, словно стальная змея, обвившая сердце, чуть разжала кольца. Он по-своему добр к ней. И она вовсе не теряет его. Потому что Гай никогда ей не принадлежал.

– Я буду скучать по тебе, Гай.

Он поднес к губам ее ладонь:

– И я тоже.

Провожая Викторию к выходу, Гай против всякой очевидности надеялся, что это окажется правдой. Он помог ей сесть в такси, ожидая, пока пройдет оцепенение, сковавшее душу. Как бы он хотел вновь почувствовать… но что? Боль, грусть, одиночество… все, что отпущено ему судьбой.

Такси исчезло в темноте. Виктория не оглянулась. Не махнула на прощание рукой. Гай попытался запечатлеть в памяти ее лицо, сохранить что-то теплое, человечное, отличавшее их отношения. Голубые глаза, очень красивые…

Он стоял, глядя в пустоту, не замечая главного швейцара, маячившего поблизости. Кажется, пошел снег.

«И никто, никто не может ранить меня», – с безнадежностью подумал Гай. Там, где он, всегда царит зима.

Гай немного поколебался, решая, не вернуться ли ему в номер. Нет. Сегодня он хочет презреть ее муки и собственное безразличие ко всему на свете. Хочет тепла, света и веселого общества. Иначе он, пожалуй, вообще забудет о том, что еще жив.

14
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru