Пользовательский поиск

Книга И к гадалке не ходи. Содержание - IV

Кол-во голосов: 0

— Пока сама не знаю, — пожала плечами дочь. — Мы увиделись-то совсем накоротке. Только телефонами успели обменяться.

— Тогда скорее доедай и звони ей, — потребовала Нина Филипповна. — А то я умру от любопытства.

И, пока дочь ела, она, сидя напротив нее, не переставала причитать. Как, мол, это получается, что люди с нулевыми талантами великолепно устраиваются, а такие, как Дина, у которых вроде бы все задатки, влачат жалкое существование в какой-то поликлинике.

Дина ежилась, и, оттого, что сама считала примерно так же, слова матери воспринимала с двойной горечью.

— Ну что ж ты меня совсем уж низводишь! — наконец не выдержала она. — Меня, между прочим, на работе любят и уважают. И живем мы не хуже многих. И дети какие замечательные.

— Мы замечательные, — немедленно отреагировал за стеной Мишка.

— Учи уроки, чудище, и не подслушивай! — Дина невольно прыснула.

— Ма-ам, а твоя Аполлинария меня на «Мерседесе» покатает? — не унимался сын. — Ты ей скажи, я даже на шампанское ее не выставлю, потому как еще несовершеннолетний и мне по закону нельзя!

— Замолчи, горе мое! Пусть тебя отец на машине катает.

— А у него «Мерседеса» нету, — возникнув на пороге кухни, логично возразил Мишка. — Поэтому получается дискриминация меня. Юлька на «мерсе» уже катается, а я нет.

— На каком это еще она «мерсе» катается? — мигом встревожилась Дина.

— Цвета металлик, — пояснил сын.

— Меня не цвет интересует, а чей он!

— Откуда ж мне знать. — Мишка пожал плечами. — Какой-то хахаль к дому ее подвез, и она с ним еще на прощание целовалась. А я во дворе с горки катался и видел. Ну это когда у меня санки, которые отец на Новый год подарил, уперли.

— Черт с ними, с санками. С кем она целовалась? — подпрыгнула на табуретке бабушка.

— С мужиком каким-то, естественно, — продолжал продавать сестру с потрохами Мишка.

— Он молодой был или старый? — задала новый вопрос бабушка.

— Не молодой, но и не старый.

— Как кто? — это уже спросила Дина. Мишка глубоко задумался.

— Пожалуй, как наш новый физрук.

— Значит, молодой, — с некоторым облегчением выдохнула Дина. — Не больше двадцати пяти.

Но и это ей не понравилось. Юльке всего пятнадцать. Придется с ней провести серьезную воспитательную беседу.

— Ma, ты Юльку не ругай, — неожиданно спохватился сын. — А если будешь ругать, скажи, что соседка тебя просветила. Если меня выдашь, сеструха мне после накостыляет, и тогда на информацию от меня не рассчитывайте.

— Шантажист, — констатировала бабушка.

— Мы и не рассчитывали, — нахмурилась Дина. — Ты сам проболтался. Хотя это правильно. Иначе влипнет еще наша Юлька в историю.

— Во-во. Я тоже волнуюсь, — ханжески заявил Мишка. — Поэтому ты, мама, сошлись на соседку, а я тогда за Юлькой еще послежу.

— Брысь уроки доделывать! — прикрикнула Нина Филипповна. — И дверь за собой не забудь закрыть. Вот еще не было печали, черти накачали, — прошептала она дочери, когда внук удалился.

— Да погоди, мама, паниковать, — откликнулась Дина. — Может, вообще ерунда. Чей-нибудь старший брат подвез, а то, что они целовались, Мишке показалось. Или придумал для пущей важности. Знаешь ведь, как у него фантазия работает.

— Ой, не нравятся мне эти «Мерседесы».

— Я с ней обязательно поговорю.

— А пока она домой не явилась, позвони Аполлинарии. Не терпится про нее узнать. Центр-то этот ее чем занимается? Что на нем написано?

— Духовного и еще какого-то там развития. — Про ясновидение Дина решила матери пока не говорить.

— Еще интереснее. Ну давай. Звони. А я выйду. Проверю, как наш фантазер со своей алгеброй справляется.

Дина осталась в кухне одна. Звонить подруге, с одной стороны, хотелось, а с другой — нет. Но мама от нее теперь не отстанет. Да и неудобно. Поля первая позвонила. Выходит, она, Дина, ошиблась. Подруга, расставшись с ней, не пожалела, что дала телефон. Дина глубоко вздохнула, сходила в прихожую за сумкой, отыскала Полину визитку и быстро набрала номер.

IV

Едва услышав Динин голос, Аполлинария заверещала:

— Молодец, что сразу перезвонила! Слушай, у меня вечер освободился. Приезжай прямо сейчас ко мне. Потреплемся, как в лучшие времена, до рассвета.

— Поля, это бы здорово, и я со всем удовольствием, но ведь только с работы. Ноги не ходят. И завтра с утра прием.

— А в чем проблема? — не ослабляла напора подруга. — Сейчас мигом пришлю к тебе Славика. Я специально его не отпускала. Он тебя ко мне доставит, так что ноги не перетрудишь. Я тебя напою, накормлю, выспишься, а утром он тебя прямиком к поликлинике доставит. В общем, никакого напряжения.

— Ну я даже не знаю, — по-прежнему колебалась ошарашенная неожиданным предложением Дина. — У меня тут мама, дети.

— Разве дети грудные или кто-то болен? — в голосе Поли послышалось удивление.

— Да нет, но… — пролепетала Дина.

— Вот что, дай-ка мне сюда тетю Нину! — со всей решительностью потребовала Аполлинария. — Сейчас я попрошу ее посидеть с внуками.

— Она, разумеется, посидит, — заверила Дина. — Хотя они, собственно, большие.

— Юльке твоей небось лет пятнадцать…

— Именно. Понимаешь, мне сегодня нужно серьезно поговорить с ней, а она еще не вернулась.

— А завтра поздно будет? Вопрос жизни и смерти?

— Надеюсь, нет.

— Тогда что тебя тормозит? Или ты меня видеть не хочешь? — вопрос прозвучал обиженно.

— Ой, Поля, о чем ты! Конечно, хочу. Привыкла после работы дома…

— Отвыкай! Вредная привычка. Да что мы зря время теряем. Диктуй адрес, и Славик за тобой выезжает. Подъедет — позвонит. Тогда можешь спускаться. Телефон не занимай. Кстати, мобильник я тебе уже приготовила.

— Зачем? — завопила Дина, однако подруга уже бросила трубку.

Когда Дина начала торопливо переодеваться (ударить лицом в грязь перед Аполлинарией не хотелось), мама удивилась.

— Что это вы так быстро переговорили? И куда ты собралась на ночь глядя?

— Полька выслала за мной машину, еду к ней с ночевкой, вернусь домой завтра после работы, — на одном дыхании ответила дочь.

— Вот и правильно, — одобрила Нина Филипповна. — А то все дома и дома. Совсем закисла. А завтра мне подробно расскажешь. Ой, как интересно. Посмотришь, какая у нее теперь квартира.

— Ма, а мне прямо сейчас покататься на «мерсе» нельзя? — сунул в комнату кудрявую голову Мишка. — Ну только до уголочка. Потом прибегу обратно. Бабушка меня у подъезда подождет, чтобы ты не волновалась.

— Бабушке делать больше нечего, — придирчиво оглаживая на бедрах новые черные брюки, проворчала Дина.

— А мне самой интересно на Поленькину машину посмотреть, — возразила Нина Филипповна.

— Что малый, что старая, — вздохнула дочь. — Мама, может, тебя тоже до угла прокатить?

Нина Филипповна смутилась.

— Ну это, пожалуй, нет.

— А что, давай, не стесняйся, — Дина уже начинала сердиться. — И Юльку подождем. Пусть тоже прокатится.

— Ма, ты забыла, она уже каталась, — услужливо напомнил Мишка.

А Нина Филипповна добавила:

— Динуся, не злись. Ты ведь едешь развлекаться, а не мы.

— Ну да. А вам завидно, — по-прежнему сердилась она.

— Не понимаю, чем плохо, если мальчик немного прокатится, — примиряюще проговорила мать.

— Ой, ты вечно на его стороне.

— Между прочим, у меня завтра тяжелый день. Контрольная. Имею я право на недолгое счастье? — Мишка произнес это так, что Дина не удержалась от смеха.

— Ну ладно. Но только до угла.

— Ба, одевайся по-быстрому, а то опоздаем! — немедленно распорядился судьбою Нины Филипповны любящий внук.

— А мне только сапоги натянуть да шапку, — засуетилась бабушка.

«Господи, да что ж они у меня как в глухой деревне, — про себя сокрушалась Дина. — Машину за мной прислали, а они норовят всем табором туда набиться».

Славик, однако, отнесся к Мишкиному поведению с пониманием. Уговорил прокатиться и Нину Филипповну. Совершил круг почета по нескольким переулкам и доставил Дининых ближайших родственников обратно к подъезду, к полному восторгу последних.

6
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru