Пользовательский поиск

Книга Ее первая любовь. Содержание - Глава 7 Ужин в ресторане как средство мести

Кол-во голосов: 0

Никогда в жизни Джин еще не было так плохо. Она лежала, отвернувшись к стене. Ей хотелось плакать, но глаза оставались сухими.

Скотт сказал:

– Оставайся до утра. Миссис Роджерс можешь не стесняться.

Джин поднялась.

– Ты куда?

– На работу.

– Ты работаешь? – Скотт почему-то удивился. – Что же ты делаешь?

– Режу овощи.

– Понятно… – Он коротко засмеялся. – Но сегодня ты не будешь резать овощи.

Джин молчала.

– Через три дня – пробы, – сказал Скотт. – Ты хочешь сниматься в кино?

– Нет.

– Не хочешь?

В практике Питера Скотта такое случалось впервые. Женщины, с которыми он спал, – все мечтали стать кинозвездами. Этой пигалице полагалось испытывать благодарность и быть счастливой, а она дуется…

– Дело твое, – недовольно пробурчал он.

Джин молча одевалась, избегая смотреть на Скотта. Тот больше не задавал вопросов. Он был зол на себя: следовало соображать, с кем связываться. И хоть бы получил удовольствие! Так нет – холодная, как утопленница!.. Утопленница с норовом… Еще пожалуется брату. Швейцар способен закатить скандал…

– Тебя проводить?

Джин отрицательно мотнула головой…

Дорога скатывалась с горы. Джин шла быстро. Ты потеряла Стива, сказала она себе. Ей даже показалось, что кто-то рядом повторил эти слова. Но никто не мог говорить с ней: дорога была пустынна. Джин пошла медленнее, прислушиваясь к себе. У развилки ее догнала машина. Скотт открыл дверцу:

– Садись…

Она села. Машина, задевая ветки кустарника, покатила по широкому шоссе в город.

– Почему ты дуешься? – спросил Скотт. – Я ведь у тебя не первый. Или те были лучше?

Джин не отвечала. Что ему ответить? Что она этого не хотела? Он сам знает. Скотт искоса взглянул на нее.

– Завтра я за тобой заеду. Поужинаем в ресторане. – Она молчала. Он едва подавил раздражение: – Ну, ладно-ладно, не сердись. Я заеду и буду ждать тебя неподалеку, у магазина товаров для собак и кошек, заодно возобновлю запас кормов для своей своры.

Он подвез ее к станции, обождал, пока она поднялась в салон автобуса, и поехал обратно к миссис Роджерс.

Глава 7

Ужин в ресторане как средство мести

Братец Фрэнк в прихожей варил кофе. Появление Джин он встретил внешне спокойно. Еще раньше он дал себе слово не докучать расспросами: если захочет, расскажет. А не захочет, все равно из нее ответа не вытянешь.

– Кофе будешь пить? – спросил Фрэнк, будто она вообще не отлучалась.

– Буду.

– Ты голодна?

Джин ничего, кроме кофе и пирожного, которыми угостил Скотт, не ела, но голода не испытывала.

– Нет…

Она долго стояла под душем, смывая с тела прикосновения Скотта. Если б можно было проделать то же с памятью, стереть воспоминания! Слезы полились сами собой. Чтобы не услышал Фрэнк, она до отказа открутила краны: шум воды заглушал ее всхлипы. А покрасневшие глаза можно было свалить на попавшее в них мыло…

Но Фрэнк ни о чем не спрашивал. Он догадывался, что поездка Джин связана с любовным свиданием, – другой причины он не мог придумать. Судя по настроению сестренки, встреча не была удачной или вовсе не состоялась. Тогда непонятно, почему она так задержалась?.. На ум приходило пророчество Риты, и Фрэнк уже раскаивался, что взвалил на себя непосильную ответственность, пригласив молодую родственницу. Хотя, конечно. Джин неплохая девчонка…

За кофе он сказал:

– Ты правильно сделала, что попросила Риту поработать за тебя. – Джин закашлялась и кашляла чересчур усердно. Фрэнк задумчиво добавил: – Рита хороший человек.

Было ли это похвалой Ритиной сообразительности, избавившей Джин от неприятного разговора с шефом, или сожалением, что он, Фрэнк, упустил такую женщину, как Рита? Джин перестала кашлять и сказала:

– Думаю, тебе надо жениться на ней, пока не поздно.

– Спасибо за совет.

– Не уступай ее толстяку! Она не любит его!..

– Тебе письмо от родителей, – сказал Фрэнк, протягивая конверт.

– Что пишут?

– Я не читал.

– Мог прочитать.

Она разорвала конверт. Почерк был отцовский. Кобыла благополучно ожеребилась, и теперь конюшня пополнилась отличным жеребенком, которого назвали Забиякой. Маму, как обычно, мучает мигрень. У тети Элизабет ветром сломало старую яблоню… И т.д. и т.п. В конце отец выражал надежду, что Джин ведет себя разумно, и передавал привет Фрэнку.

– Тебе привет, – сказала Джин, засовывая письмо обратно в конверт. Уточнила: – От папы.

Она сказала, что устала и хочет спать. Но не спала, лежала с открытыми глазами и, словно наяву, видела домик на краю кемпинга, себя, Стива. Заново переживала их близость, их расставание, его слова: «Я приеду. Ты веришь?..»

Скотта она ненавидела. Она ненавидела всех: раздевающего взглядом Грегори, – липкого Арчи. Но представила, как тот же Арчи, изгибаясь, ставит перед ней серебряную соусницу, а толстый Грегори, которому немедленно донесут, что она в зале, побежит подглядывать сквозь щель в портьере. И решила принять приглашение Скотта поужинать с ним. Она им всем покажет!..

Рита кивнула: вернулась, ну и хорошо. Ни слова, что работала за Джин. Если б Фрэнк не сказал, Джин об этом и не знала бы. Шеф покосился: появилась? Давай, мол, работай…

В пластиковой корзине уже лежали вымытые, почищенные овощи. Джин должна была обеспечить дежурные салаты и гарниры «розочками», «спиралью», «соломкой» и прочей овощной бижутерией. Она включила машину и оглянулась. У выхода из кухни в зал девушка в голубом халате автоматическими движениями снимала с транспортера чистый хрусталь и фарфор и аккуратно составляла на мраморную столешницу: рюмки к рюмкам, тарелки к тарелкам. Забегавшие официанты, не глядя, привычно брали нужный предмет.

В дальнем углу, недалеко от специальной печи, на таком же, как у шефа, длинном столе старик-кондитер и две негритянки-помощницы готовили фирменные торты и пирожные…

Днем в ресторане народу было немного. Основная жизнь начиналась поздно вечером, когда подкатывали на «кадиллаках» богатые клиенты, прожигающие и проедающие жизнь в казино и ресторане.

Джин закончила резать овощи и, стараясь не привлекать внимания, выскользнула в коридор, где впервые встретилась с шефом и откуда оба подглядывали за жующими клиентами. Сейчас центральный зал был освещен не в полную мощность, столики заняты лишь на треть. Лазерный диск в музыкальном центре негромко крутил хрустальную мелодию Моцарта в исполнении Британского Королевского оркестра…

Джин глазами отыскала столы, которые обслуживал Арчи. Она и Скотт будут сидеть за одним из них! Мысль о Скотте передернула ее. Почему она его не убила? Не расцарапала всего так, чтобы он долго-долго не мог показывать свою рожу на экране? Отвратительный тип, притворяющийся героем?! Он еще пожалеет, что так поступил с ней!..

Отсутствие Джин на кухне никто не заметил: шеф отдыхал у себя в кабинете, остальные были заняты работой. Она подошла к Рите, которая медленными мелкими глотками пробовала соус. Рукава ее халата были закатаны по локоть, обнажая розовые руки. Джин сказала:

– Вечером я буду ужинать в большом зале.

Рита улыбнулась, и Джин не поняла, относилась улыбка к ее сообщению или к качеству соуса. И вообще – слышала ли ее Рита?

– Я сказала Фрэнку, – сменила тему Джин, – что он должен на тебе жениться.

И на эту реплику Рита ничего не ответила, но ее розовые щеки вспыхнули.

Слышала, все слышала, решила Джин. Она вернулась к овощерезке. Корзина снова была полная. Теперь в ней лежали кочаны красной капусты. Такая капуста росла у отца на ферме. Приезжали закупщики, и отец продавал им капусту, кукурузу, пшеницу – много чего… Может быть, эти кочаны с их поля? Хотя зачем так далеко везти? Здесь своя растет… Джин передвинула тумблер на «соломку» и нажала пуск.

Появился шеф. Интересно, подумала Джин, как он отдыхает? Пьет кофе или спит? Наверное, спит. Когда он уйдет на пенсию, шефом, возможно, станет Рита…

10
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru