Пользовательский поиск

Книга Чисто английские вечера. Страница 46

Кол-во голосов: 0

– Как и вы, мистер Стоун. Ведь вы тоже в глубине души не были согласны с этим увольнением. Но вы, мистер Стоун, тогда должны были мне сказать. Мне бы это помогло. Вы понимаете? О, мистер Стоун, – горячо заговорила Эмили, поднимаясь с кресла и откладывая рукоделие. – Почему вы считаете, что всегда должны глубоко скрывать свои истинные чувства?

Питер глубоко вздохнул и, отвернувшись к окнам, выходящим во двор, сцепил руки за спиной.

– Да, мисс Томпсон, браво. Вы молодец, мисс Томпсон. Да, молодец…

Он был настолько смущен ее проницательностью, что не знал, как преодолеть неожиданную растерянность.

– Вот, мистер Стоун, у вас и улыбка на лице бывает, оказывается, – сама улыбнулась ему в ответ Эмили.

– Какая улыбка? – окончательно потерялся Питер.

– Ваша улыбка, мистер Стоун, которая сейчас только что была у вас на лице. Ведь она уже сама по себе весьма интересна.

– Я не понимаю, о чем вы говорите… – Питер взял поднос под мышку и медленно направился к выходу.

– О, мистер Стоун, да вы в отличие от лорда Гроули не любите признавать свои ошибки, – не унималась Эмили, последовав за ним.

Они вышли из зимнего сада, и пошли по узкой аллее между высоких плотных шпалер. Зеленые стены направляли их движение. Из боковой аллеи внезапно вышла Нора, горничная спальных помещений. Она вздрогнула, увидев Питера и Эмили, и заспешила к дому.

– Красивая девушка, не так ли? – лукаво спросила Эмили, перехватив корзинку с рукоделием поудобнее. Питер молчал и старался не встречаться с ней взглядом. Это был, пожалуй, первый случай, когда Эмили почувствовала, что ей позволено так с ним разговаривать.

– Вы любите, мистер Стоун, когда в услужении работают красивые девушки? Это все-таки какое-то развлечение. Возможно, даже, что мистер Стоун сделан из плоти и крови, как и остальные люди?

– Вы знаете, чем я занят, мисс Томпсон, пока вы болтаете о пустяках? Мои мысли далеко отсюда. Они в заботах и трудах.

– А что это за виноватая улыбка у вас на лице, мистер Стоун? – Эмили торжествовала.

Ее энергичный и корректный напор обезоруживал Питера, который стал осторожно поглядывать по сторонам, ища пути к отступлению.

– Никаких виноватых улыбок, мисс Томпсон. Просто я присутствую при глупой болтовне.

– О, мистер Стоун, вам нравится смотреть на Нору, поэтому вы ей не отказали в месте. Она слишком красивая и в этом нет ничего плохого.

Глаза Эмили искрились сдерживаемым смехом, который вот-вот должен был сорваться из ее уст.

– Да, да. Очевидно, вы правы, – сдался Питер, чтобы хоть поскорее избавиться от этого разговора.

Тут Эмили не выдержала и открыто весело рассмеялась, не на шутку опасаясь, что он рассердится. Но уже ничего не могла с собой поделать, хохотала и хохотала.

Уникальный парк Гроули-холла с каналами, водоемами, идеальными шпалерами формировался на протяжении долгой истории рода Гроули. Причудливый узор партера сохранился со времен разбивки первых четырех прямоугольных боскетов перед главным фасадом. Высокие, в два человеческих роста, шпалеры причудливо пересекались и змеились по плотному идеально постриженному газону. Старинный дом, имевший несколько сумрачный вид из-за крупной кладки сплошными пилеными камнями всего первого этажа и четырех мощных колонн, опиравшихся на высокий цоколь с двумя симметричными въездами на второй этаж, естественно и удачно вписывался в ансамбль парка.

В дальнем углу ухоженных посадок был островок нетронутой природы. Здесь росли цветы и травы не по велению садовников и архитекторов, а по собственному их желанию. Когда Эмили пришла в Гроули-холл, ей было тоскливо и одиноко здесь, среди чужих людей. Прошлое не отпускало ее, одиночество разъедало душу. Тогда же, во время бесцельного блуждания, подгоняемая тяжелыми мыслями, Эмили наткнулась на этот заброшенный уголок парка. Здесь она могла чувствовать себя в безопасности, сюда, казалось, никто никогда не заглядывал, такими нетронуто прекрасными были здесь цветы.

Когда немного улеглись чувства, и она стала замечать окружающих, пронзительное одиночество Питера Стоуна глубоко тронуло ее. Этот замкнутый скрытный человек изо всех сил старался не показать своих страданий, но одиночество прямо-таки сжигало его изнутри.

Как-то раз Эмили нарвала букет своих любимых цветов и, проходя мимо комнаты дворецкого, дверь в которую была отворена, не удержалась и поставила в небольшую вазу на окне несколько стебельков. Как он отнесся к такой вольности, она не узнала. Мистер Стоун оставался непроницаемым и бесстрастным. С тех пор она иногда, если обстановка позволяла, таким же способом пыталась немного скрасить его существование.

Прекрасный теплый день ранней осени щедро струился среди густой зелени кустарников. Эмили срезала немного последних в этом году цветов и не спеша с плоской корзинкой, в которой лежали травы, небольшие веточки и цветы, направилась к дому. Ее внимание привлекли шум и возня за шпалерой, вдоль которой она шла. Заглянув в соседнюю аллею, она увидела горничную Лиззи, которая весьма откровенно любезничала с Чарльзом. Эта девушка служила недавно, и Эмили сразу показалось, что недолго Лиззи у них задержится. А Чарли тоже хорош! Совсем недавно мистер Стоун взял его из истопников наверх, в помощники дворецкого, а он совсем не ценит доброе отношение к себе. В сущности, игривые отношения двух молодых людей были безобидными и естественными, но Эмили ощутила обиду, мгновенно переросшую в возмущение.

– Лиззи! – строго сказала она. – По-моему, еще ни одна постель не сменилась сама по себе. А ты, видимо, ждешь, когда такое время наступит. Немедленно приступай к работе! – сурово закончила она и раздраженно направилась к дому.

Молодые люди смущенно переглянулись и, не удержавшись, прыснули неудержимым смехом.

– Ты ей сказала? – заговорщицки зашептал Чарльз.

– Нет.

– Ну, так давай, что же ты?

– Что я ей могу сказать. Она этого никогда не поймет. Она же старая, ей уже, наверное, тридцать!

– Может быть, она не чувствует себя такой старой, как ты ее изображаешь, – поддел Чарли подружку. – А эти красивые цветы, что я тебе всегда дарю, – как ты думаешь, кто их собирал? Она!

Лиззи видела, что Чарли дразнит ее, но уж очень последние слова были обидны, и она с силой толкнула парня в грудь. Тот со смехом, широко раскинув руки, упал на упругие ветви шпалеры и беззаботно засмеялся такому комичному гневу любимой.

– За что я набросилась на эту девушку? – корила себя Эмили, медленно поднимаясь по крутой внутренней лестнице для прислуги.

Она опять увидела счастливую пару там, в парке, и ей вдруг почудилось, что двое этих влюбленных слились в одно лицо юности! Гляди она на них хоть всю жизнь – и тогда бы, наверное, в сердце так не запечатлилось это видение. Видение Весны, видение всего, чего ей уже не вернуть никогда! Сначала ей так теснило грудь, что она ничего не чувствовала, кроме физической боли. О, если б она могла сейчас умереть! Но она знала, что просто задохнулась от крутого подъема. Боль эта скоро прошла, а ту, что пришла ей на смену, Эмили тщетно пыталась прогнать, прижимаясь грудью к прутьям перил, ломая в пальцах стебли папоротников, – мука непереносимая, страшная пустота в сердце! Юность ушла, ушла! Ей ее не вернуть! Она не плакала – что толку в слезах? Но ее снова и снова захлестывала волна стыда, стыда и ярости. Вот, оказывается, и вся ей цена! Она почувствовала слабость, дурноту. Она и сама не знала, как крепко была связана с ней ее вера в себя, вся ее уходящая молодость. Как горько!

Все чувства покинули ее, остался лишь трепет сомнения. Эмили словно застыла в трансе. Буря в душе медленно утихла. Она молила Бога об одном – чтобы только ничего не ощущать.

Что же, конечно, она упустила свое время. Жажда ее останется неутоленной, страсть ее никогда уже не расцветет…

– Мисс Томпсон…

Эмили очнулась и вздрогнула. На площадке, на несколько ступенек выше стоял Стоун. В руках у него была книга, заложенная обрезным ножом.

46

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.ru