Пользовательский поиск

Книга Брак. Содержание - Глава 42 ПРИНЦИПЫ

Кол-во голосов: 0

Он не виделся с матерью уже два года и сам удивился, что так был рад ее приезду. Живя в Мичигане, она ухитрилась сохранить типично французский облик – была стройной, с коротко подстриженными белокурыми волосами. Курить она уже бросила, но ее голос остался прокуренным, с сильным французским акцентом, хотя по-французски она давным-давно не говорила.

– Знаешь, в последний раз я была здесь четыре года назад! – воскликнула она в такси. Она была возбуждена и то и дело похлопывала Тима по руке. – Наконец-то я познакомлюсь с милой Анной-Софи!

Семейство Нолинджер ничуть не удивилось, узнав, что Тим выбрал в жены француженку. Его выбор казался родным вполне естественным, ведь его мать была уроженкой Бельгии, а сам Тим вырос в Европе. И только когда начались приготовления к свадьбе, родители Тима заинтересовались его невестой, Анной-Софи. Сесиль настраивала себя полюбить ее. Выбор Тима она считала комплиментом в свой адрес и даже упреком в адрес отца, а в целом – вполне естественным событием.

– Надеюсь, мне удастся побывать вместе с ней на Блошином рынке – должно быть, это ее стихия.

Сесиль и вправду обожала гольф – свою игру, свою маленькую слабость, – но заверила Тима, что здесь играть ей будет некогда. Тим отвез ее прямо в отель, предложив немного вздремнуть перед визитом к Эстелле, чтобы вечером продержаться хотя бы до десяти часов.

– Как скажешь, милый. Я вся в твоем распоряжении, – откликнулась Сесиль, и Тим понял, что так оно и есть – на предстоящие две недели.

Анна-Софи ждала Тима с матерью дома в шесть вечера. Сесиль радостно обняла будущую невестку, оглядела ее и просияла. Она была в восторге: Анна-Софи оказалась очаровательной. Они заговорили по-французски.

– Такой я вас себе и представляла – прелестной и обаятельной! – заявила Сесиль, вопреки всем обычаям французских свекровей мгновенно одобрив выбор сына. Глядя друг на друга, стройные, белокурые и подтянутые Сесиль и Анна-Софи словно смотрелись в зеркало. Сходство Анны-Софи с его матерью ошеломило Тима: неужели его брак был заранее предопределен?

– Ваша квартира бесподобна. Ну покажите же мне свадебное платье! – попросила Сесиль. – Я хочу увидеть все!

Знакомство Эстеллы и Сесиль прошло далеко не так гладко. Общий язык не только не помог им подружиться, но и, напротив, подчеркнул досадные различия между ними. Миниатюрная Эстелла, изысканно одетая в черные брюки, водолазку и серебристые туфли, окинула оценивающим взглядом уютную, домашнюю Сесиль в фиолетовом бархатном блейзере, который, судя по всему, она сшила сама. Это настораживало, указывая на скупость англосаксонских мужчин, даже таких баснословно богатых, как месье Нолинджер, по отношению к бывшим женам, и казалось Эстелле дурным предзнаменованием для Анны-Софи, если сын унаследовал характер отца и если супружеская жизнь молодой пары сложится не так удачно, как она надеялась.

– Переезд в Америку – смелый шаг с вашей стороны. Но неужели вам никогда не хотелось вернуться во Францию, вернее, в Бельгию?

– О, я уже давно живу в США, там все мои друзья, – сдержанно отозвалась Сесиль.

– Мне всегда хотелось побывать в Америке. Когда-нибудь я съезжу туда. Хотя бы в Нью-Йорк, – продолжала Эстелла.

– А в Мичигане французы бывают редко, – задумчиво сказала Сесиль. – Вы играете в бридж?

– В бридж? Нет! – поспешно выпалила Эстелла. – К сожалению, – неискренне добавила она.

Сесиль перевела разговор на другое.

– Можете всецело рассчитывать на мою помощь – полагаю, теперь, когда до свадьбы осталось всего две недели, у вас полным-полно хлопот. Прошу вас, не стесняйтесь обращаться ко мне.

Тим и Анна-Софи неловко переглянулись. Эстелла не только не собиралась взваливать на себя предсвадебные заботы, но и не слишком вникала в детали.

– Разумеется, как только возникнет необходимость, – заверила Сесиль Анна-Софи. – Вы обязательно должны просмотреть список приглашенных и все уже присланные подарки.

– В семье отца Тима по наследству передается великолепный лиможский фарфор. Надеюсь, его подарят вам, – сообщила Сесиль. – Я вернула все, ни за что не стала цепляться. И за серебро тоже, но, по-моему, оно должно достаться жене Тима.

– Папа приедет на свадьбу. Вместе с Терри, – сказал Тим, вдруг подумав, что Сесиль может об этом не знать. Выражение ее лица почти не изменилось, и он так и не понял, знала она об этом раньше или нет.

– Будем надеяться! – жизнерадостно отозвалась она.

Глава 42

ПРИНЦИПЫ

Клара ждала телефонного звонка, вновь и вновь перебирая в памяти подробности события, произошедшего в воскресенье на поляне, после ленча у Антуана де Персана. Если бы они сделали еще несколько шагов, если бы еще чуть-чуть углубились в лес, если бы у них в запасе было хоть пять минут, они могли бы поцеловаться. Она шагнула к нему, он шагнул к ней, протянул руки, обоих охватило неожиданное мощное влечение, связавшее их языки и управлявшее их телами. А потом раздался звериный рык, треск веток, возникло ощущение близости других людей и незаконности порыва – возможно, их догнали Серж и Труди. Клара и Антуан метнулись за кусты так виновато, будто их поймали с поличным.

– Я позвоню. Можно? – несчастным голосом спросил Антуан.

– Да, – прошептала Клара, – да. – И они разошлись в разные стороны.

Но когда в понедельник зазвонил телефон, в трубке послышался голос репортера из «Монд», желающего узнать у мадам Крей, в какой момент был предложен «выход леди Годивы». Клара ахнула: откуда он узнал про тот безобразный случай?

– Разве вы еще не видели «Пари-Матч», мадам?

Клара кинулась листать журнал и нашла в нем неплохую фотографию, изображающую ее на крыльце почтамта в окружении толпы людей, с виду похожих на тирольских крестьян. Снимок был цветной.

Крей рассвирепел – гораздо сильнее после того, как этот снимок попал в популярный еженедельный журнал, чем после рассказа Клары о происшествии у почтамта. Американцы, увидев фотографию, опять пришли в ярость: очевидно, теперь им следовало быть настороже, даже отправляясь на почту! Кое-кто из французов тоже возмутился и посочувствовал Кларе. Клара даже не надеялась на то, что столько людей поддержат ее, но, когда случившееся получило огласку, в прессе стали все чаще мелькать статьи, осуждающие охоту, а в доме Креев чуть ли не каждый день появлялись делегации от общества святого Губерта и святого Евстахия, Лиги противников охоты и Ассоциации защиты диких животных, люди, восстающие против отстрела птиц в «добрачный» период, люди, защищающие право на частную собственность, подающие прошения в Европейский парламент, требующие запретить охотиться по средам, в день школьных экскурсий, по воскресеньям и в нетрезвом виде. Глубоко тронутые Клара и Серж принимали всех посетителей и поили их чаем, брали все брошюры, обещали прислать пожертвования. Лига противников охоты оставила им пачку больших плакатов: «ОХОТА ЗАПРЕЩЕНА». В частных владениях разрешается охотиться только с согласия хозяев. Тем самым вы проявляете уважение к самой жизни и природе».

Мэр Этан-ла-Рейна немедленно предпринял ответные шаги, пытаясь охладить пыл противников охоты, к числу которых принадлежали владельцы обширных участков, и запретил собирать грибы в общественных лесах, оскверненных охотой.

– А весной мы добьемся запрета на сбор цветов, – зловеще добавил он.

Европейский филиал редакции журнала «Тайм» опубликовал подробную статью об этом и где-то разыскал старые студийные фотографии Клары. Увидев, как она изменилась, Клара чуть не расплакалась и поняла, что ее жизнь пролетела как один миг. Разве она вправе рассчитывать на то, что месье де Персан увлечется ею? Наверное, она спятила, если влюбилась как раз в тот момент, когда ей следовало бы беспокоиться о суде, о сыне, отправленном в Англию, или о судьбе ни в чем не повинных обитателей леса.

В то же время оказалось, что быть героиней статей и женщиной с плаката довольно приятно. По предложению Дороти Штернгольц американцы устроили сбор средств в фонд защиты прав американских граждан.

54
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru