Пользовательский поиск

Книга Благородная разбойница. Содержание - Глава 17

Кол-во голосов: 0

— Я не думала, что могу испытать с тобой еще больший восторг, но каждый раз так и происходит.

Они лежали в объятиях друг друга, лениво переплетя руки и ноги, и Чейзу это казалось так естественно.

— Это нелегкая задача, но я постараюсь не разочаровать тебя.

— Ты никогда не разочаруешь меня, Чейз. Никогда.

Айвори подняла руку, прикрывая зевок, и положила голову на его плечо.

Не имея возможности поблагодарить ее за такую непоколебимую веру в него, Чейз позволил ей заснуть, не тревожа сомнениями, которые терзали его самого. Разочарование — это было слишком слабое слово для того, что бы она почувствовала, если б узнала, что он собирается делать. Но он надеялся, что к тому времени, как высадится десант, она уже слишком глубоко привяжется к нему, и все обойдется.

Аромат духов ее матери проник и в сны Айвори, неся дразнящие воспоминания Она видела Уиллоу глазами ребенка — царственную красавицу, танцующую с потрясающим изяществом и грацией Высокая и стройная, она была одета в красное, лиловое и зеленое, цвета смешивались, когда она кружилась, привстав на цыпочках. Снова чувствуя себя четырехлетним ребенком, Айвори хлопала в ладоши и тоже танцевала, как вдруг темная тень легла на пол, положив конец их игре.

Охваченная внезапной вспышкой горя, она проснулась вся в слезах, струящихся по лицу Убаюканная в объятиях Чейза, она знала, что находится в безопасности, но глубоко встревоживший сон не отпускал ее. Она заснула, радостно удивляясь своему счастью, а теперь была разбужена злыми тенями, испуганная и подавленная «Было ли это предчувствием или воспоминанием?» — думала она Она прижалась к Чейзу и ждала, пока испугавший ее сон не рассеется. Но, когда он проснулся несколько часов спустя, она так и не смогла скрыть своего мучительного переживания.

Глава 17

Вся теплая, нежная и сладкая, Айвори была до кончиков ногтей такой же обольстительной, как и вчерашним вечером, но, притянув ее в свои объятия, Чейз тут же почувствовал, что что-то не так. Обеспокоенный тем, как она замерла в напряжении, он отстранился, чтобы взглянуть ей в лицо:

— Что случилось? Ты выглядишь несчастной, а я думал, ты будешь сегодня утром так же счастлива, как и я Айвори не хотела, чтобы он понял ее неправильно, и мучительно подыскивала слова, чтобы описать охватившее ее отчаяние:

— Я видела ужасный сон.

Чейз мягко убрал прядь с ее лица и поцеловал в лоб.

— Тебе приснился кошмар? Почему же ты меня не разбудила?

— Нет, это был не кошмар.

Чейз ожидал, что она расскажет, но она молчала, и это обеспокоило его.

— Ну, что бы это ни было, это, видно, очень огорчило тебя, и мне жаль, что ты меня не разбудила.

Он казался таким расстроенным, что Айвори пожалела, что не доверилась ему.

— Да нет, ничего особенного. Мне не нужно было об этом говорить.

Она хотела сесть, но Чейз крепко прижал ее, не давая ускользнуть.

— Айвори, расскажи мне. Если тебя что-то огорчает, не скрывай этого. Даже если я не могу сразу же все исправить, я все-таки хочу, чтобы ты делилась всеми своими невзгодами со мной.

Чувствуя себя утомленной после почти бессонной ночи, Айвори затихла, стараясь избежать расспросов и успокоиться в его объятиях. Его плечо казалось такой удобной подушкой, и она прижалась к нему щекой, наслаждаясь гладкостью его кожи.

— Может, все дело в свадьбе или в том, что я надушилась духами моей матери и она приснилась мне ночью. По крайней мере мне кажется, что это был просто очень живой сон, а не воспоминание.

— Я думал, ты ее не помнишь.

— Не помню, но сон казался таким реальным, Чейз. Моя мать и я, мы танцевали в студии. Она была такой прекрасной и танцевала так красиво, а я была просто неуклюжим ребенком и прыгала вокруг нее. Мы смеялись, мы были счастливы, и вдруг музыка смолкла и тень накрыла нас, и даже яркие цвета на платье моей матери потускнели и стали серыми. Было не просто похоже, будто кончилось веселье. Казалось, как будто весь мой мир просто разом кончился. Я проснулась вся в слезах и не смогла больше заснуть.

— Тебе нужно было разбудить меня.

— Ты ничего не смог бы сделать.

— Я мог бы держать тебя вот так и слушать. А если бы это не помогло, тогда уверен, я смог бы найти способ отвлечь тебя от этого сна.

Айвори отлично знала, что бы он сделал, но она была слишком расстроена, чтобы обрадоваться его страстности.

— Не думаю. Конечно, я знаю, ты бы пытался, как мог, но ты не можешь себе представить, какой несчастной я себя чувствую. Я не помню, как умерла моя мать, но если мы были так же счастливы вместе, как и в этом сне, тогда я, наверное, испытала ужасную потерю, когда она умерла.

Чейз убаюкивал ее в своих объятиях и не знал, что сказать. Его дед был уже очень старым, когда умер, и хотя его смерть не была неожиданной, Чейз и его родители сильно горевали. Сейчас время сгладило чувство утраты, и он вспоминал времена, проведенные вместе с дедом, как самые лучшие в его жизни. Он подумал, что это очень печально, что у Айвори нет таких же воспоминаний о ее матери.

— Ты ведь говорила мне, что твоя мать умерла совсем неожиданно?

— Мне так сказали. Отец говорил, что у нее случилось что-то с сердцем. Сегодня мы были любящей семьей — а завтра ее уже не стало.

Первой мыслью Чейза было, что Уиллоу, вероятно, умерла, играя с Айвори. Они могли танцевать вместе, смеяться, чувствовать себя счастливыми, а потом она вдруг упала и умерла. Это случается нечасто, но он слышал о людях, которые умерли внезапно от сердечной недостаточности, и, несомненно, так случилось и с Уиллоу Даймонд. Дети всегда винят себя в трагедиях, которые произошли в их семье, и он не хотел, чтобы Айвори чувствовала себя ответственной за смерть матери, даже если она случилась, когда они были вместе.

— Наверное, это естественно, что ты думала о своей матери в день своей свадьбы, — сказал он ей. — Ее смерть, конечно, была для тебя такой ужасной травмой, что ты вытеснила из своего сознания воспоминания о ней, чтобы не причинять себе боль. В вашем медицинском отделении есть психиатр или психоаналитик?

Айвори тихо вздохнула:

— Нет. У нас есть только медики, которые заботятся о здоровье вообще. В основном они занимаются залечиванием повреждений после драк. Они очень хорошие специалисты, как ты знаешь, но у них нет опыта для психологических консультаций. Ты думаешь, мне нужен психиатр?

Чейз поцеловал ее, прежде чем ответить. Ее губы были мягкими, но ответный поцелуй таким легким, что он почти не почувствовал его.

— Я только знаю, что люди могут подавлять в себе любые ужасные воспоминания: смерть, несчастные случаи, насилие — все что угодно. И иногда уже годы спустя воспоминания начинают возвращаться к ним. Если с тобой происходит именно это, то тебе действительно необходима помощь профессионала, чтобы справиться с этой необъяснимой грустью.

Айвори рассказала обо всем, что могла, но, несмотря на то, что Чейз, сочувствуя ей, старался как мог ее поддержать, ей нисколько не стало лучше. Когда на ее сон легла тень, вся радость, которую она испытывала в объятиях Чейза, исчезла в потоке слез. Но она только что вышла замуж за человека, которого обожала, и не хотела, чтобы что-нибудь — и меньше всего ее тревожные детские воспоминания — портило отведенное им время, которое должно было быть таким захватывающе счастливым.

Она смахнула с ресниц следы слез и села.

— Пожалуйста, не говори ничего отцу. Давай просто надеяться, что через час я почувствую себя лучше. Нам нужно съездить в банк и…

Чейз сел рядом с ней:

— Как всегда дела? Ты действительно этого хочешь?

Он казался озабоченным.

— Если я займусь повседневными делами, это поможет мне выбросить из головы этот ужасный сон. Я просто не знаю, что можно сделать еще. А ты?

Вся ее поза выражала такое отчаяние, что Чейз понял: ему не следует предлагать ей заниматься сейчас любовью.

— Если ты плохо спала, наверное, тебе больше всего нужно немного вздремнуть. Я сам могу съездить в банк.

62
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru