Пользовательский поиск

Книга Фантом страсти, или Шестьдесят оттенков синего. Содержание - 13. Плачевная участь

Кол-во голосов: 0

Диана томным стоном потребовала немедленного повторения.

Все-таки гигантская разница между осторожной слюнявостью задыхающегося старика и энергичным напором раззадоренной молодости.

Она призывно облизала собственные губы.

Но Ральф – не призрак, человек – азартно переключился на груди аппетитной жертвы.

Освободившиеся соски подверглись стремительной атаке.

Диана замлела от нарастающего возбуждения.

Ральф – не призрак, человек – оказался вне конкуренции.

Диана вскрикнула от переизбытка любовной химии в крови.

Так еще никто не ласкал, никто.

Ни квелый муж.

Ни автослесарь.

Ни рекламный деятель.

А Ральф – не призрак, человек – наращивал и наращивал темп.

Пара секунд на левый сосок.

Пара – на правый.

И снова левый.

И снова правый.

Диана, испытывая неизъяснимое желание незамедлительного соития, перевела любовника, слишком увлекшегося разогревом, на ручное управление.

Ральф – не призрак, человек – подчинился.

Еще не спасенная жертва начала помогать секретному агенту всеми десятью пальцами, чтобы тот не промазал.

И агент не подвел.

Диана кое-как выдернула ладони, зажатые между животами, упругими, крепкими, здоровыми животами, без малейших старческих морщин и безобразных складок, без шрамов, свидетельствующих о пересадках.

– Ну, погнали?

Диана, не ответив на глупый вопрос, принялась задавать совершенно дикий ритм.

Ральф – не призрак, человек – старался не опозориться и поддержать честь Интерпола.

Вот…

Вот…

Вот…

И вдруг партнеры, использующие операционный стол не по назначению, синхронно заголосили от совпавшего до секундочки, ни в чем не поддельного оргазма.

Вот…

К разочарованию нечаянной любовницы, блистательный, великолепный, премьерный акт слишком быстро закончился.

Ральф – не призрак, человек – взял передышку.

Диана, восстановив нормальное дыхание, вернулась к прерванному диалогу.

– Знаешь, я вспомнила…

– Нашу первую встречу?

– Нет, имя того, кто рассмешил зал единственным убийством в целом акте.

– Крошка, ты можешь меня не отвлекать?

– А в чем дело?

– Ну, тебе вряд ли понравится затянувшийся пролог.

– Да, кстати, ты можешь три раза подряд, и без антрактов?

– Не пробовал.

– А придется!

13. Плачевная участь

Операционный стол, превратившийся из ложа скорби в ложе страстной и продолжительной любви, перестал ощущать сексуальную вибрацию.

Наступил момент, когда похоть и страсть превращаются во что-то чистое и непостижимо прекрасное.

Когда телесное уступает место духовному.

Когда физический оргазм сменяется невиданным катарсисом.

Изможденные любовники, миновав горние высоты, провалились в обоюдный сон, которому не мешали даже по-прежнему сияющие рефлекторы.

Но кара за нарушение устава грянула незамедлительно.

Диана очнулась от истошного вопля.

Своего вопля.

Ей приснилось, что ее трепыхающееся сердце бьется – отчаянно и беспомощно – в хищных руках продажного хирурга, забывшего все медицинские заповеди.

Но действительность оказалась не менее страшной.

Ральф – не призрак, человек – лежал на кафельном полу совершенно голый, и его мускулистые руки, заведенные за спину, были скованы никелированными стерильными браслетами.

А рядом с обезвреженным агентом стояла хирургическая бригада в полном составе.

Откуда-то сбоку появился по-вампирски ухмыляющийся пожилой джентльмен в ночной рубашке.

Злодеи-медики расступились.

Томас Джон Синяя Борода, выплюнув мятную жвачку, склонился над скованным агентом:

– Выходит, друзья, нам крупно повезло.

Главный хирург и ассистенты ответили заказчику отвратным хохотом.

– Можно будет за одну операцию использовать двух доноров.

Хохот повторился.

В унисон задребезжали все инструменты, готовые пластать и резать, пластать и резать, пластать и резать.

– Думаю, мы у этого красавца отрежем самое дорогое.

– Вполне кондиционный пенис, – произнес главный хирург, даже не прибегнув к пальпированию. – Вполне.

– И пришьем эту штуковинку мне.

– Давно пора, – согласился главный хирург. – Давно пора.

– И сделаем это красавцу без наркоза.

– Люблю, когда голосят клиенты, – с энтузиазмом сказал главный хирург. – А последний вопль вообще ни с чем не сравним.

Но тут внезапно заговорил обреченный агент:

– А вам известно, господа, что убийство с целью трансплантации уголовно наказуемо?

– Ой, испугал!

Главный хирург выбрал самый острый скальпель.

– Да ты знаешь, голубчик, сколько на моем счету изуродованных трупов?

– Вам грозит пожизненное заключение.

– Хватит засорять мне мозги юридическими угрозами.

Главный хирург поиграл скальпелем.

– А может, начнем с вашей милой супруги?

Томас Джон Синяя Борода уставился на Диану, посмевшую вдоволь натрахаться перед столь ответственной и сложной операцией.

– Хорошая идея. Пусть красавчик понаслаждается, как его партнершу разбирают на запасные части. Орган за органом. Орган за органом.

– Нет, пожалуйста, начните с меня!

В голосе Ральфа – не призрака, человека – появились умоляющие нотки.

– Начните с меня!

Но бригада извергов, не обращая внимания на лепет агента, разжалованного в доноры, переместилась к владелице жуткого замка.

– Дайте этой развратной сучке наркоз! – приказал заказчик.

Над неверной женой нависли двое.

– Сопротивляться бесполезно.

– А то закопаем без гроба.

Прозрачная маска накрыла лицо жены, не желавшей добровольно расставаться со своими внутренними органами.

Томас Джон Синяя Борода стянул через голову ночную рубашку.

– А ты, красавчик, не отворачивайся, не отворачивайся, не отворачивайся!

Диана, мотая головой, пыталась освободить лицо от маски с наркозом.

Не хочу!..

Но сладковатый приторный газ действовал быстро.

Диана беспомощно напрягла прикованные руки.

Не хочу!..

Диана беспомощно подергала зафиксированными ногами.

Спасите!..

Диана со страха описалась.

Так тебе и надо, авантюристке.

Диана покорно затихла в ожидании неизбежного вскрытия ее тела, не прожившего даже половины отмеренного природой срока.

Сейчас острый скальпель рассечет ткань в области груди.

Диана больше не делала попыток освободиться от пут.

И сердце, только что полюбившее сердце, успешно перенесется в чужую плоть.

Мерзкую плоть.

Томаса Джона Синяя Борода.

Диана остаточным сознанием, еще не порабощенным наркозом, цеплялась за жалкие крохи рухнувшей и разбитой надежды.

Но утешением молодой особе, когда-то согласившейся на брачную авантюру с пожилым джентльменом, служила лишь одна почти угасшая мысль.

В замке теперь будет три призрака:

Два Ральфа.

И глупая, доверчивая, непутевая Диана…

14. Верность долгу

Однако ей удалось остаться в собственном, так и не вскрытом опытными хирургами теле.

Диана неимоверным усилием воли освободилась от реальноподобного морока.

Бригада хирургов осталась там, в кошмарном сне, как и Томас Джон Синяя Борода.

Как хорошо, что иногда от ужаса можно избавиться, просто вовремя проснувшись.

Диана вздохнула во всю мощь уцелевших легких.

Все органы на месте? На всякий случай она провела вспотевшими ладонями по груди, животу и промежности. Вроде все.

Диана расслабилась на операционном столе.

– Знаешь, что мне сейчас приснилось? – сказала она, все еще жмурясь от яркого света рефлекторов. – Знаешь!

– Да, Крошка. Скорей всего будущая операция на этом самом столе.

Ральф – не призрак, человек – подтвердил, что сиюминутная реальность гораздо терпимее некорректных сновидений.

– Ты так нехорошо кричала!

– Тут, пожалуй, закричишь…

32
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru