Пользовательский поиск

Книга Богатый покровитель. Содержание - ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Кол-во голосов: 0

— Беда в том, что я не знаю, как нужно поступать, — печально произнесла Брук.

— Начни с доверия, — предложил Дэнни.

— Как далеко должно простираться это доверие?

— Принимай все как есть. Не задумывайся о том, почему я совершаю тот или иной поступок, не пытайся усматривать в моих действиях сочувствие, проявления покровительства или меценатства. Не пытайся отплатить мне за это. Просто принимай. Это и будет доверием. А когда почувствуешь себя вновь крепко стоящей на ногах, когда сможешь свободно распоряжаться заработанными деньгами, заживешь так, как тебе заблагорассудится, там, где сочтешь лучшим.

— Мы тебя очень стесняем своим присутствием, Дэнни? — осторожно спросила Брук, по-своему поняв его последнюю фразу.

— Брук, ты что же, совсем меня не слушала? — в отчаянии воскликнул Дэнни. — Нет! Вы не стесняете меня! Хотя мне не просто осознавать, что женщина, которую я хочу, спит в нескольких метрах от меня, но я не должен к ней входить, и мне сложно сохранять самообладание, видя тебя сейчас перед собой. И еще сложнее не злоупотребить твоим чувством благодарности. Но ты можешь быть уверена, что я не сделаю так никогда, сколько бы времени это ни продлилось. Я лишь делаю то, что считаю нужным, даже если это медленно убивает меня.

— Ты прав, Дэнни. Мне нужно подыскать новое место для жительства. Я займусь этим завтра же, — растерянно проговорила Брук. — Зря поспешила определить Бью в эту школу. Мы не останемся.

— Если ты так решила...

Ее слова Дэнни расценил как исчерпывающее признание в нелюбви.

— У тебя хорошая зарплата. Теперь ты можешь позволить себе снимать отдельное жилье, — констатировал он.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Брук смотрела уже третий дом, который сдавался в аренду.

Это был маленький уютный меблированный коттедж с тремя спальнями. Дэнни привез ее сюда вместе с Лили.

Он вел себя так, словно не было того тяжелого разговора накануне вечером. Но Брук испытывала смущение, волнение, тревогу, сильное недовольство собой.

Она с тяжелым сердцем обошла домик, вышла во двор, огляделась. Она чувствовала пустоту внутри. Такого не случалось с тех пор, как, шокированная тяжелым известием, она потеряла сознание в кабинете Дэнни. От того события ее отделяла всего неделя, но теперь она представлялась длиною в целую жизнь.

Столько всего прекрасного за это время произошло с ней и ее детьми. И все благодаря стараниям Дэнни — прекрасного друга, человека, мужчины.

— Можно я пойду поиграю с куколкой? — спросила Лили.

— Да, возьми свою Оливию и иди в детскую, — разрешила мама. — Только не уходи оттуда, чтобы мы потом тебя не искали.

— Хорошо.

Брук прошла в кухню, осмотрела все шкафчики, проверила встроенную технику, выглянула в окно. Снаружи их дожидался Дэнни, который после беглого осмотра дома предпочел выйти, предоставив Брук принимать решение самостоятельно.

С агентом по аренде недвижимости он обсуждал детали контракта. Брук была уверена, что он сделает это лучше нее.

А Дэнни мог быть уверен, что она никогда не притворится любящей из благодарности или корысти. Теперь он это знал точно.

Сердце Брук ныло от боли. Признание в любви не польстило ей и не обнадежило. Несмотря на все заверения, она продолжала чувствовать себя обязанной этому человеку. За все годы совместной жизни Кэлвин не сделал и половины из того, на что пошел ради нее Дэнни. Да, Кэлвин Финдли обеспечивал ей и ее детям достаток в течение многих лет. Но он не смог гарантировать собственным детям благополучнее спокойствие. Вся жизнь с ним была зыбкой.

А каждому слову Дэнни можно было верить. Он не давал несбыточных обещаний, он имел обыкновение выполнять каждое.

Брук и сама понимала, что любовь к Кэлвину была юношеской блажью, оставшейся в воспоминаниях. Чувство, которое она, несомненно, испытывала к Дэнни, было иного порядка.

Все те годы, что Дэнни Финч дружил с Кэлом Финдли, он представлялся ей совершенно иначе, чем открылся в эти дни. Прежде он казался замкнутым, резким в суждениях и надменным снобом. Дэнни Финч, которого она узнала в прошедшую неделю, предстал перед ней в ином свете. Это был Дэнни терпеливый, заботливый, остроумный, щедрый, благородный, ответственный, любящий...

Что заставило успешную женщину Эмили прийти к ней в офис и произнести не выходящую из головы фразу: «Нет участи хуже, чем сожаление»? Она не могла сказать это просто так, присовокупив к шаблонному лозунгу: «Просто сделай это!»

Брук думала, что любовь должна чуть ли не криком заявлять о себе, как было это много лет назад,

когда она встретила Кэла. Не понимала, как чувство может таиться долгие годы и не иметь выхода. Не понимала, по каким признакам Симона и Эмили узнали о любви Дэнни. И неужели чувство, что гложет ее сердце в эту минуту, и есть любовь? Молчаливая, печальная, задумчивая любовь. Такая непохожая на любовь-затмение, которую она испытывала к Кэлу.

Она смотрела на Дэнни, беседующего с агентом, и не понимала, от чего ей так плохо.

Он стоял, потирая ладони, опустив голову, сосредоточенно слушая риэлтора. Подняв глаза в сторону дома и увидев Брук в окне, он улыбнулся ей. Брук улыбнулась ему в ответ и почувствовала, как бешено сердце стучит в ее груди. Она вспомнила феерические поцелуи, которые чуть не свели ее с ума, и поняла, что тот восторг не был случайным.

Он улыбался ей, и легкая грусть таилась в уголках губ, но глаза продолжали смотреть с уверенным спокойствием. Их хитрый прищур обнадеживал.

Брук отправилась в детскую к малышке Лили.

Девочка сидела на кроватке и по складам читала своей Оливии книжку, которую всегда носила в рюкзачке. Лили прервалась, когда мама вошла в комнату.

— Что скажешь, Лили? — обратилась к ней Брук.

— Про что? — округлила глазки маленькая девочка, к которой взрослая женщина обратилась чуть ли ни за советом.

— Про дом... Что ты думаешь об этом доме? Хотела бы ты сюда переехать? Эта спальня, насколько я поняла, тебе уже нравится. А в остальном... Как думаешь, Бью согласится здесь жить?

Лили осторожно сползла с кроватки, взяла Оливию с книжкой в одну руку, рюкзачок в другую, решительно подошла к маме и с серьезным видом сообщила:

— Мне нравится комната, где я сейчас живу.

— Но мы не можем вечно квартировать у Дэнни. Мы — семья, поэтому должны жить отдельно. Я считаю, такой дом вполне для этого подходит. Я бы очень хотела переехать сюда с тобой и Бью, — эмоционально проговорила Брук, чувствуя немой протест дочери.

— Я хочу жить, где Бакли! — капризно возразила девочка. — Бакли мой друг!

— Бакли останется с Дэнни, — безапелляционно заявила Брук. — Это не обсуждается.

Девочка упаковала куклу и книжку в рюкзак, повесила его на плечи, сложила руки на груди, насупилась и повернулась к матери боком. Из всего этого следовало, что девочка решительно не согласна с доводами матери. В довершение Лили плотно сжала губы, сощурилась, раздула ноздри и, сделав глубокий вдох, звучно выпустила носом струю гнева, что должно было означать крайнюю степень несогласия. Брук могла предположить, что Бью вольется в число оппозиционеров, даже если выражать это будет менее категорично.

Лили повернулась к матери, открыла рот, но снова его закрыла. В уголках глаз появились слезы, и это было красноречивее всяких слов.

— Мы будем навещать Бакли, — опрометчиво пообещала ребенку Брук.

— Что тут у вас? — раздался у нее из-за спины озадаченный голос Дэнни, которому еще не был известен предмет их непримиримых разногласий.

Брук тяжело вздохнула, как минуту назад это сделала малышка Лили.

— Ну? — спросил Дэнни. — Джон должен уходить. Еще пара минут на размышление, и тебе придется дать ему ответ, — обратился он к Брук, а переведя взгляд на Лили, поинтересовался: — Ты уже определилась с выбором комнат?

— Да! — дерзко воскликнула она. — Мне нравится комната, где я живу!

Со своим неизменным лохматым боа, намотанным вокруг шеи, она была похожа на напыжившегося птенчика. Слезы еще ярче заблестели в глазах.

22
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru