Пользовательский поиск

Книга Рубиновый сюрприз. Страница 16

Кол-во голосов: 0

— Господи, дочь! Я и не думал быть преступником. Но я также не был и бойскаутом. Спроси любого тайного агента, что это такое. Если ты будешь просто сидеть и рассуждать о высокой морали, то какой-нибудь безнравственный человек вонзит тебе нож между ребрами.

Отвернувшись, Свэнн снова заходил по комнате, измеряя ее периметр, словно загнанный и мечущийся по клетке волк.

— Я занимался вещами, от которых у тебя застыла бы в жилах кровь, — честно признался Свэнн. — Вот почему я раньше ничего не рассказывал тебе. Однако я никогда не делал плохо тому, кто первым не причинял мне зла.

Свэнн снова остановился возле окна, что-то в темнеющем небе привлекло его внимание.

— Если я и совершил ошибку, то она заключалась в одном: не сразу понял, что был просто орудием, каким является любой наемник. Всего лишь используемым инструментом. Ни офицером разведывательной службы, ни шпионом со связями и с высшим образованием, я был лишь агентом по контракту — дешевым, которого использовали для анонимной защиты в каком-то одном деле, а потом выкидывали за ненадобностью. Словно презерватив.

От его жуткого смеха у Лорел комок встал в горле, а глаза сделались влажными.

— У меня никогда не получалось где-нибудь выгодно устраиваться. Многие парни занимались тем же, чем и я, но их труд оплачивался, а потом они все бросали и начинали свой частный бизнес. Они богатели, увеличивая капитал за счет покупки и продажи оружия, самолетов или средств связи дружественным странам, иногда и недружественным.

Меня надули с пенсией и медицинским льготами. Точно так же поступили и с дpyгими подобными мне людьми. Нас просто здорово обманули.

Свэнн резко повернулся лицом к дочери, Лорел хотела отвести взгляд, чтобы не видеть диких глаз отца, но она не могла. Вдруг снов показалось, что перед ней стоит совсем чужой человек, которого захлестнули силы тьмы чрезмерная горечь.

— Но сейчас все закончено, — тихо сказа. Свэнн. — Я возвращаюсь в мир в котором существует нравственность. Мне кажется, я заслужил отдых.

Сама не зная почему, Лорел взглянула на красное лакированное яйцо.

— Оно твое, — Свэнн поймал ее взгляд, — не хочу, чтобы следующие десять лет я покупала лишь собачью еду. Да и ты тоже.

Лорел постаралась подавить в себе мучившие ее чувства.

— Это яйцо, — хрипло произнесла она, — откуда оно?

— Чем меньше знаешь, тем лучше. Мне совсем не следовало бы посылать его тебе, но ты единственный в мире человек, которому я могу доверять. — Ну что ж, дело сделано, — пробормотал Свэнн, — вдобавок мне нужно попросить тебя поискать механизм.

— Что?

— Механизм внутри яйца, — раздраженно пояснил Свэнн. — При его изготовлении предполагалось, что внутри будет помещен рубин с высеченным изображением Николая второго. Затем в России произошли коренные перемены. Царя казнили, прежде чем на драгоценном камне успели сделать его изображение, а остальное — уже история.

Лорел закрыла глаза, потом медленно открыла их. Все оставалось на своих местах по-прежнему. Отец все так же в ожидании смотрел на нее.

— Ведь это «Сюрприз», — сказала она.

— Да, думаю, все это несколько удивило тебя. Извини, Лори. Но жизнь полна скверных сюрпризов.

— Я говорю о яйце. Сюрпризом является рубин. Во всех императорских яйцах внутри было по сюрпризу.

Свэнн улыбнулся.

— Правильно, сюрприз, — сказал он, взглянув на яйцо. — Но как достать его? Можно, конечно, разрезать яйцо пополам, но боюсь, я что-нибудь испорчу.

Лорел почувствовала, как в ней закипает гнев. Она резко поднялась с табуретки и принялась расхаживать по мастерской взад и вперед, повторяя недавние действия своего отца и пытаясь успокоиться. Возможно, Свэнн хотел ее защитить и быть покровителем, но ей казалось, он одновременно манипулировал ею.

Лорел спрашивала себя, понимал ли отец, что творил, или, так долго живя в тени, он привык все скрывать даже и от себя самого.

Взяв яйцо, Свэнн поднес его ближе к глазам.

— Я ничего не вижу, — сказал он после тщательного изучения золотой сетки, украшавшей поверхность яйца. — А ты?

Лорел промолчала.

— Лори!

— Я тоже ничего не заметила, — процедила она сквозь зубы. — Но я ничего и не искала.

Вместе с растущим негодованием, Лорел все сильнее и сильнее начинала испытывать чувство вины. За несколько лет отец прислал ей так много подарков, а она даже ни разу не поинтересовалась, на какие жертвы он шел ради дочери. Теперь же она словно находилась в водовороте преданности и предательства… Лорел больше не знала, кто был преданным, а кто нет, кто был невиновный и кого предали.

Если ты будешь просто сидеть и рассуждать о высокой морали, то какой-нибудь безнравственный человек вонзит тебе нож между ребрами.

Лорел содрогнулась от этой мысли, с которой отец жил в течение многих лет.

— Итак, ты не искала? — спросил Свэнн.

— Что? Механизм?

— Нет, заморского принца. Господи, Лори! Соберись. Чем быстрее нам удастся открыть яйцо, тем скорее я исчезну, и ты останешься в безопасности. Ты ведь этого хочешь, не правда ли? Возвратиться в свою высоконравственную жизнь. Чувство вины возрастало с каждой минутой. Лорел желала, чтобы происходящее сейчас с ней было всего лишь кошмарным сном, который вот-вот закончится. Ей хотелось снова вернуться в детство и увидеть отца радостными глазами ребенка, а не смотреть на него, окунувшись в мрачную действительность, в которой он жил.

— Ты украл яйцо? — прямо спросила Лорел.

— Я конфисковал его у мошенников. Это совсем другое дело.

— Откуда ты знаешь, что они мошенники?

Свэнн раздраженно положил яйцо на подставку и повернулся к дочери. Однако в этот момент, яйцо наклонилось и стало падать. Лорел рванулась и успела схватить его.

— Осторожно, — резко сказала она, — ты бы сейчас испортил произведение искусства.

Свэнн взглянул на инструменты, лежащие возле верстака, и спросил:

— Может быть, попробовать стамеской?

— Отец, это яйцо является бесценным сокровищем! — ужаснулась Лорел.

— Долларовая банкнота тоже. Для бедняка, который три дня не ел.

Лорел ошеломленно покачала головой. Наконец она поняла. Кроме цели, которую отец пытался достичь любыми способами, ничего другого он не замечал на своем пути. Так, наверное, поступает летчик, перед которым поставлена задача сбросить бомбу на позицию противника невдалеке от больницы. Жалость, ужас, печаль, вина — все эти чувства возникают — если они вообще возникают — уже потом, когда задача выполнена. Когда отец вновь потянулся за яйцом, Лорел приняла решение. Как и всегда, Свэнн одержал победу.

— Остановись! — громко скомандовала она и встала перед верстаком.

Стараясь держаться внешне спокойной, Лорел расчистила место на своем рабочем столе. Когда все было готово, она включила висящую над головой лампу, направила свет на яйцо.

— Спасибо, Лори, я…

— Не благодари меня.

— …знал, что могу рассчитывать на тебя.

— Я не смогла бы позволить тебе обращаться с подобным произведением искусства, как с индейкой по случаю Дня благодарения, — резко ответила она и заметила, как заблестели глаза отца.

Он знал, что дочь скорее поможет ему, чем увидит драгоценное яйцо испорченным.

— Ты всегда знаешь, на какие кнопки следует нажимать? — холодно спросила Лорел, открывая секретный замок.

Свэнн промолчал.

Дверца шкафа с шумом отворилась. Лорел достала кожаную сумку и через плечо посмотрела на отца. Он следил за ней своими янтарными глазами.

— Я хочу вскрыть яйцо не только ради себя, — нежным голосом произнес он.

— Я уже говорила, что не нуждаюсь в деньгах.

— Поступай в таком случае как знаешь. Но у меня есть друзья, которым так же, как и мне, нужны деньги. А может, даже больше. Система их тоже измотала.

Дверца шкафа захлопнулась. Лорел справилась с секретным замком и, глубоко вздохнув, медленно выдохнула. Она ждала, пока сердце перестанет сильно стучать.

— Лори, неужели это так ужасно — немного помочь мне?

16

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.ru