Пользовательский поиск

Книга Последняя любовь Скарлетт. Содержание - ГЛАВА 10

Кол-во голосов: 0

Батлер взглянул на молодого человека и, встретив его напряженный взгляд, тотчас опустил глаза.

– Вы знаете, мистер Перкинсон, я ни минуты в этом не сомневался, – сказал Ретт.

– Вы вправе потребовать от меня объяснений, – добавил, помедлив, Ален.

Батлер хмыкнул.

– Видите ли, молодой человек… Я человек нелюбопытный, – сказал он. – Это освобождает вас от необходимости давать мне какие бы то ни было объяснения.

Ретт поднялся из-за стола и сделал вид, что собирается уйти. Он поднял глаза и посмотрел прямо на бледное лицо Перкинсона.

– По-моему, стало лучше! – заметил Ретт и показал пальцем на губу и бровь юноши.

Ален потрогал рукой лицо и согласно кивнул.

– Я бы даже сказал – стало совсем хорошо, – проговорил он.

Его тон поразил Батлера. Что-то несвойственное этому молодому человеку промелькнуло в последних словах Алена, это был жалобный тон обиженного ребенка, который не знает, что ему делать дальше и ждет от взрослого совета.

Ретт искоса поглядел на Перкинсона. Молодой человек сидел на стуле, положив сжатые кулаки на колени и опустив голову. Он явно избегал взгляда Батлера.

– Вы что-то хотите мне сказать, мистер Перкинсон? – язвительно произнес Ретт.

Он не мог отказать себе в удовольствии немного помучить юнца, как тот когда-то его самого мучил.

– Да, мистер Батлер, хотел… – сказал юноша.

– Я слушаю.

– Вы, наверное, ждете не дождетесь, когда я отсюда уберусь. Правда?

Батлер вздохнул.

– В известном смысле – да! – честно ответил он. Ален поднял голову и вопросительно посмотрел на Ретта.

– Что ж, все правильно. Вы помогали мне, пока это было необходимо, – юноша вздохнул. – А становиться моим сообщником вы не желаете.

Батлер совершенно спокойно приводил в порядок стол.

– Мне такое и в голову не приходило, – сказал он. – Я слишком привык к одиночеству. Присутствие посторонних для меня – тягость, оно мне мешает работать, просто спокойно жить.

– Ну что ж, – задумчиво проговорил Ален. – Мы поняли друг друга. Разрешите только сделать пару звонков. Хочу узнать, есть ли возможность уехать от вас сегодня ночью…

Батлер указал рукой на телефонный аппарат, стоящий на столе.

– Пожалуйста, сколько угодно!

Сам Батлер продолжал рыться на письменном столе. Ален посмотрел на невозмутимого Батлера и вдруг в порыве отчаяния схватил того за руку.

– Что такое? – спросил Батлер.

В жесте юноши было что-то трогательное, детское.

– То, что я вам говорил, вы помните? – спросил Ален жарким шепотом. – Это правда! Я вляпался по самые уши, дорогой мистер Батлер! У меня неприятности, целая куча, и они все очень опасные. Я вляпался в неприятности, чтобы выпутаться из других неприятностей… Это просто заколдованный круг, мистер Батлер.

Он провел рукой по лицу.

– Когда-то я был иным, мистер Батлер, – продолжал молодой человек. – Я хотел чего-то добиться в жизни… Я сегодня то спал, то делал вид, что сплю… И представлял, как все расскажу о себе вам – я ведь слышал, как вы ко мне заходили, – попрошу у вас совета…

На лице Алена появилась чуть ироническая улыбка. Юноше было слегка стыдно, поскольку говорил он в эту минуту совершенно откровенно.

В глазах его была тоска, которая не могла не тронуть Ретта. Однако Батлер был человеком, намеренно избегавшим долгие годы волнений и приучившим себя презирать даже внешние проявления волнения.

Поэтому он осторожно, но твердо высвободил руку и ответил Алену преувеличенно бодрым тоном, который контрастировал с предыдущими словами молодого человека:

– Я не думаю, мистер Перкинсон, чтобы мои советы оказались полезными для вас… К тому же… Мужчина в вашем возрасте, а вы уже давно мужчина… Мужчина в вашем возрасте должен сам знать, как ему поступать. Могу сказать только одно – нужно действовать решительно!

В глазах Алена мелькнуло горькое разочарование. Он совсем не ждал от старого Ретта Батлера такого отношения к себе.

Батлер через несколько секунд закончил уборку на столе и взял в руки книгу. Посмотрев на Ретта, который сидел, словно отгороженный непробиваемой стеной отчужденности, Ален понял, что момент для разговора по душам безвозвратно потерян.

Он подавил в себе стон досады. Ничего не оставалось делать, как только замкнуться в себе. Этим он сможет показать старому отшельнику, что заслуживает права называться настоящим мужчиной.

– Да… – протянул холодно и чуть иронично Ален. – Решительно действовать это же так просто..

Наступила непродолжительная пауза. Если бы Ален потрудился снова посмотреть на Батлера, он непременно заметил бы раскаяние, промелькнувшее в глазах старика.

Ретт Батлер действительно выругал себя за черствость и искал причины возобновить прерванный разговор.

Но Ален уже отвернулся от него и тянулся к телефонному аппарату. Батлер встал, взял под мышку книгу и направился к дверям.

– Я скажу Саманте сделать ужин, проговорил он как бы между прочим. А если она уже легла, тогда я сам принесу вам поесть, не волнуйтесь… Потом я тоже пойду спать. Звоните, сколько вам надо, а когда соберетесь уходить, закройте хорошенько дверь. Ключ положите в этот ящик. Завтра я сам приведу все в порядок.

ГЛАВА 10

Оставшись один, Ален прилег на кровать и задумался. Нужно было срочно уезжать, пока те двое не привели в исполнение свою угрозу. Ален совершенно не надеялся найти деньги до указанного ими срока.

Правда, его обнадеживала Джессика. Она обещала раздобыть денег у матери. Нет, сколько можно потрошить несчастную графиню, которая думает, что он, Ален, по-настоящему ее любит…

Оставалось только одно убираться, и чем скорее, тем лучше. Но как? Поездом недостаточно быстро Нужно было ехать на вокзал, покупать билет. Нет, это не подойдет.

У Алена был приятель, Джек Монди. Вот кто мог помочь! Перкинсон подхватился и в большом волнении стал ходить по комнате туда-сюда.

Джек Монди! Как он раньше не додумался! Он позвонит Джеку и тот, конечно, выручит его, давнего друга, с автомобилем. Ален ни о чем не просил Джека уже много лет, неужели Джек откажет? Добрый здоровяк Джек.

Ален вспомнил, как встретился с Монди первый раз. Кто бы мог подумать, что из этой встречи вырастет настоящая дружба?

Это было несколько лет назад, однажды летним утром. Тогда Ален бродил по улицам где-то на северной окраине Сан-Франциско. Перкинсон оказался там после особо бурной ночи, которая началась за картежным столом. Потом последовал выигрыш, и Ален так обрадовался, что решил продолжить гуляние в ресторане. Там появились девушки, множество друзей… В результате Ален пришел в себя с несколькими купюрами в кармане на грязной койке одной из ночлежек Сан-Франциско где-то в грязных рабочих кварталах.

Оставив несколько медяков и избегая смотреть в глаза священнику, который устроил для бездомных эту ночлежку, Перкинсон вышел на утренние улицы и не спеша пошел по направлению к центру города.

Вдруг он увидел перед собой вывеску бара, приглашавшую прохожих зайти на огонек и обещавшую им недорогую выпивку и горячую закуску. Бар находился в полуподвале. Ко входным дверям вели несколько каменных ступенек, выщербленных ногами посетителей.

У Алена трещала голова и было пусто в желудке. Пожалуй, это то, от чего я сейчас не откажусь, – сказал сам себе Перкинсон.

Он спустился по ступенькам и толкнул деревянную дверь. Звякнул колокольчик.

В помещении было накурено, хотя клиенты, похоже, не жаловались. В зале стоял громкий гул, люди смеялись, грубо шутили, спорили во весь голос. Довольно широкое пространство занимали десятка два круглых деревянных столов, за которыми стояли деревянные же стулья.

Смотри ты, здешний хозяин, видимо, ирландец, – отметил про себя Ален.

Несколько девушек-официанток и целая орава мальчишек обеспечивали постоянный приток еды и питья от кухни к столикам. Многие из них просто творили чудеса в беге по пересеченной местности.

78
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru