Пользовательский поиск

Книга Погоня за счастьем. Страница 42

Кол-во голосов: 0

Глава 37

Они прибыли в Лондон задолго до наступления сумерек. Дворецкий Сент‑Джеймсов наскоро перечислил всех, кто сейчас находится в доме, и лишь потом отправил лакея уведомить мать Мелиссы о возвращении дочери.

Мелисса вошла в гостиную, расстроенная тем, что отца нет дома. Она задумала уладить дело еще до конца дня. Призрачная надежда… а теперь и вовсе неосуществимая, поскольку все зависело от Локлана.

Линкольн, заметив, как вытянулось ее лицо, предположил:

— Разве ты не думала, что он будет обшаривать всю округу в поисках исчезнувшей дочери?

Она ответила кислым взглядом, поскольку он, очевидно, именно этого и ожидал.

— Видишь ли, ты сам сказал, что мои дядюшки — настоящие ищейки, поэтому я считала, что папа останется дома и будет утешать маму.

Он обнял ее за плечи, словно тоже стараясь утешить:

— Ты же оставила матери записку, где просила не волноваться.

— Да, но это все равно не помешает ей беспокоиться. Все матери таковы.

— По крайней мере некоторые, — согласился он, но таким тоном, что Мелисса поспешно обхватила его за талию.

— О, прости, это было так бестактно с моей стороны. Я не подумала.

— Не извиняйся. Я сам хотел покончить со старыми обидами. Поэтому и приехал в Шотландию.

— Ничего не вышло?

— Нет. Не рассчитывал, что прежний гнев вернется при одном взгляде на нее. Но не стоит взвешивать каждое слово или ходить вокруг меня на цыпочках, боясь разбередить поджившие раны. Ничего от меня не ута…

Звук быстрых шагов прервал его на полуслове. Они едва успели отскочить друг от друга, прежде чем Кимберли ворвалась в комнату. Не говоря ни слова, она подбежала к Мелиссе и пристально оглядела с головы до ног.

— Да, я знала, что с тобой ничего не случилось. Ничуть не сомневалась, — вымолвила она наконец.

Однако тяжелое дыхание и раскрасневшееся лицо противоречили деланному спокойствию и вымученной улыбке. Но ни Линкольн, ни Мелисса не нашли нужным указать ей на это.

— Вы поженились? — выпалила Кимберли.

— Нет, — покачал головой Линкольн, но тут же многозначительно добавил:

— Пока нет.

— Почему же?

Судя по выражению лица, Линкольн не ожидал такого вопроса, вернее, такой прямоты и почти обвиняющего тона.

— А следовало бы, — продолжала Кимберли.

— Мы собирались обвенчаться, — поспешно вступилась Мелисса, — поэтому и уехали. Никто не помешал бы нам, но Линкольн увидел, что мое счастье не может быть полным без друзей и семьи, собравшихся на церемонию. Он привез меня домой, чтобы мы могли сделать все как полагается, потому что это очень много значит для меня, а мое счастье для него важнее всего на свете.

Кимберли кивнула:

— Я знала, что должна быть причина, по которой он мне нравится… кроме той, разумеется, что он нравится тебе.

Линкольн и этого не ожидал.

— Значит, вы не против нашей женитьбы? — удивился он.

— Вовсе нет. Я на вашей стороне, вернее, была с того момента, как Мелли сказала, что хочет выйти за вас замуж. Кроме того, я выслушала вашу душераздирающую историю и видела, как вы выходите отсюда, получив смертельный удар. В вашем поведении не было ничего неестественного. Я не разделяю тревогу мужа по этому поводу.

— А я благодарен вам за поддержку, — кивнул Линкольн.

— Не стоит. Локлан становится на диво упрямым и колючим, стоит мне сказать слово против него, поэтому мое мнение скорее может повредить вам, чем помочь.

— Она хочет сказать, что после всякого спора с ма па становится сам не свой, — пояснила Мелисса.

— Тем не менее я ценю вашу веру в меня…

— Стоп! — перебила Кимберли, сурово хмурясь. — Моя поддержка основана на инстинктах и чувствах моей дочери к вам и том факте, что вы идеально вели себя в сложных обстоятельствах. Но не думайте, что я простила вам побег с Мелиссой и пришла в полный восторг от соображений, по которым вы предпочли ее вернуть. Я просто недостаточно хорошо знаю вас, чтобы прийти к собственным выводам и составить собственное мнение. Для того чтобы продвинуться вперед в наших отношениях, мне нужно исправить этот серьезный недостаток. Сомневаюсь, что иначе существует хоть какая‑то надежда поколебать решимость моего мужа.

— Вы правы, — серьезно заметил Линкольн. Мелисса послала ему ободряющую улыбку.

— Все это не так страшно, как кажется.

— Знаю. Твои родные ничего обо мне не знают, кроме нескольких давних событий. Не случись то, что случилось, я остался бы в Шотландии, и мы, вне всякого сомнения, встретились бы раньше, а может, и стали бы хорошими приятелями.

— О, не стоит расстраиваться, — поспешно вмешалась Мелисса. — Вполне возможно, что мы вообще не встретились бы, особенно если ты продолжал бы дружить с моими дядьями. По известным причинам меня очень редко знакомят с их друзьями.

— Возможно, потому, что им вообще никто не нужен. Им хватает друг друга, — саркастически обронил Линкольн.

Мелисса страдальчески поморщилась, поскольку не могла оспаривать это справедливое замечание. Однако Кимберли сочла нужным вмешаться:

— У них есть приятели, но не настолько близкие, каким были вы. Им и вправду хватает друг друга. То, что вы сумели завязать такие отношения с Дуги, делает вам честь. Но все, что произошло потом, изменить нельзя. И все же вы двое встретились. Значит, судьба была милостива к вам.

— Верно, — просияла Мелисса, но мать еще не договорила.

— А теперь о главном. Моя дочь скомпрометирована?

Мелисса тихо застонала и отвела глаза. Она и Линкольн уже обсуждали эту тему по пути в Лондон, и оба решили не упоминать о том, что было прошлой ночью. Это только смутит окружающих и навлечет позор на Мелиссу. Мало того, еще ухудшит положение: отец наверняка подумает, что Линкольн сделал это, стараясь силой принудить родителей согласиться на свадьбу.

Молчание и пунцовые щеки Мелиссы оказались достаточно красноречивы.

— Вижу, так оно и есть, — кивнула Кимберли. — Что ж, мы ничего не скажем отцу… если это может помочь. Надеюсь, он и не спросит, потому что отрицать нет смысла: все и без того написано у вас на физиономиях.

— Когда ты ожидаешь его? — спросила Мелисса, спеша сменить тему.

— Трудно сказать… — начала было Кимберли, но из передней донесся громовой голос Локлана:

— Где она?!

Очевидно, дворецкий сообщил ему о появлении Мелиссы.

— Думаю, прямо сейчас, — поправилась Кимберли.

Глава 38

В гостиную ввалился Локлан, растрепанный, пыльный, уставший и, что самое главное, разъяренный. Гигант, вышедший на тропу войны, казался поистине устрашающим. Да и первые же слова, сорвавшиеся с его губ, не позволяли надеяться на то, что он так легко успокоится.

— Назови хоть одну вескую причину, по которой я не должен оторвать тебе голову! — набросился он на Линкольна.

— Потому что он мне нравится в таком виде, — немедленно отпарировала Мелисса.

— В таком случае приведи хоть одну вескую причину, по которой я не должен запереть тебя в твоей комнате на последующие десять лет, или пока тебе не разонравится вид головы у него на плечах, — прошипел Локлан.

— Потому что не пройдет и дня, как ты сам откроешь дверь, ибо терпеть не можешь меня наказывать.

— Вздор! Придумай что‑нибудь другое! — потребовал он.

Мелисса подвинулась к Линкольну. Ей нечего было бояться отца, но она инстинктивно жалась под крылышко жениха в поисках защиты и поддержки. Кимберли сразу отметила это, хотя сама Мелисса еще не осознала смысл своего поступка.

— Он привез ее обратно, — спокойно заметила Кимберли. — По‑моему, уже одно это должно вызвать уважение к нему. И они не женаты, хотя могли бы. Но Линкольн вернул Мелиссу, вместо того чтобы…

— Ты отказываешься от нее? — ахнул Локлан, забыв о своем первоначальном намерении.

42
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru