Пользовательский поиск

Книга Погоня за счастьем. Содержание - Глава 11

Кол-во голосов: 0

Глава 11

Перед ним была не та простушка в скромном наряде, запечатлевшаяся в памяти Линкольна. Он едва узнал Мелиссу, такой разительной была перемена. Она — само воплощение прелести в вечернем туалете из бледно‑голубого атласа, расшитого причудливыми цветами из переливчатых бусинок, с квадратным вырезом, треугольным корсажем и короткими пышными рукавчиками. Длинные перчатки и туфельки были из такого же атласа. Сегодня из простой элегантной прически не выбивается ни единого волоска.

Поразительное платье… и она неотразима в этом платье. Но чего и ожидать, если она на дружеской ноге с герцогами и герцогинями!

Та растрепанная и смеющаяся девчонка, на которой он под воздействием мгновенного порыва решил жениться, ничем не напоминала эту молодую даму. Кроме того, она уже несвободна. Мужчина, с которым она стояла, был необычайно красив и держался с царственным видом. Он не слышал, о чем они говорили, но, судя по виду, их отношения не ограничивались недавним знакомством. Кроме того, Мелиссу только что проводил к нему партнер по танцу, значит, именно он был ее кавалером на сегодняшний вечер.

Что же, недаром ее отец сказал, что дочь скорее всего вернется домой помолвленной, и Мелисса, очевидно, зря времени не тратила. Разумеется, этот тип слишком молод для нее… вернее, не слишком, возможно, ровесник, и рядом с ним Линкольн неожиданно почувствовал себя ужасно старым.

Линкольн отвернулся, чтобы уйти, и поэтому не заметил ее отчаянного взгляда.

Но он не сделал и двух шагов, когда на плечо опустилась чья‑то рука и рассерженный голос прошептал в ухо:

— Я не знаю вас, и вы не знаете меня, но просто руки чешутся оторвать вам голову за то, что только сейчас сделали с Мелли.

— Простите? — холодно бросил Линкольн, сбрасывая с себя чужую руку.

— Черта с два я вас прощу! Почему вы только сейчас обидели ее до глубины души? И если станете утверждать, что безразличны к ней, я назову вас проклятым лжецом и к тому же слепым.

— Значит, вы еще не предъявили на нее прав? — нахмурился Линкольн.

— Забавно! — фыркнул молодой человек. — А если да? Это означает, что вы должны бежать без оглядки? Да я скорее согласился бы добровольно провалиться сквозь землю, чем так легко сдаться!

— Я не сдавался. Просто решил зализать раны в одиночестве, — сухо пояснил Линкольн. Джастин понимающе усмехнулся:

— Да ну? Что же, это дело другое и вполне приемлемое. Может, начнем сначала? Я Джастин Сент‑Джеймс, вполне возможно, лучший друг Мелли, и, кстати, это единственное право, которое могу предъявить на нашу милую девочку. Я в самом деле искренне ее люблю, не меньше, чем моих озорниц сестер. Ну а теперь вы, наверное, хотели бы с ней познакомиться?

— Мы уже встречались, — промямлил Линкольн, стыдясь того, что так быстро пришел к неверным выводам и, поддавшись первому впечатлению, так легко отказался от представившейся возможности.

— В таком случае не хотите ли потанцевать с ней, чтобы обсудить… зализать раны в полуодиночестве? — поддразнил Джастин с лукавым блеском в глазах. — Хотя советую действовать быстро, пока не вернется мать и не подвергнет вас допросу с пристрастием: рекомендации и тому подобное. Поверьте, она способна терзать вас часами, прежде чем сочтет достойным внимания ее подопечной.

— И что заставляет вас думать, что я… окажусь достойным? — сардонически осведомился Линкольн.

— По мне можете быть хоть нищим. Мелли вы нравитесь, и это для меня единственный имеющий значение довод.

«Мелли вы нравитесь».

Всего три простых слова, но какую бурю эмоций подняли они в его душе!

Она стояла на том же месте, не сводя с него глаз. Только лицо превратилось в маску, не выдавая владевших ею чувств. У него не хватило силы воли на что‑то подобное. Линкольн сильно нервничал, что было весьма для него непривычно: с женщинами он всегда вел себя спокойно и уверенно. Возможно, дело было в том, что остальные оставляли его равнодушным. В отличие от Мелли.

За последние недели она доставила ему массу неприятных эмоций, но лишь только потому, что была недосягаема. Но сейчас она рядом, близко… если, разумеется, согласится говорить с ним после того, как он «оскорбил ее до глубины души». Линкольн вовсе не хотел этого. Не подумал, как подействует на нее его уход. Просто было мучительно видеть ее с другим.

Он кивнул молодому человеку и направился к Мелиссе. Вопреки его опасениям она не отвернулась. Ждала, пока он приблизится. И даже нерешительно улыбнулась: куда большая милость, чем он заслуживал в этот момент.

— Мы снова встретились, Мелисса Макгрегор.

Ее улыбка словно осветила весь зал, хотя она всего лишь коротко обронила:

— Да.

— Ваш следующий танец уже обещан?

— Он был оставлен Джастину, для того чтобы дать мне возможность отдышаться. Но я уже успела отдохнуть и буду счастлива принять ваше приглашение… если вы приглашаете, конечно.

— Приглашаю.

Предыдущий танец только что окончился, и музыканты вновь заиграли вальс. Линкольн, не теряя времени, повел ее к центру зала, пока не явилась строгая опекунша и не принялась его «допрашивать». Оказывается, он и не подозревал, какое это удовольствие — быть с ней, прикасаться, обнимать за талию, как предписывалось правилами танца. Впрочем, он забыл обо всем и так и стоял в центре зала, уставившись на нее и не замечая любопытных взглядов других пар, кружившихся в вальсе.

— Я было подумала… то есть решила, что больше никогда вас не увижу, — заметила Мелисса.

Ее голос заставил Линкольна очнуться и сделать первый шаг.

— Если хотите знать, я боялся того же. А когда узнал, где вы гостите…

— Вы знали и не нанесли мне визит?!

— Возможно, вы не совсем сознаете, какое высокое положение занимают ваши друзья. Без их приглашения или визитной карточки меня и на порог не пустят!

— Вот как? Почему же? Я и не знала. В Шотландии таких формальностей не соблюдают.

— Да и в Англии далеко не везде, но большинство людей не носят герцогского титула! Думаю, мне необходимо встретиться с вашей покровительницей и испросить разрешения нанести вам визит как полагается.

— О, не стоит так расстраиваться, — усмехнулась Мелисса. — Меган Сент‑Джеймс очень милая дама, и к тому же понимающая. Уверена, что она посочувствует вашим горестям. И к тому же знает о вас.

— Неужели?!

— Я спрашивала, знакома ли она с вами, — объяснила она, слегка краснея.

— На что она, разумеется, ответила отрицательно, — сухо добавил он.

— О, только не обижайтесь. Она сама редко бывает в свете. Сент‑Джеймсы предпочитают деревню.

— Почему же она согласилась вывозить вас в этом сезоне? — удивился он.

— Герцогиня и герцог были друзьями моих родителей еще до моего рождения. Собственно говоря, благодаря им отец с матерью поженились. И поскольку у меня самой появились кое‑какие матримониальные планы, Меган и предложила осуществить их в Лондоне. У меня слишком мало надежд найти жениха в Шотландии.

— Простите, но в это трудно поверить, — покачал головой Линкольн.

Мелисса снова вспыхнула.

— Видите ли, иногда мои родственники могут быть несколько… устрашающими.

Линкольн кивнул. Должно быть, так оно и есть. Знай он, что Мелисса — дочь вождя клана Макгрегоров, дважды подумал бы, прежде чем подойти к нему и попросить разрешения ухаживать за его дочерью. Правда, вполне возможно, что это соображение его не остановило бы, но другие, очевидно, далеко не так храбры.

— Сколько же у меня соперников? — небрежно спросил он, втайне боясь ответа. У нее было почти три недели, чтобы познакомиться со сливками лондонского общества. Сколько раз он изводил себя этими мрачными мыслями, стоя у герцогского дома и наблюдая, как к крыльцу подъезжает поток карет, откуда выходят щеголевато одетые молодые люди. В отличие от него двери перед ними незамедлительно распахивались! К кому они приезжали? К Джастину, или… или это все поклонники Мелиссы? Он, естественно, предполагал последнее, не зная, что сыну его светлости было уже почти двадцать.

13
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru