Пользовательский поиск

Книга Пленница. Страница 37

Кол-во голосов: 0

Ксавье не мог проглотить ни кусочка, хотя отлично понимал, что скорее всего это его последняя возможность поесть по-человечески. Он лишь без конца пил густой до черноты, сладкий до приторности горячий кофе. Голова начала немного кружиться. Ему приходилось пускать в ход всю свою волю, чтобы не сорваться.

Вот уже в который раз он бросал взгляд на дальнюю стену зала. Он был почти уверен, что оттуда на него глядят те самые изумрудные глаза.

Для Ксавье не был секретом мусульманский обычай устраивать для женщин потайные наблюдательные комнаты. Наверное, и Александра следит за ним сейчас из укромного уголка. Он бы не хотел этого. И не потому, что ее присутствие могло как-то смутить его — хотя это было вполне реально, — просто он не хотел, чтобы она увидела нечто нелицеприятное.

При этой мысли в его голове промелькнули две картины: залитая его собственной кровью людная площадь — и мокрое от слез прекрасное лицо, прижатое к толстым прутьям решетки.

Ксавье с трудом удалось отогнать от себя эти мрачные мысли.

— Как чувствуют себя мои люди? — спросил он у Джовара.

— Жалуются, а что же еще остается делать пленным? — осклабился раис, пронзая врага холодным взглядом.

— Их по-прежнему держат в заключении? — Блэкуэллу рассказали, что его матросов упрятали в «парилку» — место, не имевшее ничего общего с баней.

— Не унывай, — хмыкнул Джовар. — Скажи спасибо, что они пока все живы. Их кормят, поят и даже выпускают на час прогуляться.

— Как собак, — стараясь держать себя в руках, добавил Ксавье.

— Как американских псов, коими они и являются, — с нарочитой небрежностью ответил Джовар.

— Слава Богу, среди них нет хотя бы шотландских гадюк, — брезгливо сказал Ксавье.

— А ну-ка встань, пес! — прорычал Джовар, вскочив на ноги и выхватив клинок.

Ксавье тоже вскочил, приготовившись дать отпор, хотя у него не было оружия.

Тут же вскочили паша, Джебаль и Фарук.

— А ну, хватит! — грозно рявкнул паша. — Сядь, Джовар!

Джовар медленно опустился на место, прожигая Ксавье холодным пламенем жестоких глаз.

Паша, шумно отдуваясь, примирительно улыбнулся Ксавье:

— Раис Блэкуэлл, прости эту выходку моего неразумного раба. Не беспокойся, он получит по заслугам за то, что проявил такую невоспитанность.

— Ничего, я не обижаюсь, — сказал Ксавье, покосившись на горевшего от ярости и унижения Джовара.

— Ах, как ты великодушен! Садись же, кушай, пей, — предложил паша, опускаясь на место.

— Итак, — многозначительно улыбнулся Фарук. — Решил ли ты стать одним из нас, раис Блэкуэлл?

Гомон за столом мгновенно стих. Ксавье замер. Сейчас все решится. Он физически чувствовал, как соседи прожигают его взглядами.

— Вы поставили меня в крайне нелегкое положение, — осторожно начал Ксавье. — Я всегда считал себя патриотом своей страны. Тем не менее я ценю оказанное доверие.

— Но ведь ты отдаешь себе отчет в своих поступках? — настаивал Фарук.

Джовар нетерпеливо подался вперед.

— Мне еще требуется время, — медленно произнес Ксавье. — Я должен как следует подумать, прежде чем отвернуться от своей веры, своей родины и товарищей. Такое решение принять крайне тяжело.

— За два дня можно было обдумать десять таких решений! — перебил Джовар.

— Дома я был очень богатым человеком! — заявил Ксавье.

— Здесь ты станешь в десять раз богаче. Ты получишь кучу денег, молодую жену-красавицу и большой дворец. — Фарук улыбался одними губами.

Паша поднялся с места. Все как один повернулись к нему.

— Или ты с нами, или против нас! — промолвил он, с трудом сдерживая закипавший гнев. — Ты умный человек, раис Блэкуэлл. Какое решение ты принял? У тебя нет иного выбора.

Ксавье промолчал. Он пытался прикинуть, означает ли его отказ немедленную смерть.

— Я могу предложить тебе больше, чем имеют все мои раисы, даже Джовар — а ведь он командует всем моим флотом! — горячо продолжал паша. — Ты в жизни своей не видал столько золота!

Джовар побледнел. Светлые пряди прилипли к мокрому от пота лбу.

— Пятьдесят процентов, — отчеканил паша, блестя темными глазами. Под его взглядом Ксавье стало не по себе. — Половина всей добычи. Лучшая половина. И все оттого, что я желаю, чтобы ты мне служил, раис Блэкуэлл.

— Не верю своим ушам, — солгал Ксавье, медленно вставая. Он не сводил взгляда с паши, человека, по большому счету ответственного за смерть Роберта. О, Ксавье питал к нему ненависть намного большую, нежели к Фаруку или даже к Джовару.

— Итак, ты согласен, — заулыбался было паша.

— Нет, — отрезал Ксавье. Он больше был не в состоянии притворяться и решил пойти ва-банк: вдруг его все-таки не умертвят немедленно, а понадеются, что в один прекрасный день он все же передумает. — Нет, — повторил он.

Паша растерянно крякнул. Джовар с Джебалем мигом оказались на ногах — впрочем, как и все в зале, и все до одного — за исключением рабов — тянулись к кинжалам и ятаганам.

— Как?! — взревел паша. — Ты посмел отказать мне?!

— Да, я отказываюсь, — раздельно произнес Ксавье. Его сердце бешено колотилось, пот тек по вискам.

Паша побагровел от ярости. Он смачно сплюнул и закричал:

— Крови! Я желаю его крови — всей до капли!!!

И вдруг где-то поблизости раздался дикий женский визг:

— Не-е-ет!!!

Глава 15

Охваченная ужасом, Алекс следила за происходящим через глазок. Вот Блэкуэлла окружили янычары, и двое из них грубо схватили капитана за руки. Мгновением позже он уже был в кандалах.

Она увидела, как к ручным кандалам присоединили ножные, а потом Ксавье поволокли из-за стола.

— О Боже! — вырвался у нее хриплый шепот. В широко раскрытых глазах плескался ужас.

Мурад подхватил хозяйку, и она, дрожа, повисла на нем. Что же теперь делать? Ну неужели она отыскала живого, настоящего Блэкуэлла, чтобы тут же потерять? Не повлекло ли вмешательство в ход истории еще более раннюю гибель ее героя?

— Алекс, Аллахом тебя молю, — ворвался в ее сознание шепот Мурада, — веди себя спокойно! Мы не одни здесь! — Встряхнув ее для убедительности, раб продолжал: — Мы ничем не сможем им помешать. Пойдем со мной. Сейчас же!

— Но ведь они его убьют! — ахнула она, вцепившись ему в жилетку. — Мы должны остановить их!

Бешено вырываясь из рук раба, она и не заметила, как оцарапала щеку о грубо оштукатуренную стену каморки. Ее взгляд снова обратился к глазку.

Сначала она не заметила Блэкуэлла и решила, что его куда-то увели. Скорее всего на какое-нибудь лобное место, где рубят головы и сжигают преступников и предателей. Но нет, вот же он, в окружении солдат. Если капитан и испытывал страх, то никак этого не выказывал. Его прекрасное лицо было каменно непроницаемым.

Алекс едва не стало плохо от радости. Слава Богу, он пока жив. Но надолго ли? И что теперь делать?

— Пойдем же! — потянул ее Мурад.

Алекс не отвечала. Что за глупость — отсиживаться у себя в комнате, тогда как на кону жизнь ее Блэкуэлла! Она обязана найти какой-то выход. Он не имеет права погибнуть сейчас. Алекс торопливо окинула взглядом зал. Испуганно охнув, она пристально уставилась в дальний его угол. Там стояли паша, к которому она мгновенно воспылала неукротимой ненавистью, и еще трое мужчин. Судя по виду, они о чем-то спорили. Джебаль находился справа от отца.

Джебаль! И в сердце ее снова вспыхнула надежда. Алекс готова пойти на все, наобещать ему что угодно — только бы он сохранил Блэкуэллу жизнь!

— Джебаль! — воскликнула она. — Мне надо поскорее к Джебалю! Я знаю, он поможет, он спасет его!

Мурад едва успел ухватить ее за руку и остановить. Иначе она сломя голову понеслась бы в ту часть дворца, где не положено появляться ни одной женщине — а уж тем более жене Джебаля.

— Алекс! Ты не в состоянии рассуждать здраво! Ты вообще не в состоянии рассуждать!

— У меня нет на это времени. Пожалуйста, Мурад, помоги мне, помоги немедленно!

37
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.ru