Пользовательский поиск

Книга Нечаянный поцелуй. Страница 41

Кол-во голосов: 0

– Вы? – Рейнард нахмурился. – Но…

– Я находился там, где умер Тару. Он был чудовищем, Рейнард. Мерзкий человек. Совсем не такой милый и веселый дядюшка, каким считал его король. Там случился пожар… Я мало что помню о той ночи, но если кому-то придет в голову указать на меня, как смогу я доказать свою невиновность? В одном я уверен: король перестанет относиться ко мне как к своему другу, если узнает, что я находился там. Возможно, он не накажет меня публично, возможно, скажет, что принимает мою версию событий. В конце концов, он не захочет выглядеть глупцом, ведь все это время держал меня при себе как своего друга. Но факт остается фактом. Я не рассказал ему правду десять лет назад. Промолчал. Уже одно это сделает меня в его глазах бесчестным.

Хотя это и не совсем соответствовало действительности, но содержало достаточную долю правды, чтобы Рейнард мог понять всю сложность положения Генриха.

– Значит, вы потеряете свой статус приближенного?

– Да. И вместе с ним все остальное. Все, чего я достиг, рухнет.

– Если в течение недели вы не оставите леди Дженову и не возвратитесь в Лондон.

Генрих издал горький смешок.

– Я не оставлю ее. Священник говорит, что знает меня, но если это так, он должен догадаться, что при любых обстоятельствах я останусь с Дженовой и буду ее защищать. Нашему безликому Жан-Полю не придется пачкать руки: я сам затяну петлю на своей шее.

Генрих полагал, что Рейнард постарается вытянуть из него больше подробностей, начнет задавать вопросы, на которые ему не захочется отвечать. Заставит вновь пережить воспоминания, о которых ему хотелось бы забыть. Но Рейнард стоял с задумчивым видом, словно оценивая ситуацию с разных точек зрения. Генриху вдруг пришло в голову, что Рейнард именно тот человек, который нужен ему в это трудное для него время. Умный, сильный, смекалистый.

– Я должен кое в чем вам признаться. – Рейнард смотрел на него с чрезвычайной серьезностью. – Я планировал рассказать об этом, когда получу дополнительные сведения, но, похоже, время подоспело… Ко мне подходила леди Рона…

Он продолжал говорить. Его рассказ был удивительный, но Рейнард излагал случившееся просто, не без юмора, Генрих даже пару раз улыбнулся. Рейнард и вправду слишком многое на себя взял, но Генрих не мог винить его в этом и верил ему. Генриху приходилось иметь дело со многими людьми, и он безошибочно определял, кто честен, а кто нет. Рейнард был на стороне Генриха. Если они хотят победить Болдессара, то пара глаз и ушей в замке Хиллдаун им не помешает.

– Пожалуй, я правильно поступил, согласившись шпионить для леди Роны. По крайней мере, я буду знать, что происходит. Мы с ней вполне можем использовать друг друга.

Несмотря на внешнее спокойствие, Генрих видел, что Рейнард нервничает. Он приготовился к самому худшему. При желании Генрих мог бы объявить его предателем, наказать или прогнать. Но Генрих умел отличать добро от зла; он доверял Рейнарду и отчаянно искал способ переломить ситуацию в свою пользу.

– Использовать ее всячески – это хорошо, – согласился Генрих. Он поймал взгляд темных глаз Рейнарда. – Ты правильно поступил.

Рейнард облегченно вздохнул.

– Благодарю, лорд Генрих. Я вас не подведу. – Нахмурившись, он добавил: – Но позволит ли король лорду Болдессару насильно взять в жены леди Дженову? Ведь она пользуется благосклонностью короля. Лорд Болдессар должен предвидеть, что понесет наказание, когда король Вильгельм вновь ступит на английскую землю.

– Болдессар, вероятно, считает, что я все улажу в своих собственных интересах. Своими угрозами они могут держать меня в узде всю мою оставшуюся жизнь. Дергать, как марионетку, за веревочки. – Генрих покачал головой, гоня прочь эти кошмарные мысли. – Да, король будет недоволен, если узнает, что Болдессар взял Дженову в жены против ее воли. С другой стороны, он может не увидеть большого смысла в том, чтобы поднимать скандал, когда дело сделано, тем более если Болдессар убедит его, что Дженова довольна своим положением. Возможно, он не поверит, но если по его возвращении домой возникнут другие, более важные дела, требующие его внимания, способные привести к падению его царствования… – Генрих пожал плечами. – Не исключено, что королю придется подавлять мятеж, и у него не будет времени разбираться с Болдессаром.

– Что ж, это вполне возможно.

– Этого не случится, Рейнард, – спокойно произнес Генрих, и его голубые глаза стали еще голубее. – Я не допущу, что бы ни болтали Болдессар и его священник. Я не оставлю Ганлингорн беззащитным.

Рейнард кивнул, и в черноте его глаз проблеснула искра радостного предвкушения, смешанного с восторгом. Генрих про себя улыбнулся, подумав, что Рейнард любит драться.

– Когда ты снова встречаешься с леди Роной? – спросил Генрих.

– Через два дня в «Черном псе».

– Постарайся узнать у нее, кто этот священник. Его настоящее имя, имя Жан-Поль мне ни о чем не говорит. И почему он объединился с Болдессаром, чтобы меня погубить. Он явно кто-то из Шато-де-Нюи. Я в этом уверен. Но кто?

– Замок Ночи, звучит угрожающе, – заметил Рейнард.

– Это всего лишь название, Рейнард. Имена не способны причинять вред.

Зато люди способны, с тоской подумал Генрих.

– А что мне сказать Роне, милорд? Она будет ждать от меня информации.

Генрих задумался.

– Скажи, что я собираюсь возвращаться в Лондон. Пусть радуется, что ее отец одержал победу. Тогда она станет еще откровеннее с тобой.

– Я выполню вашу просьбу. Вы объясните леди Дженове суть происходящего?

Генрих надеялся самостоятельно выпутаться из создавшегося положения и разрешить проблему до того, как Дженове станет что-либо известно.

– Предоставь леди Дженову мне, Рейнард.

– Как пожелаете, лорд Генрих.

Рейнард ушел, оставив Генриха наедине с холодным, мрачным океаном. Щурясь от колючего соленого ветра, он окинул взглядом горизонт. Да поможет им Бог разрешить все в ближайшее время и спасти Дженову. А также сохранить его тайну.

Он закрыл глаза и представил ее. Ее спокойную красоту в большом зале и неистовую красоту в его объятиях. Генрих недавно обнаружил, если не видит ее достаточно часто, то в его груди открывается зияющая пустота. Возникает чувство потери.

Дженова смотрела на него как-то по-особому, менялось даже выражение ее лица. Дженова считала его красивым, сильным, благородным, доверяла ему, считалась с его мнением. Это придавало ему силы. Только теперь он это понял. Ее отношение к нему составляло смысл его жизни.

Если ей станет известно его прошлое, она отвернется от него. Генрих в этом не сомневался. И прогонит. Генрих представлял себе, как изменится при этом выражение ее лица, сколько презрения будет в ее взгляде. С другой стороны, если он сейчас уедет, то подвергнет ее смертельной опасности. Кто его враг? Кто этот священник без лица? Генрих не знал, но перебирал в памяти имена людей, подходящих на эту роль. Однако все они, как он полагал, уже мертвы. Этот монстр, Тару. Мог ли это быть он? Или кто-либо другой. Их лица скрывала мгла прошлого, воспоминания о них были стерты из памяти, чтобы Генрих мог жить дальше. Слишком велик был груз, и, чтобы вернуться к нормальному существованию, ему пришлось предать прошлое забвению. Порой он верил, что и впрямь забыл, когда не вспоминал о прошлом сутками или неделями.

Он оказался более стойким, чем думал. Более стойким, чем его друг Сури.

Мышь.

Генрих тормошил память, но она не поддавалась, жесткая и проржавевшая, как кольчуга без смазки. Из скрипучих темных углов его памяти выскользнула фигура Сури с его бледным, узким лицом, острым носом, падающими на лоб прядями каштановых волос и глазами, искрящимися радостью. Сури, Мышь, его единственный друг в мире, где жизнь твоя зависела от исполнения немыслимых вещей. Но Сури умер вместе с Тару в ту ночь, когда пожар уничтожил Шато-де-Нюи. Сровнял все с землей и превратил в пепел, унеся с собой крики и печали всех, кто там обитал, и души тех, кого держали там в неволе.

41

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.ru