Пользовательский поиск

Книга Мой прекрасный лорд. Содержание - Глава 16

Кол-во голосов: 0

– Не возражаешь, если я при-и-и-сяду, приятель? – нарушил его размышления гнусавый голос.

Лукас поднял глаза от стакана и увидел прямо перед собой улыбающегося Смайли Фиггенботтема.

– Фиггенботтем! – недоверчиво воскликнул Лукас. Он украдкой посмотрел на буфетчика, потом на своего сообщника и прошептал: – Какого дьявола ты болтаешься в Крэгмире в такое время?

– Ищу Лукаса Дэвина, – сказал крючконосый коротышка, издав довольный смешок. – Ты его не видел, с-с-случаем?

Он сбросил мокрый плащ и уселся напротив Лукаса, потирая руки.

– Я знал, что найду тебя здесь. Я побывал в тюрьме, и мне ска-а-зали, что ты уже далеко, в другой стране. Но я-то лучше знаю.

– Как Робин?

– В порядке, – отмахнулся Смайли. – Не беспокойся о старике, он нас всех переживет.

Смайли жадно посмотрел на стоящий перед Лукасом стакан джина и облизал губы.

Лукас подал знак буфетчику, заказав еще два стакана. У Смайли все на лице написано.

– Ты посмотри-ка, – хихикнул коротышка, указывая на одежду Лукаса: пальто с многослойной накидкой, спадающей на спину. – Тю-тю-тю… Фасонная вещь, чтоб мне

п-п-пусто было. Что ты тут, черт по-о-по-обери, делаешь? Пасешь вдовствующую графиню Джермейн?

Лукас вспыхнул. Еще не хватало, чтобы Смайли узнал, откуда появилась его новая одежда. Буфетчик принес стаканы, небрежно расплескав горячительную жидкость по грубому столу. У Смайли был такой вид, будто он готов подлизать лужицу языком, но он терпеливо выждал, пока Лукас подвинул ему стакан.

– Не обращай внимания на мою одежду, старина. Это часть моего плана. В Лондоне все в порядке?

– Все путем, приятель. Шайка, так сказать, пока отсиживается в «Семи лунах», обдумывая предстоящее дельце. Затем п-п-лан переходит в активную стадию, как выражаются ученые люди, – хихикнул Смайли, подмигнув. – Все произойдет через пару недель. Мы на-а-падем на Фаллингейт и Джермейн-Хаус в одну ночь, как ты говорил. Ты ведь по-прежнему в деле, Лукас?

Тот молча смотрел в свой стакан. Смайли перегнулся через стол и схватил его за руку.

– Я сейчас в за-а-труднительном положении, парень, и это дело поможет мне свести концы с концами. Так ты с нами?

С ними ли он? Наступил момент, когда его прежняя жизнь схлестнулась с новой. Лукас настолько сжился с Фаллингейтом, что почти забыл, кто он на самом деле. Когда Кэролайн ночью коснулась его шрамов, она, сама того не понимая, напомнила ему о прошлом.

Лукас оттянул ворот пальто, ему вдруг стало трудно дышать. На лбу выступила испарина. Вытерев тыльной стороной лоб, он отхлебнул джина.

– Да, приятель, я в деле. – Он закашлялся, не сводя глаз со своего стакана. – Смайли, не знаешь ли ты какой-нибудь подходящий способ избавиться от женщины?

Коротышка покрутил головой, потом отрицательно покачал ею.

– Нет, чего нет, того нет. У меня в отличие от тебя, Дэвин, не было нужды отделываться от баб.

Лукас саркастически усмехнулся. У него хватало опыта, особенно после смерти Иззи. Но до сегодняшнего дня он не встретил ни одной достойной.

– Лучший способ, – задумчиво проговорил он, – заставить возненавидеть тебя. Тогда она сама оставит тебя в покое да еще будет думать, что это ее собственная идея. И подобный способ менее болезнен. А ты знаешь, Смайли, как заставить женщину тебя возненавидеть?

– Нет, дружище, – негромко ответил Смайли, глядя на него непонимающими глазами.

– Предать. – Лукас медленно сощурился, чувствуя благотворное действие джина. Он согревал его нутро. – Ты просто предаешь ее. Это всякий раз срабатывает.

Глава 16

На следующее утро Лукасу предстоял очередной урок с Амандой. На этот раз дикция и французский. Пока он пытался усвоить манеры, присущие джентльмену, доктор Кавендиш и Кэролайн обдумывали, когда лучше устроить его дебют. И оба пришли к выводу, что наиболее благоприятная компания для первого выхода Лукаса – это мисс Кинникотт и ее отец.

Ишмаэл Кинникотт – пожилой фермер, ближайший сосед Кэролайн, жил со своей дочерью на небольшой ферме в долине, на краю пустоши. Он не придавал особого значения светским манерам, как, впрочем, и количеству карет, принадлежавших тому или иному владельцу. Его дочь Эмили, двадцатидвухлетняя девушка, отличалась немногословием и приветливостью и умудрялась в каждом человеке видеть прежде всего хорошее.

Кэролайн приказала Генри послать кого-нибудь из близнецов на ферму к Кинникоттам с приглашением пожаловать на пикник в Билберри-коттедж. В этом домике жил управляющий Фаллингейтом мистер Доррис, который часто устраивал вечерние посиделки для рабочих рудников, принадлежащих Кэролайн.

В одиннадцатом часу постояльцы Фаллингейта отправились в Билберри-коттедж. Слуги ехали на повозке, а Кэролайн, Теодор, Аманда и Лукас верхом. Стоял чудесный осенний день, и солнце щедро согревало своими лучами землю.

Кэролайн казалась оживленной, как никогда. Томление, бывшее следствием экстаза прошлой ночи, переполняло ее, и ясный день прибавлял опьяняющей радости. Она надеялась, что никто не заметит следы от поцелуев Лукаса на ее щеках. Если даже кто-то догадается, что она больше не девушка, то она не станет смущаться. Напротив, она испытывала слишком сильное удовлетворение оттого, что наконец стала женщиной в полном смысле этого слова. И по этой причине ей даже не приходило в голову задуматься, почему Лукас избегает ее взгляда. Она полагала, что он считал их ночь любви чем-то само собой разумеющимся, как каждый мужчина на его месте.

Эмили и ее отец как раз входили во двор, когда прибыли гости из Фаллингейта. На Эмили были выгоревшее ситцевое платье и изящная белая шляпка. Ее отец, одетый по-рабочему, более неряшливо, чем обычно, выглядел постаревшим.

– Мисс Кинникотт! – окликнула Кэролайн и повернулась к Лукасу. – Не волнуйтесь, Лукас. Вы наверняка понравитесь Эмили.

Он отпустил поводья Гермеса с таким видом, словно ездил верхом всю свою жизнь, и лошадь, похрапывая, остановилась у деревянной изгороди, ограждающей длинный двор.

– Стоять, приятель, – приказал Лукас, похлопывая мерина по лоснящемуся боку.

– По-моему, вы уже приручили Гермеса, – сказала Кэролайн, сопровождая слова лучистой улыбкой. – Вы на самом деле уверены, что никогда прежде не занимались верховой ездой?

– Честно говоря, я уже ни в чем не уверен. – Он нежно, но чуточку насмешливо посмотрел на нее и, соскочив с лошади, передал поводья груму. – А если серьезно, то мне кажется, за эти дни я приручил не только Гермеса.

Кэролайн заморгала. Легкая дымка печали притушила блеск глаз. Как он относится к ней? Что хочет сказать? – думала она спускаясь с лошади с помощью грума.

– Спасибо, Дэви. Дорогая мисс Кинникотт! – Кэролайн поспешила к юной леди и звонко поцеловала ее в щеку. – Я так рада, что вы смогли приехать. Добрый день, мистер Кинникотт.

– Хм-м-м… – пробурчал фермер, рассматривая ее холодными выцветшими глазами. – У нас много работы на ферме. Я говорил Эмили, что это все пустое.

– Уверяю тебя, папа, ты получишь удовольствие, так же, как и я. Почему бы тебе не поговорить с доктором Кавендишем? Он только вернулся из Африки, ты знаешь.

– Пустая трата времени все эти заграничные путешествия, – пробормотал Ишмаэл Кинникотт, но все-таки направился к доктору.

– Отец будет рад поболтать с доктором Кавендишем. – Слабенький голосок Эмили заглушали смех и шутки рабочих и их домочадцев, которые веселились на поляне.

Билберри – так назывался прелестный двухэтажный коттедж, наполовину увитый диким виноградом и запоздало цветущими розами и с кустами вереска перед фасадом. За цветами любовно ухаживала миссис Доррис, добрая женщина, на долю которой в такие дни, как этот, выпадало немало хлопот. Она и сейчас суетилась на кухне, готовя угощение. Мистер Доррис был коренастый мужчина в поношенных ботинках и низко надвинутой на лоб шляпе, с резким взглядом и громким заразительным смехом.

36
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru