Пользовательский поиск

Книга Любовь и замки. Том 2. Содержание - СЕН-ФАРЖО Для удовольствия Великой Мадемуазель

Кол-во голосов: 0

Законченный к 1603 году дворец понравился Марии Медичи, которая приезжала туда гораздо охотнее, чем в Старый замок. Однажды она сказала Бассомпьеру:

— Мне здесь нравится, и когда я здесь нахожусь, кажется, что одна моя нога в Сен-Жермене, а другая в Париже.

— В таком случае, — ответил маршалу скорее любезно, чем деликатно, — я предпочел, бы находится в Нантерре… Здесь воспитывались королевские дети, пока не был построен Люксембург. Она часто навещала их, летом верхом, а зимой в носилках. Однако после убийства Генриха IV в 1610 году Новый замок, слишком поспешно выстроенный, начал давать трещины. Это поразило молодого Людовика XIII. «Когда, придут холода, он весь обрушится», — вздохнул он. Едва придя к власти, король поторопился выполнить в замке необходимые работы, ибо действительно был привязан к Сен-Жермену, вернее, к соседствующему лесу, где он, страстный охотник, испытывал ни с чем не сравнимую радость.

Беспримерная слава: именно в Новом замке родился Людовик XIV. «Пятого дня сентября тысяча шестьсот тридцать восьмого года родился в Новом замке Сен-Жермен-ан-Лэ монсеньор Дофин, первый сын, родившийся от Христианнейшего и могущественного монарха Людовика, тринадцатого этого имени, короля Франции и Наварры, и Именитой принцессы Анны Австрийской, его целомудренной и дорогой Супруги…», Через пять лет Людовик XIII находился при смерти и более уже не покидал Сен-Жермен. «У него, — пишет Баррон, — появилась странная привычка подолгу глядеть на иглу высокой башни Сен-Дени, возбуждавшую мрачные воспоминания, подобно персту, указывающему на будущность».

Именно эта башня приведёт однажды его наследника к прелестям Версаля. Теперь же, 20 апреля 1643 года, король был очень плох. Он знал, что скоро умрет, и продиктовал состав Совета регентов, а затем приказал, чтобы окрестили дофина. Церемонию назначили на следующий день. Послушаем, как описывает это событие замечательный историк Филипп Эрланже:

«Дофин, одетый в свое серебряное платье, пришел приветствовать Его Величество. Король склонил с ложа свое измученное тело:

— Каково ваше имя?

— Людовик XIV, отец мой…

— Пока еще нет, — произнес с улыбкой король, — но скоро это будет так».

14 мая король умер в Новом замке на руках святого Винсента де Поля. Королевская семья покинула дворец, оставив его сестре Генриетте, королеве Англии и вдове несчастного Карла I, обезглавленного по приказу Кромвеля.

В 1660 году Людовик XIV вернулся в Сен-Жермен, чтобы познакомить с ним свою молодую супругу. Но он быстро оставил Новый замок ради Старого замка, значительно более просторного…

И все же именно Новый замок стал своеобразным театром, в котором разыгрывались самые забавные из любовных приключений Людовика XIV. В течение лета 1662 года королевское внимание было привлечено к мадемуазель де Ла Мот-Гуданкур, одной из фрейлин королевы Марии-Терезы. Правда, грациозный батальон имел сурового сторожа в лице мадам де Навай, не понимавшей шуток, если они касались чести девушек, доверенных ее попечению. Его Величество никак не могло найти способа соединиться со своей красавицей, надежды проникнуть к ней обычным способом, через дверь, были утопичны. Так что одной из прекрасных ночей Королю-Солнцу пришлось взбираться на крышу собственного замка, чтобы через окно проникнуть в комнату своей избранницы. Конечно, это стало известно мадам де Навай, и она усилила охрану. «Летом, которое проводили в Сен-Жермене, — рассказывает Гранд Мадемуазель, — мадам де Навай приказала установить решетки на окнах дочерей королевы, так как они находились на самом верху, а водосточные желобы были слишком широки. Поговаривали, что король каждый вечер приходил поговорить с Ла Мот-Гуданкур. Итак, решетки были приготовлены; их принесли вечером в коридор, к комнатам девушек, чтобы установить на следующий день. Но на следующий день утром они были обнаружены во дворе. Чтобы занести их снова наверх, понадобилось сорок или пятьдесят швейцарцев. Король посмеялся над этим за обедом вместе с мадам Навай и сказал:

— Видимо, эту работу проделали духи, ибо двери были закрыты, и стража не видела никого ни входящим, ни выходящим…»

Новый замок был оставлен одновременно со старым. Король Яков II разместил там свою прислугу и офицеров. В 1777 году Новый замок нуждался в срочном ремонте. Хотя он и не рухнул, но впал в великую нищету. Людовик XVI только что подарил его своему младшему брату, графу д'Артуа, прибавив хорошую сумму на работы по восстановлению. Артуа вдохновенно принялся за обдумывание планов и начал разбирать замок: он желал иметь огромную резиденцию, наподобие Версаля, принадлежащую ему одному. Тогда же он начал засыпать гроты и наращивать террасы. Вскоре деньги оказались на исходе. Людовик XVI дал ему еще четыре миллиона, он часто Проявлял подобную доброту. Артуа приказал составить новые планы, — большая часть денег послужила дорогим удовольствиям одного из самых легкомысленных принцев, среди когда-либо виденных Историей. Четыре миллиона растаяли без остатка, и в довершение всего, принц потерял интерес к резиденции, которую разрушил уже почти наполовину. Революция довершила это зло. Исчезли сады; то, что осталось там — поделили. Замок и все пристройки к нему продали с аукциона. Начиная с 1830-х годов различные частные лица владели осколками некогда прекрасного целого, из которых самым интересным являлся, пожалуй, Павильон Генриха IV. У него была своя собственная, особенная судьба.

В момент рождения Людовика XIV Павильон служил капеллой, где «величайший король мира» принял малое крещение. Однако после Реставрации к древнему ораторию пристроили новое здание, и ансамбль превратился в гостиницу. Оно было построено мэтром Колине, чьи «котлеты по-беарнски» (здесь он был обязан Генриху IV[12]) были известны всему Парижу. Особенно — среди литераторов и художников. Так, Мюссе, Жерар де Нерваль, Жорж Санд, Рашель, Фредерик Лемэтр, Эмиль Золя, Альфонс Доде и Виктор Гюго приходили сюда отдыхать. Более того, Александр Дюма, вдохновленный, по всей видимости; тенью Анны Австрийской, именно здесь написал «Трех мушкетеров» и «Монте-Кристо». Именно отсюда он отправился подыскивать место для строительства собственного дома.

Еще позднее пришел черед Оффенбаху поселиться в павильоне Генриха IV. Он сочинил здесь «Девушку Тамбур Мажора». Тут видели Гуно, Массне и Сару Бернар. Во время войны 1870 года здесь располагались высшие немецкие чины, среди них генерал фон Мольтке. Но отзвуки музыки помогли забыть грохот сапог.

Были и печальные события. Здесь скончался от удара Тьер: невольная честь, выпавшая на долю этого дома.

Среди других знаменитостей: Клемансо, султан Марокко Мухаммед V… Встречая новых владельцев, отель заново обретает молодость и продолжает свой славный путь…

СЕН-ФАРЖО

Для удовольствия Великой Мадемуазель

Быть прекрасной и любимой — означает всего лишь быть женщиной. Быть некрасивой и при этом заставить полюбить себя — достойно настоящей принцессы.

Барбей д'Оревилли

«Мы прибыли в Сен-Фаржо в два часа ночи. Пришлось идти пешком, мост был разрушен. Я вошел в старый дом, двери и окна в котором были выломаны, а трава во дворе доходила до колен; он внушал мне ужас…»

Это происходило в 1652 году. Написавшей эти строки исполнилось двадцать пять лет. Она была высокой блондинкой с волевой внешностью, полными губами и синим взором. В тот момент замешательство ее было продиктовано отсутствием привычек к подобному жилищу, ибо это была одна из самых богатых женщин Франции. Ее имя? Анна-Мария-Луиза Орлеанская, герцогиня Монпансье, принцесса Домб и хозяйка многих других земель; все это выражалось в очень кратком титуле, который могла носить только она одна во всей Франции: «Мадемуазель!» Добавим для полноты сравнения, что она приходилась кузиной королю Людовику XIV и именно ему она была обязана превратностями тогдашнего изгнания.

вернуться

12

Беарнец — прозвище Генриха IV.

57
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru