Пользовательский поиск

Книга Козырной туз. Содержание - Глава 18

Кол-во голосов: 0

– Его светлость? – вскричал Пибоди. – Герцог ранен? – Он помчался вверх по лестнице. Если герцог умрет, Пибоди потеряет работу.

– Этот сумасшедший напал на моего отца? – Увидев графа, леди Люсинда мгновенно оценила обстановку и упала в обморок прямо в объятия графа Карда, предварительно опустив на пол собаку. Когда граф ловил падающую леди Люсинду, он снова едва не вывихнул плечо и поспешил положить ее на пол, при этом нечаянно стукнув ее головой о залитый водой ковер. Граф подошел к Нелл. Голова брата покоилась у него на коленях. Алекс опустился на пол рядом с девушкой.

– Он дышит, – сказала Нелл. – Но глаз не открывает. Граф нащупал пульс Слоуна и кивнул. Затем потрогал его конечности.

– Переломов, кажется, нет, но ему лучше лежать до прихода хирурга.

– Если он будет лежать в чем мать родила, то умрет от холода.

– Не умрет, – изрекла тетя Хейзел и накрыла Филана своим зеленым бархатным халатом. Нелл отметила про себя, что Алекс даже не взглянул на полуголую дочь герцога.

Разбуженные переполохом, примчались слуги. Два новых лакея сбежали в страхе перед призраками, которые, по слухам, еженощно появлялись в Амбо-Коттедже. Алекс послан Стивза на конюшню, а кухарку – в кладовую за нюхательной солью.

– А для леди Люсинды прихватите ведро холодной воды. Мы обольем ее водой, и она придет в себя.

Услышав это, леди Люсинда сразу очнулась и приказала горничной помочь ей подняться на второй этаж, чтобы справиться о здоровье отца.

Алекс наклонился к Филану и поморщился, ощутив запах спиртного.

– По-моему, он навеселе. В подпитии, так сказать, – добавил граф, заметив недоумение на лице мадам Амбо.

– Хотите сказать, что он пьян? – удивленно переспросила Нелл.

– В стельку, – уточнил Алекс.

Нелл резко поднялась. Голова брата стукнулась о ковер. – Значит, он переполошил весь дом, нагнал на всех страху, чуть до смерти не напугал герцога, потому что напился до чертиков?

– Похоже, так и есть. Хирург скажет, не повредил ли он себе что-нибудь при падении с лестницы. Наверняка он весь в кровоподтеках, но ничего не сломал.

Филан застонал.

– Прости меня, сестричка, – произнес он и снова потерял сознание.

Глава 18

Никто не собирался покидать Амбо-Коттедж. Алекс хотел вернуться в гостиницу в деревне, чтобы освободить для Филана комнату, однако Нелл попросила его остаться. Ему не следовало соглашаться, ведь Нелл сделала это из вежливости, но она выглядела такой одинокой и потерянной, что граф Кард не мог ей отказать. Она одна справлялась со всеми делами. Велела выделить спальню Филану, снова наняла лакеев, сбежавших в ту злополучную ночь, приглашала врачей, организовывала уход и лечение и вела все хозяйство. Кард не мог не восхищаться стойкостью ее духа, однако видел в глазах девушки тревогу и готов был поклясться, что она осунулась и побледнела. К несчастью, Алекс ничем не мог ей помочь. Даже не мог ее обнять и поцеловать, чтобы она забыла обо всех своих невзгодах. Однако мысль об этом не давала Алексу покоя. Даже по ночам. В гостинице, где его не преследовал нежный запах ее розовой воды, ему удалось бы гораздо лучше отдохнуть, но он не мог оставить Нелл одну, стараясь не быть для нее большой обузой.

От леди Люсинды было мало толку, даже когда дело касалось ее собственного отца. Горничная доложила, что ее хозяйка страдает от расстройства нервов. Вдобавок ко всему леди Люсинда, очевидно, страдала еще и от приступов любопытства. Вид голого мистера Слоуна навел ее на мысль что для мужчины, помимо размеров его кошелька, имеют значение и другие его качества. Ее раздирало любопытство, как обстоят дела с этими качествами у других знакомых ей мужчин: например, у лорда Карда и даже у мистера Пибоди.

Но после некоторых раздумий и посещения библиотеки Амбо-Коттеджа, где леди Люсинда внимательно изучала альбомы по искусству, она пришла к выводу, что, как бы то ни было, в браке деньги и положение супруга в обществе все же важнее. Остальное может подождать. Поскольку лорд Кард, похоже, не питает к ней никаких чувств, после того, как у него появится наследник, он не станет возражать, где именно она будет удовлетворять свое… гм… любопытство. Наверняка, увидев ее, бледную, грациозно возлежащую на диване с влажной тряпкой на лбу, он преисполнится сострадания к ней, и все это натолкнет его на мысль о предложении руки и сердца. Она не потерпела поражения и не намерена сдаваться. Поэтому уезжать леди Люсинда не собиралась. Ее бедной горничной пришлось снова распаковывать и гладить все вещи, которые с таким трудом были разложены по чемоданам. Кроме того, ей приходилось носить чай, питательные отвары и тальк, чтобы улучшить цвет лица миледи. Когда Нелл не могла сидеть с гостьей, которой нездоровилось, она носила ей в комнату журналы мод, укрепляющие средства и холодные компрессы. Она считала это своим долгом, поскольку винила себя в недомогании леди Люсинды. Нелл очень сочувствовала… ее горничной. Однако Нелл не могла винить лорда Карда в том, что он держался как можно дальше от умирающего бриллианта. Лорд Кард хотел переехать в гостиницу, однако Нелл его не отпустила. С Алексом она чувствовала себя спокойнее.

Герцог был нетранспортабелен. У него болела голова. То ли от вина, толи от того, что он ударился о тумбочку. Трудно сказать. К тому же у него так сильно распухла нога, что он не мог надеть даже брюки, не говоря уже о чулках и туфлях.

– Не знаю, как молодежь, но я лично не привык путешествовать нагишом, – говорил он мадам Амбо, которая пыталась игрой в карты отвлечь герцога от его напастей.

Тетя Хейзел согласилась, что вся эта молодежь – отъявленные бездельники и лентяи. Но на самом деле она была рада, что наконец-то у нее появился партнер, которого можно увидеть и потрогать руками, а также надуть на пару шиллингов.

Мистер Пибоди, разумеется, не мог уехать без своих работодателей, а леди Хаверхилл – без своих кузенов.

Компаньонке леди Люсинды нравилось отдыхать от своих обыденных скучных обязанностей, которые были у нее в городе, – сидеть на неудобных стульях в бальном зале и пить чай – чашку за чашкой. Сейчас по крайней мере она сидела на диване, пила чай и читала захватывающие романы, которые мисс Слоун принесла для нее из публичной библиотеки. Рисование с натуры увлекало леди Хаверхилл не меньше помещения театра. К тому же местный викарий, который часто наведывался к ним в гости, привык говорить громко – так, чтобы было слышно на последних рядах в церкви. Может быть, он и зануда, но по крайней мере она слышит то, что он говорит. Ее не беспокоило, что она не может ничего разобрать из болтовни сэра Чонси. Этот негодяй хоть и писаный красавчик, но слишком беден и не представляет никакого интереса для леди Люсинды.

Филан уж точно не мог никуда уехать. Он даже двигался с трудом, хотя с удовольствием поглощал бульон, когда любящая заботливая сестра кормила его с ложечки. Горничная леди Люсинды тоже частенько приходила его покормить.

Филан ни с кем не разговаривал. То ли не мог, то ли не хотел. Конечности у него были целы, но покрыты кровоподтеками и ссадинами. Глаза у него были открыты, но он смотрел только прямо перед собой. То ли никого не видел, то ли не хотел видеть. Хирург поставил мистеру Слоуну диагноз «травматический ступор». Врачи заявили, что от потрясения он лишился дара речи, объяснив, что с неуравновешенными, легковозбудимыми больными такое случается. Из деликатности они не употребляли в присутствии Нелл слова «сумасшедший» или «психически больной».

– Я быстро заставлю этого мошенника заговорить! – угрожал его светлость, размахивая тростью. – Хотелось бы мне знать, что было на уме у этого типа, когда он прокрался сюда в кромешной тьме совершенно голый! Это по меньшей мере неприлично. Если мужчина не знает чувства меры, ему лучше не пить, – заявил герцог. – Представьте себе, что могло случиться, забреди он случайно в спальню моей невинной дочери!

50
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru